Глава 22

Каждый раз когда у Грейнджер случается нервный срыв, она мысленно строит в своей душе габион. Наполняет его чем угодно, лишь бы не думать о плохом. В нем и стекла, и камни. Много лишнего и совершенно ненужного.Девочка, которая любила ветер, растворилась в воздухе бесконечно длительной жизни, будто ее никогда не было. Иронично.Она висит над землёй, а её руки будто в распятии, растянуть цепями. Колени согнуты, а тело бы уже давно свалилось на пол, если бы не Том Реддл, сидящий на стуле и смотря на неё.Раздражает своим умом и красотой.Хочется убить, чтобы не видеть всего этого.Том поднял с пола ведро и резким рывком вылил ледяную воду на девушку. Судорожный выдох, ближе походящий на крик,  раздался эхом в подземной тюрьме.Она подалась вперёд, лишь бы упасть на живот и не вставать больше никогда, но оковы дернули её назад, до крови стирая запястья.

— Ты же не будешь плакать, верно? — опять эта улыбка невинности. Будто не ты держишь в плену девушку и бьёшь её.

— Думаю, ты не позволишь мне такой роскоши... — прохрипела Грейнджер. Тело покрылось мурашками, а рубаха прилипла к телу, обтягивая её силуэт.Жадность худший из пороков, Реддл. Ты слишком много хочешь, но не платишь.

— Верно. Я даже уверен, что ты не будешь рыдать и молить о пощаде. Что ты тогда хочешь?

— Наконец-то ты спросил, чего хочу я. Власти. Дай мне власть, — шепнула ему Гермиона, облизнув воду с губ.

Реддл рассмеялся и засунул руки в карманы. Она смешна до жути.Хотеть власти и не уметь ей управлять. Ты смеёшься надо мной, профессор?Это была будто пытка.Смотреть на него и не знать что будет в следующую секунду.Одинокий волк умирает первым, стая живёт. У неё нет стаи, она умрёт уже очень скоро.

— Не слишком много просишь, профессор? — он улыбнулся и подошёл поближе, касаясь пальцами её подбородка и губы.

— Я скажу где диадема. Сделай меня своей, Реддл, — девушка посмотрела на него, выжидая решение.

Невольно его зрачки расширились. Неужели ей достаточно лишь власти?Она определённо такая же как и он. Идти по головам, ради признания. Но он смотрел в её глаза и видел что-то ещё.

— Ты врёшь, Гермиона. Есть ещё что-то, — Том сощурил глаза и внимательно следил за каждым её движением. Хищник за жертвой.Лев и овечка. Кто из них сильнее?Попробуй перебороть себя и вспороть другому глотку.О нет, она не овечка. Львица, та которая ведёт за собой стаю. Именно так выглядит олицетворение харизмы и злости в одном флаконе.

— Хочешь верности? Сделай пожирательницей и дело решено, — смело сказала Гермиона, опуская взгляд на его розовые губы.Нервничал? Все искусаны. А также искушены...

— Настолько хочешь? — прошептал Реддл, носом касаясь его щеки.

Черт. Это получается не нужна метаморфомаг каждую неделю?Мерлин, так выглядит твой рай?Нет, что-то определённо не так.Но мозг уже не работает, молодая кровь кипит внутри, будто чайник.Цепи исчезают с её рук и она немного пошатывается, разминает их и пытается устоять на своих ногах. На самом деле, излечить её раны было довольно-таки легко, пока она была в отключке. Том оставил лишь на запястьях, как напоминание о её принадлежности.

— Да... Тебе помочь в этом? — она кивнула вниз и он увидел масштаб своего возбуждения.

— Ну давай, — он выдохнул, закусив губу и прикрыв глаза. Девушка прильнула к его губам и облизнула верхнюю, мягко посасывая и кусая. Заставляя потерять голову окончательно.Её рука скользнула вниз по торсу, а потом сжала через штаны член.Реддл буквально выстонал её имя и тут же закатил глаза.Табун мурашек пронзил его тело, заставляя электрическому разряду бить его сразу 220 вольт. Он схватил её за волосы, оголяя нежную шею. Губы тут же сомкнулись на глотке, а мокрые поцелуи проделали дорожку до ключицы.Гусиная кожа появилась у Гермионы в ту же секунду и она выдохнула.Черт, дерьмовый план. Она с силой сжала основание, а потом не выдержала и опустилась на колени, борясь со сложной пряжкой ремня.Руки путались, а мозги не соображали от слова совсем.

