8 глава

Ничто, ни одно событие, ни одна неудача не могла испортить Гермионе настроение в тот вечер. Гарри и Рон, а, следовательно, и Джинни, помирились с ней и, из чувства вины, вели себя даже добрее и внимательнее, чем обычно. На занятиях мисс Грейнджер восстановила свое доблестное имя Лучшей Студентки Хогвартса, заставив всех позабыть позорный урок Зелий, случившийся днем ранее. И даже на обед подали ее любимые кушанья — сосиски в тесте с луковой подливкой и фрукты в кленовом сиропе. Поэтому к Эйлин она шла с легким сердцем и довольной полуулыбкой на губах.Но выражение ее лица быстро изменилось, стоило ей войти в комнаты зельевара. Ее брови удивленно поползли вверх, когда она увидела Снейпа, сидящего в своем кресле.— Профессор Снейп? — осторожно произнесла она.— Мисс Грейнджер, — откликнулся Снейп, даже не подумав оторвать свой взор от газеты, которую читал, и Гермиона некоторое время изумленно смотрела на него.Но тут Эйлин с радостным «мамочка!» подбежала к ней и начала торопливо рассказывать, как она учила Маргарет читать на латыни.— Кто такая Маргарет? — растерянно поинтересовалась Гермиона.Девочка сунула ей прямо под нос нечто вроде куклы, только довольно странной расцветки — мелкий серый орнамент на темно-синем фоне вместо «кожи» и просто однотонное синее платье отличали эту куклу от других ее сестер. Гермиона была уверена, что где-то видела этот рисунок.— Папа трасфигурировал ее из подушки.Конечно. Подушка, лежавшая на софе...— Интересное цветовое решение. И что же вы с Маргарет выучили?— Мы разучили латинский язык, — хвастливо заявила Эйлин, отходя от мамы и устраиваясь на софе.— В самом деле?— Да. Приветае мамус. Садитаре на софатус, я будуре читае тебетус книгус.Гермиона рассмеялась.— Слава Богу, а я уж подумала, ты на самом деле выучила латынь.Эйлин приняла вид оскорбленной добродетели.— Я на самом деле выучила.Гермиона прошла вглубь комнаты и села в кресло. Снейп взглянул на нее поверх газеты.— Я бы на вашем месте тут не устраивался, — сказал он.— Я выучила! — упрямо повторила Эйлин, разворачиваясь, чтобы видеть маму.— Ээ, мне уйти, сэр? — спросила Гермиона, игнорируя дочку и поднимаясь на ноги.— О, нет, мисс Грейнджер, — глумливо отозвался Снейп, откладывая в сторону газету.Эйлин тем временем сползла с софы, встала рядом с Гермионой и принялась тянуть ее за рукав.— Сэр? — удивленно спросила девушка, все еще не обращая внимания на Эйлин.— Совместный результат ее, — он ленивым жестом указал на дочь, — творческих мук и вашей безответственности, — короткий взгляд на все еще расписанную стену, — должен быть ликвидирован. Без магии.Гермиона опешила.— Но сэр, я тут совершенно не при чем! — сказала она.— Я же тебе сказала по-латински, — продолжала уверять в собственной образованности Эйлин, тяня маму за мантию.— Я был уверен, что вы уже вступили в тот славный возраст, когда принято отвечать за собственные оплошности.— Но моей вины в этом нет, когда я пришла, она уже разрисовала полстены...— Мама! Ну спроси меня что хочешь, я любое слово скажу.— Меня не интересуют ваши оправдания, мисс Грейнджер.— Сэр, это не справедливо...— Мама, ну спроси...— Да хватит! — вдруг прикрикнула Гермиона на Эйлин, и девочка, насупившись, отошла в сторонку.— Нет нужды кричать на ребенка, — холодно заметил Снейп.Мисс Грейнджер возмущенно взирала на профессора, который снова взял в руки газету и принялся читать. Тяжело дыша, она пыталась подавить собственный гнев и на зельевара, и на его назойливую дочурку.— Мама... — начала девочка снова.— Что? — резко спросила Гермиона.— Не надо, пожалуйста, смывать мои рисунки, — тихо сказала Эйлин, глядя на нее своими огромными черными глазами.Но сейчас этот взгляд невинной овечки не вызывал в Гермионе ничего, кроме раздражения.— Ну, конечно, я тебя послушаю, Эйлин, — саркастично отозвалась девушка.— Мамочка, я ведь так старалась, я хотела сделать папе приятное, — шепотом сказала малышка.— Довольно, — прервал ее Снейп, — если ты считаешь хорошей идеей подговорить мисс Грейнджер не выполнять мой приказ, то не только рискуешь нарваться на большие неприятности, но еще и втянуть в неприятности саму мисс Грейнджер.Эйлин надулась и упрямо сложила руки на груди.— Почему ты не хочешь оставить все так, как есть? — спросила она, очевидно, уже не в первый раз.Профессор не стал удостаивать этот вопрос ответом.— Ведро с водой и щетки у кабинета, — бросил он и снова углубился в чтение.Гермиона вздохнула, одарила недовольным взглядом Эйлин и подошла к резному кабинету черного дерева, рядом с которым ее ждало все необходимое для очищения стен от росписей. Зелья легко смывались водой, поэтому это не должно было быть слишком трудно.