Часть 42

Послание Лорда призывает к действию. Он всегда провоцирует меня на совершение определенных действий, и этот раз не исключение. Я хотела посвятить этот день исключительно себе и своим родным, но… он всегда рядом. Как бы я ни старалась! Как бы ни желала! Ему достаточно сказать несколько слов, а я уже горю от негодования. Не могу ждать и забываю о терпении. Мысленно прошу прощения у Гарри и срываюсь из комнаты в соседнюю башню Когтеврана.

После Тайной комнаты мы хотели найти привидение Елены Когтевран и спросить о диадеме её матери, но Серая дама даже слышать нас не захотела и сразу же исчезла. Её не смог найти даже Безголовый Ник, а на зов профессора Дамблдора она не отвечает.

Гарри просил подождать и сосредоточиться на ближайшем выезде с аврорами, но я… действую. До встречи с Тонкс у меня есть немного времени, и я постараюсь вновь разговорить Елену. В конце концов, это она рассказала молодому Риддлу о диадеме.

Размышляю о всех знаниях, полученных из «Истории Хогвартса», и прохожу по главным коридорам факультета. Ненароком вспоминаю наш разговор с Лордом о моем зачислении на Гриффиндор. Губы изображают небольшую улыбку, ведь его угроза не сработала. Я по-прежнему не жалею о своей просьбе и ценю доверие Распределяющей шляпы. Когтевран — замечательный факультет, но… не мой. Я уважаю умных и талантливых людей, которые учатся на нём, но понимаю, что мой выбор был правильным. На Гриффиндоре у меня больше друзей, чем на остальных факультетах. Если вспоминать о всех знакомых, то…

Резко останавливаюсь и задерживаю дыхание от неожиданной мысли… Точно!

Быстро разворачиваюсь и возвращаюсь в родную башню. Некоторые ученики здороваются со мной, и я машинально отвечаю, но не замечаю лиц, потому что адреналин наполняет разум.

Останавливаюсь у входа в гриффиндорскую гостиную и негромко зову:

— Ник!

Жду. Прохожу по коридору.

— Ник! — чуть громче.

Портреты с интересом наблюдают за моими метаниями, а я нервно кусаю губы в нетерпении.

— Сэр Николас! — понимаю, что кричу в тишину пространства и выглядываю за угол. Иду вглубь коридора и продолжаю звать гриффиндорского призрака.

Откашливаюсь и твердо произношу:

— Сэр Николас де Мимси-Дельфингтон!

Засекаю несколько секунд и триумфально улыбаюсь белому свечению на потолке.

— Юная мисс, сэр Николас к вашим услугам!

Привидение делает поклон и подлетает ближе ко мне. Наклоняю голову в знак приветствия и говорю:

— Сэр, у меня к вам просьба, — делаю паузу и добавляю, — снова.

— Мисс, к моему большему сожалению, леди Елена не желает разговаривать о реликвии факультета.

Прочитав различные учебники по истории, я выявила определенную манеру поведения семей основателей Хогвартса. Включая родословную Кандиды Когтевран. У нее были непростые отношения с дочерью, поэтому судьба Елены оказалась довольно-таки трагичной. Она украла диадему Кандиды и скрылась в другой стране. Раскаяние встретило её слишком поздно. Перед смертью. В Албании. Однако меня интересует другой вопрос…

— Сэр, я прошу вас передать ей мою просьбу о встрече, — замечаю сожалеющий прищур его глаз и дополняю, — мне нужен её совет по поводу одного из учеников.

Любопытный взгляд Ника не позволяет мне поведать конкретику, поэтому я слегка улыбаюсь и жду действий призрака.

— Юная леди, правильно ли я понял, что вы не будете упоминать при ней реликвию?

— Не буду, сэр. У меня вопрос иного типа, и только она мне может помочь.

К счастью, призраки ценят, когда их считают равными. Уважением к мертвым многие пренебрегают, поэтому мне помогают воспитание и искренность. Я на самом деле верю в помощь Елены. Даже если она не расскажет про диадему, у меня есть особый долг перед своим другом-призраком.

Седрик по-прежнему находится на кладбище и не собирается просить Гарри о помощи. Он объяснил свой выбор тем, что ему теперь интересно узнать, заплатит ли Лорд за все свои действия. По приказу Волдеморта его убили на кладбище и неудивительно, что Седрик захотел отмщения. Только… я уверена, что ему очень одиноко. Мне хочется отблагодарить его за доброту и понимание. Отдаленно я виню себя в том, что моё похищение повлияло на его решение об отмене успокоения. Он переживал за мою судьбу и хотел помочь.

