Пролог

В то мрачное время, когда тень Волан-де-Морта только начала затмевать небо Британии, даже самые обыденные новости могли стать лучом света. Пожиратели смерти уже не скрывались в тени, о них заговорили на первых полосах «Ежедневного Пророка», и маглорожденные волшебники с ужасом ждали стука в дверь. Грязнокровок убивали в первую очередь.

Но именно в такие времена надежда ценится дороже всего.

Сириус Блэк летел по лондонским переулкам так, словно за ним гнались дементоры. Впрочем, сегодня он сам был готов догнать кого угодно, лишь бы поделиться новостью. Сердце колотилось где-то в горле, а глупая улыбка растягивала губы так сильно, что начинала болеть скулы. Он влетел в знакомый палисадник и забарабанил в дверь, не в силах больше ждать ни секунды.

Дверь распахнулась, и на пороге появилась рыжеволосая Лили, вытирающая руки о фартук.

— Бродяга? Что случилось? — удивилась она, но, взглянув на его сияющее лицо, невольно улыбнулась в ответ. — Проходи, все в гостиной.

Сириус ворвался в комнату, где на диване и в креслах расположились мародёры. Джеймс лениво жонглировал золотым снитчем, Ремус пытался читать книгу, то и дело отвлекаясь на друзей, а Кассандра, поправив съезжающие очки, что-то строчила в пергаменте.

— О, явился, — протянул Джеймс, ловко поймав снитч. — Мы уже думали, ты решил остаться у своей когтевранки навсегда.

— А вот и не угадал, Сохатый! — выпалил Сириус, не в силах больше терпеть. — Каллиста беременна! Я стану отцом!

В комнате повисла секундная тишина, которую тут же взорвал радостный гул. Джеймс спрыгнул с подлокотника дивана и первым налетел на друга с объятиями. Ремус, отложив книгу, тут же встрял:

— Это потрясающе, Бродяга! Поздравляю! И чур я первый на роль крёстного!

— Ага, размечтался, Лунатик! — Джеймс, не отпуская Сириуса, ткнул Ремуса в плечо. — Это место зарезервировано за мной. Ребёнку нужен весёлый крёстный, а не ходячая энциклопедия.

— Оба закатайте губу, — Кассандра отложила перо и строго посмотрела на них поверх очков. — Ребёнку и одного оболтуса-отца хватит. Если крёстные будут такими же, он ничему, кроме «грязных» шуток, не научится.

— Касс, мы тебя вообще зачем в банду брали? — наигранно нахмурился Джеймс, за что тут же получил лёгкий подзатыльник от сестры. — Ай! Ладно-ладно, но почему ты такая зануда?

— Чтобы ты каждый раз об этом спрашивал и не расслаблялся, — парировала она, ловко поправив очки, которые снова съехали на нос.

— Я так надеюсь, что когда моя принцесса родится, мы уже разберемся с Тёмным-Лордом, — выдохнул Сириус, рухнув в кресло. Эйфория начала сменяться тревогой. — Чтобы она никогда не узнала, что такое война.

— Принцесса? — Лили, до этого молча наблюдавшая за сценой, улыбнулась и села на подлокотник кресла Джеймса. — А если будет буян с характером Блэка?

— Я чувствую, — Сириус мечтательно прикрыл глаза, — это будет девочка. Моя маленькая… Светлая и красивая, как Калли.

Каллиста Эрхарт появилась в их жизни на четвертом курсе и перевернула всё с ног на голову. Упрямый наследник древнейшей семьи, привыкший, что девушки сами вешаются ему на шею, вдруг обнаружил, что готов бегать за одной-единственной. За маглорожденной, прилежной и невероятно спокойной когтевранкой с глазами цвета утреннего неба. Каллиста не пыталась его переделать, она просто была рядом, и Сириус сам захотел стать лучше. Рядом с ней.

Узнав о беременности, они не испугались. Решили, что свадьба подождёт — не хотелось нагружать Каллисту хлопотами. Сначала малыш, а потом уже всё остальное. Друзья окружили Эрхарт такой заботой, что она иногда чувствовала себя хрупкой фарфоровой статуэткой.

3 ноября 1979 года родилась девочка. Здоровая, с удивительно ясным и осознанным взглядом для новорождённой. Сириус, принимая дочь из рук медиков, чувствовал, как земля уходит из-под ног. Это было счастье, которое невозможно было описать словами. Лучший подарок на день рождения, который он только мог получить.

— Сириус… — голос медсестры прозвучал глухо, словно из-под воды. — Каллиста… У неё было слабое сердце, мы предупреждали. Сильное кровотечение. Нам очень жаль.

Мир рухнул. Сириус сжимал в руках крошечный тёплый комочек и смотрел, как медсестра забирает тело его любви. Он не плакал. Он просто не мог. Внутри всё онемело.