— Эйлин, — обратился Снейп к девочке тоном «ты ничего не забыла?».— Иду я, иду, — мрачно отозвалась она и, постукивая ботиночками по полу, подошла к Гермионе.Взяв в руки одну из щеток, мисс Грейнджер приготовилась к чистке.— Мам, ну, пожалуйста, — снова взмолилась Эйлин, стараясь говорить как можно тише.— Эйлин, — сердито произнес профессор Снейп, — бери щетку и начинай чистить.— Да сейчас, — отмахнулась она, все же наклоняясь к ведру.Однако ее молящий взгляд был по-прежнему обращен к Гермионе.— Мамуля... — произнесла она одними губами.— Эйлин! — прикрикнул, наконец, профессор, потеряв терпение.— Да не хочу я мыть стены, мне так нравится! — закричала в ответ девочка, недовольство и упрямство волнами исходили от нее.Она достала из ведра щетку и демонстративно кинула ее в сторону, затем с вызовом уставившись на отца. Гермиона нервно сглотнула. В тот момент больше всего ей хотелось оказаться где-нибудь в другом месте, может быть в другом городе или другой стране.Профессор Снейп глубоко вздохнул, силясь справиться с гневом, медленно, очень медленно отложил газету в сторону и поднялся на ноги. Гермиона почувствовала, что у нее засосало под ложечкой. Ей было страшно, хотя она понимала, что причиной раздражения профессора была вовсе не она.Мужчина подошел к ним и, взяв Эйлин за плечо, куда-то повел. Гермиона с ужасом наблюдала за тем, что происходило. Эйлин попыталась вырваться из папиной хватки, вцепившись в его руки ноготками, но, получив за это по рукам, прекратила попытки. Подведя ее к углу, в котором стоял какой-то не слишком жизнерадостный фикус, Снейп отодвинул горшок с цветком в сторону и поставил туда Эйлин. Повернув девочку спиной к комнате, он взмахнул над ней волшебной палочкой и пробормотал незнакомое Гермионе заклинание.Затем, удовлетворенно кивнув, он вернулся к своему креслу. Гермиона посмотрела на Эйлин — та определенно пыталась повернуться или покинуть угол, но какая-то невидимая сила держала ее. Выглядело это ужасно — словно ребенок страдал в какой-то жуткой агонии: маленькое тельце тряслось, волосики растрепались, а на лице была мученическая гримаса. Мисс Грейнджер перевела взгляд на профессора. Тот, вновь уткнулся в газету, однако, почувствовал на себе взгляд студентки и вопросительно посмотрел на нее.— В чем дело, мисс Грейнджер? Вы начнете мыть стены сами, или вас также нужно предварительно поставить в угол?Гермиона не нашлась, что ответить, и поэтому просто снова намочила щетку, которую держала в руках, и принялась оттирать «краску».Спустя пять минут она обессилено бросила щетку в ведро. Снейп посмотрел на нее с изумлением.— Оно не отмывается, — поспешно пояснила Гермиона, пока ее тоже не заколдовали.— Индикаторы легко смываются водой и не впитываются в камень, — сердито сказал зельевар.— Я знаю, сэр, — немного раздраженно ответила девушка, — но оно не отмывается. Все это время я терла одно место, — Гермиона пальцем указала на ярко-зеленое дерево рядом с небольшим домиком, — бесполезно.Профессор подошел к стене и наклонился к ней так близко, что кончик его носа почти касался зеленой поверхности.— Щетку, — скомандовал он, не глядя на Гермиону протянув руку.Получив требуемый предмет, он начал тереть стену, но рисунки действительно не стирались, кажется, наоборот, становясь ярче. Снейп сжал зубы.— Может быть, стоит попробовать мыть каким-то специальным составом? — предложила Гермиона, озадаченно глядя на роспись. — Например, живичная настойка разъедает...Снейп аккуратно опустил щетку в ведро с водой, затем взмахом палочки убрал лужи с пола, образовавшиеся после активной чистки.— В этом нет необходимости. Здесь не обошлось без магии Эйлин.Гермиона взглянула на девочку, которая теперь спокойно стояла в углу. На слова профессора она никак не отреагировала.— Она нас не слышит, — на всякий случай уточнил Снейп, — но у меня нет никаких сомнений, что это ее рук дело. Вы можете быть свободны.— Свободна? Но...— Вы здесь больше не понадобитесь, — сообщил ей профессор, разглядывая стену.— Может быть, я могла бы убрать все с помощью магии? — спросила Гермиона чуть растерянно.— Не думаю, что вам это удастся, — последовал ответ, а затем, заметив вопросительный взгляд студентки, Снейп добавил, — магия Эйлин не менее вредна, чем она сама. Просто так с ней не справиться.Через несколько секунд, когда Гермиона все еще стояла рядом с ним, удивленно глядя на рисунки дочери, зельевар сказал:— Я вас больше не задерживаю, мисс Грейнджер.И она поспешно покинула комнаты профессора.