— Диадема... Где она? — шепнул Том, резко хватая её за волосы.

Нет, она не скажет.Я умру с этой тайной, Реддл.Ты не узнаешь этого никогда.

— Я не скажу тебе! — её глаза полыхнули яростью.

Вновь оказаться в цепях было очень неприятно. Учитывая то, что уже был опыт и запястья саднили. Злобно зыркнув на девушку, Реддл поправил свои вещи и вышел из тюрьмы, громко хлопнув дверью. Она опять закована и чувствует себя преступницей.Смешно до дрожи подбородка.

***

Альфард примчался как только смог. Каминная сеть была перекрыта, поэтому попадать в особняк пришлось обходными путями.Ему было страшно не за старинный дом Блэков, а за маленького человечка, который там находился.Но аппарировав рядом с крыльцом, он опешил. Весь особняк был охвачен пламенем. Он опоздал. Увидев рядом стоящую Вальбургу, Блэк настолько разозлился, разочаровался и был в ярости, что все чувства смешались в одну непонятную кашу.

— Что ты наделала?! — закричал на сестру Альфард, хватая её больно за плечи и вцепившись пальцами в чёрный плащ.

— То, что должна. Пусть думает, что ты мёртв, — холодно ответила Вальбурга, сбрасывая руки брата с плеч.

И тут Блэк понял. Она выполняла приказ Тёмного Лорда. Ей было велено сжечь собственного брата в особняке. Холод мокрым потом прошёл по спине, заставляя его мгновенно осознать все происходящее.

— Где Беатрикс? — прошипел Альфард, снова смотря на сестру.

Девушка обернулась и подняла на руки кого-то. Посмотрев на ребёнка, Блэк понял что это чумазая в копоти Трикс, которая жалась к Вальбурге словно к старшей сестре. Мгновенно наступило облегчение, а  смех порывался выйти наружу.

— Какой бы мерзкой в твоих глазах я не была, я никогда не убью ребёнка. Пусть даже магглу, — отрезала Вальбурга и подкинув поудобнее девочку на руках, понесла её в сторону кареты, запряженной фестралами.

— Куда ты её везешь?

— Не только её. Садись в карету и что бы я больше о тебе никогда не слышала, Альфард. Я служу ему. А он ненавидит тебя и ты знаешь почему. Тёмный Лорд умеет читать мысли на уровне Мерлина или Гриндевальда. Он не простой мальчишка и теперь я ему служу. Не хочу знать ничего о вас, не хочу слышать. Просто уезжай. Уезжай так далеко, чтобы он вас не нашёл. Больше я ни чем не смогу вам помочь, — сказала девушка, усаживая Трикс в карету и накрывая её ноги пледом.

Он понял все и даже больше. Вальбурга Блэк, человек который всегда спасал только себя, начинает помогать другим.Что такого она видела у Лорда, что её отношение кардинально поменялось к людям?

— А ты? — глупый вопрос вырвался сам собой, а она лишь снисходительно улыбнулась. В её манере.

— Ты и так знаешь ответ на вопрос. Просто езжай и живи как тебе хочется, — она приобняла его за плечи, а потом подтолкнула его к карете, — Я видела её в замке Лорда. Забудь о ней. Грейнджер не расколоть и он это прекрасно понимает.

Блэк кивнул и почувствовал себя трусом. Но у него есть другая задача и она более сложная.Альфард в глубине души понимал, что он не увидит Гермиону больше никогда, но... Ему хотелось любить и быть любимым, но этот ребёнок... Беатрикс все что у него осталось.

***

Ногти заскреблись по полу, стараясь удержать тело на земле.Гермиона подняла изможденный взгляд чуть-чуть вверх. Зеркало пыльное, треснутое, а рама старая. Отражение было ужасающим. Волосы спутались, глаза впалые и красные от попавшей воды. Тело буквально уже лежит на земле, лишь руки в цепях удерживают его.Она внимательно смотрит в зеркальную гладь, видя вскоре там не свое отражение.А Элизабет Трейс.

— Беги, — шепнула копия и исчезла из зеркала.

Она снова потеряла сознание.