— Когда я смогу забрать её? — спросил он, кивнув на дочь.

— Через пару дней. Вы придумали имя?

Они думали о Мэгги или Мелани. Но сейчас, глядя в эти невероятные светлые глаза, в которых, казалось, отразилась вся душа Каллисты, он понял. Малышка, словно почувствовав его взгляд, проснулась, сморщила носик и улыбнулась беззубым ртом.

— Привет, — прошептал Сириус, и к горлу подкатил ком. — Каллиста. Каллиста Блэк. Думаю, мама была бы рада.

Декабрь и январь пролетели в тумане из бессонных ночей, грязных пелёнок и отчаяния, которое Сириус пытался заглушить заботой о дочери. Если бы не друзья, он бы, наверное, сошёл с ума. Лили и Кассандра терпеливо учили его пеленать и успокаивать плачущего ребёнка. Джеймс мог часами сидеть рядом, пока Сириус просто молчал, глядя в стену. Поттеры часто забирали Каллисту к себе, давая ему возможность поспать или просто побыть одному.

К восьми месяцам Каллиста вовсю гулила, и в её лепете отчётливо слышалось «Па-па». Сириус каждый раз замирал, когда слышал это.

В середине августа восьмидесятого Блэк приехал к Поттерам. Лили, встретив его на пороге, приложила палец к губам и указала на гостиную. Там, в кресле, бережно прижимая к груди крошечный свёрток, сиял Джеймс.

— Ух ты, — прошептал Сириус, опускаясь на колени рядом с другом. — Ещё один Поттер!

В свёртке лежал Гарри — сморщенный, красный, с смешным пушком на голове. Сириус чуть наклонил Каллисту, которая с удивлением уставилась на невиданное существо. Девочка осторожно, кончиком пальца, ткнула Гарри в лоб. Младенец Поттер смешно сморщился и звонко чихнул. Каллиста взвизгнула от восторга и спрятала лицо на плече у отца.

— Подрастут — будут лучшими друзьями, — улыбнулась Лили, забирая сына.

— Ага, — кивнул Сириус, глядя на детей. — Блэки и Поттеры. Дружба навеки.

Идиллия рухнула в одну ночь. Пророчество, сказанное в дырявой таверне, Тёмный Лорд, выбирающий между Невиллом и Гарри, и предательство того, от кого его совсем не ждали.

Вечером 31 октября 1981 года Сириус, укачивая дочь, пытался успокоить её капризы. Каллиста раскраснелась, хныкала и никак не хотела засыпать.

— Это зубы, Бродяга, — Кассандра протянула ему чашку успокаивающего чая и забрала девочку на руки. — И на погоду реагирует. Дети это чувствуют. Иди, я её уложу.

Сама Касс чувствовала в воздухе что-то липкое и тревожное. Ей нужно было уезжать. Директор отправлял её с поручением в Ильверморни, и ослушаться было нельзя.

— Сириус, я на пару дней. Справишься? — спросила она, вернувшись через полчаса. Калли наконец уснула.

— Конечно, — он накинул кожаную куртку. — Ремус или Андромеда подстрахуют. Посидишь с ней? Мне нужно отлучиться ненадолго.

— Сейчас? — удивилась Касс. Уже перевалило за полночь. — Куда ты?

— Вернусь — расскажу, — уклончиво ответил он, надевая лётные очки.

— Сириус, — Кассандра выбежала за ним в прихожую и схватила за рукав. Сердце колотилось где-то в горле. Нужно было сказать это сейчас или никогда. — Я знаю, что время не самое подходящее, но… я люблю тебя. Ещё с шестого курса.

Блэк замер. На его лице мелькнула тень сожаления и усталости. Он мягко коснулся её щеки.

— Касс… Давай поговорим, когда я вернусь. Хорошо?

— Да… Конечно, — отпустила она рукав.

Рёв мотоцикла разорвал ночную тишину и стих вдалеке. Кассандра закрыла дверь, поднялась в детскую и села на пол у кроватки Каллисты. Та тихонько сопела, укрытая одеялом. Глядя на спящую девочку, Касс думала о том, как быстро они растут. Скоро два года, потом Хогвартс… Тепло разлилось в груди, прогоняя тревогу. Она и не заметила, как уснула, сидя на полу.

Разбудил её оглушительный стук в дверь. За окном только начинало светать. Калли, к счастью, спала. Касс, растирая затёкшую шею, спустилась вниз. Сириуса не было. На пороге стояла Минерва МакГонагалл с каменным лицом.

— Мисс Поттер. Доброе утро.

— Профессор? Что случилось? — сердце ухнуло вниз.

— Присядьте, — МакГонагалл прошла на кухню, и Касс, похолодев, опустилась на стул.