***

Следующий день преподнес Гермионе большой сюрприз — а именно, взыскание от профессора Снейпа. Он осчастливил ее им на уроке Зелий — вознаградил практически ни за что. Ситуация была настолько абсурдной, что у мисс Грейнджер не оставалось сомнений, что это была преднамеренная операция профессора Снейпа, призванная оправдать или прикрыть что-то другое...— Сегодня в качестве взыскания вы отправитесь с Эйлин гулять по замку, — подтвердил он ее догадки, задержав после урока.— Да, сэр... а зачем? — спросила она, не сумев побороть любопытство.— Умение выполнять приказы без лишних вопросов — ценное качество, мисс Грейнджер, — отозвался Снейп, устремив свой взор на какие-то пергаменты на своем столе.— Мм... Сэр, но я же должна знать, куда с ней пойти и сколько времени гулять. Если вы просто хотите, чтобы она проветрилась, то...— Я буду работать над оформлением стен в собственной гостиной, и не хочу, чтобы она мешала. Такой ответ вас удовлетворит? — ядовито поинтересовался профессор.— Да, сэр. Спасибо. До свидания, — поспешно ответила она, вдруг вспомнив, что Снейпа не стоит лишний раз раздражать.Позже Гермиона поделилась с друзьями своими планами на вечер, и все трое воспылали желанием познакомиться с причиной всех недавних бед — Эйлин. Мисс Грейнджер предупредила их, что девочка может оказаться совсем не такой, какой они себе ее представляют, на что Гарри ответил:— Если она правда дочка Снейпа, то вряд ли ей удастся нас удивить.Вечером Гермиона зашла за дочкой и отправилась вместе с ней к полю для квиддича, где ее уже ждали Гарри, Рон и Джинни. По пути Гермиону одарили несколькими сочувственными взглядами, и она в очередной раз отметила, как быстро в этой школе разлетаются слухи. Уже все были в курсе, что у Снейпа живет его племянница, что он периодически в качестве наказания заставляет нянчиться с ней студентов, ну, или, по крайней мере, мисс Грейнджер, и даже то, что гриффиндорка снова заработала взыскание.Ее друзья сидели на верхних трибунах, наслаждаясь вечерним майским солнцем. Гермиона подошла к ним, держа Эйлин за руку, и они сразу с любопытством уставились на ребенка.Девочка сложила руки на груди, задрала нос и надменно посмотрела на компанию.— Вообще-то, так пялиться на человека не прилично, — сообщила она, вопреки всему явно довольная таким пристальным вниманием к собственной персоне.Рон захохотал. Гарри и Джинни с изумлением смотрели на Эйлин.— Теперь сомнений в отцовстве Снейпа у меня нет, — констатировал Гарри.Гермиона, словно извиняясь, пожала плечами.— Эй, а что еще не прилично? — поинтересовался у девочки Рон, веселясь.— Задавать идиотские вопросы, — ответила Эйлин, и с гордым видом прошла к нему.Рон растерянно наблюдал, как она, ухватившись за его предплечье, взобралась к нему на колени и удобно уселась — так, чтобы все присутствующие могли лицезреть ее королевскую фигурку. Гарри и Джинни тоже, кажется, были слегка удивлены. Гермиона же равнодушно наблюдала за садящимся солнцем, даже не глядя на дочь.— Ну, так, чем вы тут занимаетесь? — спросила Эйлин, когда пауза затянулась.— До этого момента ждали тебя, — ответил ей Рон.— Ну, это понятно, — таким надменным, самоуверенным тоном ответила девочка, что сам Люциус Малфой удавился бы от зависти, — а вообще? Я имею в виду, чем мы будем заниматься теперь?— Загорать? — предложила Джинни.Эйлин, белизне чьей кожи могла бы позавидовать любая придворная дама семнадцатого века, посмотрела на рыжеволосую девушку уничижительно. Джинни тут же почувствовала себя дискомфортно — кажется, шестилетний ребенок считал ее полной дурой, что было неприятно.