За минуту до Нового года

Сначала он не видел ничего, только чувствовал резь от слепящего яркого света, коим было озарено всё вокруг, ощущал бешеное сердцебиение и невозможность ровно дышать. Драко жадно глотал ртом воздух, пытаясь прийти в себя после сумасшедшего поцелуя и силясь разлепить веки. Постепенно боль начала уходить, и он стал различать цвета и силуэты, поэтому очень скоро мог в общих чертах описать девушку, стоящую напротив него: лохматая брюнетка среднего роста в немного помятом коктейльном платье тёмно-вишневого цвета.

С каждой секундой глаза всё быстрее привыкали к освещению, и, распахнув их ещё шире, Драко также подметил, что девушка, похоже, была испугана, судя по тому, как она прижала руку ко рту, округлила свои карие глаза, а ещё... Вот чёрт!

Именно в момент, когда Драко осознал, что у Мэри - действительно карие глаза, способность нормально видеть окончательно вернулась к нему, и он тут же понял ещё кое-что: настоящее имя Мэри - не Мэри.

Её настоящее имя...

- Гермиона, - ошеломлённо выдохнул Драко, уставившись на Грейнджер, которая смотрела на него с таким же изумлением.

Всё вокруг будто взорвалось, разлилось и заходило ходуном, когда Драко со всей ясностью понял: всё это время он общался с ней - с Грейнджер.

Он целовал её.

Он ласкал её.

Он хотел её.

Он-хотел-Грейнджер-хотел-её-хотел...

- Твою мать... - только и смог вымолвить он, видя, как Гермиона медленно качает головой, не в силах справиться с удивлением.

А в мозгах Драко постепенно всё вставало на свои места: частые упоминания Мэри о том, что многие её не любят за что-то, от неё не зависящее (чистота крови), рассказ про парня, с которым она рассталась после пяти лет стабильных отношений (тупица Уизли), а ещё невиданная эрудированность для молодой девушки, чем из его знакомых могла похвастаться только она.

Всё сходится.

- Значит, Крис - это и есть... ты? - неожиданно начала Грейнджер, очевидно, пытаясь справиться с шоком.

И тут Драко почему-то вспомнилась их недавняя ссора, а точнее тот момент, когда они с пеной у рта спорили на тему любовников и, не зная этого, вместо того чтобы оскорблять, восхваляли друг друга.

Идиоты.

- Значит, Крис - это и есть ты, Малфой? - тихо повторила Грейнджер, чуть подняв подбородок.

А Драко почему-то стало так смешно, что он едва сдержался, чтобы не захохотать в открытую.

Наверное, нервы сдали.

- Невиданная сообразительность, Мэри, - еле выдавил он, смотря прямо на Грейнджер, которая спустя несколько секунд сделала то, чего он ожидал меньше всего: она пару раз моргнула, а затем громко рассмеялась.

Не веря своим глазам, Драко наблюдал, как Гермиона заливисто хохочет, запрокинув голову, и вскоре захохотал сам от абсурдности той ситуации, в которой они оказались.

По сути, они могли догадаться, с кем общаются ещё в первые дни свиданий вслепую, ну а уж в последние - тем более. Просто оба отчаянно отодвигали от себя возможность того, что Мэри может оказаться Гермионой, а Драко - Крисом.

Они шли на поводу у предрассудков, хотя каждый вечер клятвенно обещали, что те их не затронут в отношении друг друга.

Идиоты, настоящие идиоты.

Постепенно смех стих, а в душе с каждой секундой стали просыпаться всё новые и новые эмоции, наводнившие голову огромнейшим количеством вопросов, флагманом среди которых был один - что дальше?

Драко видел, как тускнеет улыбка на припухших от поцелуев губах Гермионы, как в глазах постепенно расцветает горечь, а пальцы непроизвольно сжимаются в кулаки. И, когда она, сделав несколько неровных шагов назад, отвернулась и быстро двинулась к двери, Драко подумал, что, похоже, для себя она нашла ответ на интересующий их обоих вопрос.

Сердце ухнуло вниз.