— Сегодня ночью в магловском переулке убито двенадцать человек и ваш друг Питер Петтигрю. — Минерва сделала паузу. — Сириус Блэк арестован на месте преступления. Он будет отправлен в Азкабан без суда.

— Что? — Касс вскочила. — Это ложь! Сириус не мог! Он был хранителем тайны Поттеров!

— В том-то и дело, мисс Поттер, — жёстко сказала МакГонагалл. — Все считали, что хранитель — Блэк продал Поттеров Тёмному Лорду. И сегодня ночью…

— Нет, — прошептала Касс, пятясь к стене. — Нет, пожалуйста, только не говорите…

— Волан-де-Морт нашёл их в Годриковой Впадине. Джеймс и Лили Поттер мертвы.

Мир перестал существовать. Кассандра осела на пол, но слёзы не шли — был только ледяной ужас, сковывающий грудь. Брат, его жена… Друзья… Преданы тем, кого она любила.

— Гарри? — выдохнула она, заставляя себя думать о живом.

— Гарри выжил. Тёмный Лорд пал от собственного проклятья, когда попытался убить мальчика. Дамблдор отправил его к родственникам. К Петунии Дурсль.

— Я его тётя! — Касс вскочила. — Я тоже могу скрыться среди маглов!

— Мисс Поттер, — твёрдо сказала МакГонагалл, — у вас теперь другая ответственность.

Сверху раздался плач. Касс, шатаясь, поднялась на ватных ногах и через минуту вернулась с ревущей Каллистой на руках. Девочка испуганно прижималась к ней, но, увидев острую шляпу гостьи, на мгновение затихла.

— Класивая, — икнула она, показывая пальчиком.

МакГонагалл, несмотря на весь свой профессионализм, с трудом сглотнула.

— Я выращу её, — твёрдо сказала Касс, глядя профессору в глаза. — Но Сириус… Неужели ничего нельзя сделать?

— Улики неопровержимы, Кассандра. Он в Азкабане. Тебе нужно думать о будущем этой девочки. Если ты готова её растить, Дамблдор просил передать, что поможет с документами. Каллиста Уильямс, например. Чтобы никаких лишних вопросов. А правду о её отце… ты расскажешь ей, когда сочтёшь нужным.

Жизнь разделилась на «до» и «после». Кассандра продала дом Сириуса, купила крошечный домик в магловском районе, откуда можно было хоть краем глаза видеть, как издеваются над Гарри Дурсли. Сделать она ничего не могла — только насылать мелкие пакости на Вернона, когда тот совсем уж распоясывался.

Калли росла. И с каждым годом в ней всё явственней проступали черты отца. Та же безбашенная улыбка, та же любовь к риску и полётам, то же обаяние, которое позволяло ей выкручиваться из любых передряг. Касс водила её на матчи по квиддичу, покупала метлы (пусть даже детские, игрушечные) и рассказывала о мире магии, старательно обходя тему войны и предательства.

— Мам, а когда я получу письмо? — этот вопрос Калли задавала каждое утро за завтраком.

— Когда придёт время, малышка, — улыбалась Касс.

Она согласилась на должность помощника зельевара в Хогвартсе только ради того, чтобы быть рядом. Рядом с Калли и рядом с Гарри, который даже не знал о её существовании.

Когда Каллисту распределили на Гриффиндор, Кассандра едва сдержала слёзы. Сириус бы прыгал до потолка.

— Ты бы гордился, Бродяга, — шепнула она, глядя, как дочь садится за стол факультета.

Первый курс пролетел в синяках и ссадинах — Калли умудрилась влезть во все возможные неприятности, подружившись с Гарри, Роном и Гермионой. Декан вздыхал, Кассандра краснела на собраниях, но втайне гордилась боевым духом дочери.

На втором курсе Каллисту взяли в команду. Оливер Вуд, увидев её манёвры на метле, чуть не расцеловал. Касс сидела на трибунах и улыбалась, глядя, как чёрная шевелюра мелькает над полем. «Ты бы видел её, Сириус, — думала она. — Твоя дочь — прирождённый охотник».

Год закончился битвой с василиском, слухами о Наследнике Слизерина и очередной порцией адреналина.

Вернувшись домой на каникулы, Кассандра заварила себе огромную кружку успокоительного чая и посмотрела на спящую Калли. Впереди был третий курс. И женщина точно знала: запасаться успокоительным нужно вагонами. Гены Блэков давали о себе знать, и тихая жизнь их семье не грозила.

lada_aberfort - мой тгК где вы сможете найти новости по поводу новых фанфиков и спойлеры к новым главам.Также, не забывайте ставить ⭐ и комментарий, мне очень важно знать, что вы думаете))Как вам? Стоит ли развивать этот фанфик?