— Ожидайте, миледи!

Ник исчезает, а я медленным шагом направляюсь в соседнюю башню. Около двадцати минут стою возле главной гостиной, вспоминаю историю рода Когтевран и надеюсь на лучшее.

— О каком ученике идёт речь?

Вздрагиваю от тихого голоса и вижу перед собой очертания Серой дамы. Держу спину ровно, но наклоняю голову и выражаю почтение. Надежда на помощь придает уверенности, и я говорю:

— О Седрике Диггори!

Выражение лица Елены меняется с безразличного на заинтересованное. Она медленно кивает и произносит:

— Он был талантливым юношей, но теперь он мёртв.

У меня есть только один шанс.

— Леди Когтевран, Седрик стал привидением и не может выбраться из места, где был убит, — поднимаю сцепленные ладони перед собой и озвучиваю просьбу, — мне известно, что вам удалось после смерти вернуться в Хогвартс. Прошу вас, помогите Седрику!

Какое-то время Елена рассматривает меня пустым взглядом, потом поджимает губы. Я замечаю выражение неуверенности и не могу потерять надежду, поэтому ещё более тихим голосом произношу:

— Когтевран гордится своими знаниями и умениями. Я уверена, что в ваших силах ему помочь, — крепко жмурюсь от появившихся слез и совсем тихо добавляю, — за всю историю Хогвартса вы были первой, кто смог преодолеть такое большое расстояние и будучи призраком вернуться в школу.

Елена наклоняет голову вперед и всё тем же взглядом смотрит на меня, а я шепчу одними губами:

— Прошу вас!

Наконец, замечаю долю эмоций и слышу её голос:

— Не обещаю результата, но у бедного дитя есть шанс вернуться.

Не верю своему счастью и едва сдерживаюсь, чтобы не пожать руку белокурой девице. Мокрыми глазами смотрю на неё и долго благодарю. Меня останавливает поднятая рука, я замолкаю, а призрак спрашивает:

— Где он сейчас?

***

Подходя к воротам Хогвартса, я мысленно желаю призраку удачи. Елена сказала, что поговорит с Седриком, и если он захочет, то она поможет ему вернуться в школу. Задумываюсь о более конкретном изучении жизни после смерти. В магическом мире существует большое количество привидений, однако феномен их появления недостаточно изучен. В конце учебного года обязательно куплю книги и проведу исследования на каникулах. Надеюсь, друг захочет покинуть кладбище.

Возможно, Седрик поможет найти диадему в Хогвартсе, но даже если и нет, то радость от встречи будет огромной. Ещё раз благодарю про себя Елену и желаю удачи.

— По-видимому, сегодня произошло что-то хорошее?! — Тонкс встречает меня у анти-аппарационного барьера. — У тебя очень счастливое лицо.

Забыть бы ещё послание Риддла, тогда было бы ещё лучше. Вспоминаю о занятии с Ксантиппой и разговоре с Еленой, а затем откровенно говорю:

— Я счастлива, Тонкс. Сейчас я на самом деле счастлива.

Обмениваемся короткими новостями, и Тонкс аппарирует к дому моих родителей. Я так соскучилась по ним, что долго не могу выпустить из объятий маму. Папа разговаривает с Тонкс, а я всеми силами готовлю себя к тяжелому разговору. С трудом сдерживаюсь, чтобы не рассказать маме о Риддле. Она бы меня поняла, в любом случае, но… я молчу и думаю только о настройках каминной сети в Дарвин. Этот городок находится в северной части Австралии. На каникулах я буду активно бороться с палящим солнцем, но любой дискомфорт затеряется в теплой и любящей атмосфере.

Посещение Дарвина считаю особо приятным отдыхом перед встречей с Пожирателями смерти. Возможно, меня убьют и я не справлюсь с заданием, поэтому дни в компании родных становятся более значимыми, и впервые за долгое время я забываюсь в обычных повседневных делах и семейном чаепитии.

Я не обманывала Тонкс, сейчас я правда счастлива, и только маленькая острая игла в сердце не дает забыть, что один единственный человек способен уничтожить всё, что мне дорого…