17

Королевская семья поселяет V в «Бал-морале» – том дорогущем отеле, где мы жили по приезде в Эдинбург. Я уже привык говорить – королевская семья сделала то, королевская семья сделала это. У Розэ получается очень естественно, и у Джису тоже, и я почти забыл, что «королевская семья» означает весьма странную компанию людей, которые принимают решения за всех, кто хоть немножко с ними связан.В любом случае на сей раз я по-настоящему довольн. «Балморал» шикарен, и я знал, что Те он понравится, особенно после того как я сказал другу, что в одном из номеров Джоан Роулинг дописывала последнюю книгу о Гарри Поттере. Теша почувствует себя на седьмом небе.Я не видел его, когда он прилетел накануне, но на следующее утро я запрыгнул на заднее сиденье лимузина (еще одна вещь, к которой надо привыкнуть) и поехал прямо в отель.Никто не смотрит на меня, когда я вхожу в вестибюль, и это очень приятно. Я думал, что после скачек мое лицо будет всем знакомо. Но затем я напоминаю себе, что в «Балморале» постоянно живут знаменитости.Я поднимаюсь на лифте на шестой этаж и шагаю по коридору к номеру Те. В моей голове куча планов. От отеля не так далеко до Национального музея, поэтому мы сначала прогуляемся туда, посмотрим на картины, на всякие странные шотландские штучки, может быть поздороваемся с предками Джина. Оттуда дойдем пешком до кладбища Грейфраерс, одновременно прекрасного и жуткого. Как раз в духе Техена. Пообедаем в «Нандо», выпьем чаю, съедим по пирожному и отправимся смотреть на Эш Бентли, которая будет выступать и подписывать книги в прелестном маленьком книжном магазинчике на Виктория-стрит.Идеальный день для V и Чими.Остановившись перед дверью с номером 634, я стучу особым образом – три раза тихо, два громко. Через минуту дверь приоткрывается, и я вижу лицо Ви.Красное, заплаканное и сопливое.– Что случилось? – вскрикиваю я.Он открывает дверь пошире, чтобы впустить меня. Как только я проскальзываю в комнату, дверь захлопывается за моей спиной. Те-Те мучительно морщится.– Дио, – говорит он, выплевывая имя своего парня, как неприличное слово.Техен и Дио всегда были самой милой и верной парой из всех, кого я знал, хоть они не были истинными. Я солгал бы, если бы сказал, что никогда не желал Дио провалиться сквозь землю, но это бывало лишь в те минуты, когда я чувствовал себя одинокой несчастной омегой, ну или слегка завидовал. В общем и целом он мне нравился, и Ви никогда не приходилось из-за него плакать.– Что случилось? – спрашиваю я, взяв друга за руки и направляя к маленькой кушетке.На нём белый гостиничный халат, черные волосы еще мокры после душа. Еда стоит нетронутой на подносе, поэтому я наливаю Те чай из серебристого чайника, положив побольше сахара, как он любит. Он берет чашку, но не пьет и неотрывно рассматривает свои ярко-оранжевые ногти на ногах.– Он прислал письмо, – говорит Техен, шмыгая носом. – Пока я летел через океан, мой альфа писал диссертацию на тему «Почему нам нужно временно расстаться».Я тяжело сажусь на кушетку:– Что?– Что слышал! – он отхлебывает чай и передергивается. – Посмотри.Те достает телефон из кармана халата и протягивает мне. Там открыта электронная почта.– Я только что это увидел, – продолжает подруга. Голос у друга дрожит, но он уже не плачет. – Буквально – только что вышл из душа, послал Дио эсэмэску, чтобы сказать, что благополучно добрался, а он спросил, проверял ли я почту. И всё. Мы встречались три года, он знает, что хочет со мной порвать… и никаких «слава богу, что ты долетел, но нам надо серьезно поговорить». Просто: «Ты проверял почту?»Техен отпивает еще чай. С его волос течет вода на халат.– Дочитал?– Э… почти, – отвечаю я.Честно говоря, V не преувеличил насчет диссертации. Две тысячи слов, полных сожалений и сочувствия. Хоть мне и симпатичен Дио, это как-то слишком.Я просматриваю письмо в поисках главного: поскольку Те уезжает почти на месяц, а Дио собирается навестить дедушек в штате Мэн, он полагает, что им обоим нужно использовать это время, чтобы проверить себя перед колледжем, понять, что значит жить порознь… Я не понимаю логики Дио и подозреваю, что дело, скорее, в его желании погулять с омегами в Мэне, чем в каких-то психологических тонкостях.– Ну и фигня, – спокойно говорит V, словно отвечая на мои мысли. – У него, наверное, просто есть другая омега в Бар-Харбор.– По крайней мере, он не собирается тебе изменять, – намекаю я, но мы оба знаем, что это совсем не те слова.Те испускает долгий прерывистый вздох.– А если он уже изменил? – тихонько спрашивает он и снова начинает плакать.И тогда я узнаю, как странно Дио вел себя после прошлогодней поездки к бабушке и дедушке. В его Фейсбуке появилась какая-то Кэрли, которую он добавил после этой поездки, и в профиле она не указала город проживания, но, судя по фотографиям, это был Мэн. Слушая Те, я чувствую себя всё более ошеломленным.Наконец сага о Дио и Кэрли завершается, и я хлопаю глазами:– Почему ты мне раньше не сказал?Те-Те встает с кушетки, вздыхает, подходит к массивному столу и достает из ящичка, украшенного мрамором и позолотой, пачку салфеток. Он качает головой, разглядывая эту затейливую конструкцию, и вновь садится, подогнув ногу.– У тебя и так хватало проблем, – отвечает Ви, сделав паузу, чтобы высморкаться. – Рози и всё вот это… – он обводит жестом комнату – гигантскую кровать, дорогую мебель и, вероятно, изысканную коробку для салфеток. – А я ничего не знал точно и чувствовал себя полным идиотом, понимаешь? Мы с Дио так давно вместе, и я злился на себя и думал, что у меня просто паранойя. И…– И что если сказать это вслух, будет похоже на правду, – договариваю я.Те смотрит на меня расширившимися темными глазами.– Вот именно, – произносит он, и я легонько толкаю его коленом.– Видишь? Нам обязательно надо было поговорить. Я всё понимаю.Я откидываюсь на спинку кушетки и чуть не тону в полосатых подушках.– Ты очень дорог мне, Вишенка, и то, что важно для тебя, важно и для меня. Неважно, как теперь живет моя сестра.Моя сестра.Из-за которой я и оказался здесь.Из-за которой, в свою очередь, здесь оказался Техен. Интересно, прислал бы Дио ему это письмо, если бы мы поехали в Ки-Уэст, как собирались?Вопрос так и вертится на языке, но тут друг вновь прерывисто вздыхает и наклоняет голову набок.– Что это на тебе надето? – спрашивает он, и я тереблю шов кардигана.По крайней мере, он зеленый, а не серый, но под ним белая блузка, а на джинсах заутюженные складки. Более того, в ушах у меня маленькие жемчужные сережки. С ума сойти.– Ничего особенного, – отвечаю я, и друг кивает, но губы у него вновь начинают дрожать.Так. Значит, никакого музея и книжного магазина. Это всё, конечно, весело, поймите меня правильно, но у нас критическая ситуация. И в моем распоряжении, кстати, есть кое-какие приятные вещи, которые, несомненно, понравятся Ви. Почему бы ими не воспользоваться?Я наклоняюсь к нему:– Хочешь поехать во дворец?