Гермиона лишь усмехнулась — ведь она предупреждала, что общение с этим ребенком не приносит радости никому. Устало вздохнув, девушка опустилась на скамейку.— Мам, — позвала Гермиону Эйлин, наклоняясь, чтобы видеть ее из-за Гарри и Джинни, — а папа сказал, что если он не уберет мои художества, то я буду жить с тобой.— Почему я должна страдать из-за того, в чем виновата ты? — спросила Гермиона почти безразлично, поскольку понимала, что со стороны Снейпа это были лишь пустые угрозы.— Вот я и подумала, — сказала Эйлин, словно знала, что мама скажет что-нибудь в этом роде, — если папе не нравится там жить, с такими стенами, то пусть это он живет с тобой, а я останусь жить одна в его комнатах.— Ха! — воскликнул Рон. — Да ты хитрюга.— Я буду приглашать тебя в гости, дядя Рон, — снисходительно сказала Эйлин.— Ты слишком добра, — отозвался он.— А нас с Джинни будешь? — спросил Гарри, очевидно, пытавшийся как-то наладить контакт с девочкой, хотя Гермиона совершенно не понимала, зачем ему это нужно.— Ну, буду и вас, — согласилась Эйлин, — хотя папа не очень-то любит, когда вы приходите в гости, он больше любит, когда мы с мамой ходим к вам.Такой ответ заставил всех присутствующих напрячься. Информация о будущем хоть и не должна была достигать их ушей, все же была очень интригующа.— То есть, Снейп... то есть, твой папа — он не разрешает нам часто видится, или вроде того? — уточнил Гарри.Эйлин вдруг рассмеялась.— Нет, конечно! Папа ничего маме не запрещает! Как он может ей запретить, если она главнее?И четыре изумленных пары глаз уставились на девочку, вынуждая ее продолжить.— Ну, только папа об этом не знает, — заговорщически добавила она, — так что вы ему не говорите.— Поясни, — попросила Гермиона.— Ну, он думает, что он дома главный, а на самом деле, ты. Как бы, он всегда делает по-твоему, но... как это... он думает, что делает по-евоному. И он тебе никогда не не разрешает...— Двойное отрицание не используется, нужно говорить «не запрещает», — поправила ее Гермиона.— Тсс, — зашипел Рон, — не сбивай ее, дай послушать.Гермиона закатила глаза.— Все равно этого ничего не будет, — сказала она.— В смысле? — выразил общий вопрос Гарри.— Ну, я и профессор Снейп — этого не будет, — немного смущаясь, ответила она.— Надеюсь, ты права, — сказал Рон, а потом вдруг вспомнил о ребенке у себя на руках, — а Эйлин может родиться у тебя от кого угодно. Только, наверное... волосы будут другого цвета, — неловко закончил он и внимательно посмотрел на девочку на своих коленях.— Не думаю, что ты прав, Рон, — сказала Джинни, тоже разглядывая ребенка, — я не знаю, похожа ли она хоть чем-то на Гермиону, но вот что касается Снейпа — Эйлин просто его копия.— Только симпатичная, — добавил Гарри, согласно кивая.Эйлин, тем временем, широко открытыми глазами смотрела на маму. В ее глазах читался испуг и обида.— Мама, — проговорила она, судя по голосу, готовая расплакаться в любой момент, — ты... ты меня не хочешь? Ты хочешь другую дочку?Глаза девочки заблестели, и Гермиона растерялась.— Нет, Эйлин, дело не в тебе, — сказала она, тщательно подбирая слова, — дело в профессоре Снейпе. Понимаешь... я не думаю, что мы когда-либо... решим пожениться.— Я просто тебе не нравлюсь, — слезливым голосом произнесла Эйлин.— Да ну при чем тут ты? — немного раздраженно спросила Гермиона. — Я же сказала, все дело в твоем отце. Мы не любим друг друга и никогда не полюбим. А значит, и...Эйлин всхлипнула, соскочила с колен Рона и побежала между рядами подальше от этих жестоких людей. Гермиона вскочила со своего места:— Эй, подожди! Ну послушай же... я не то хотела сказать!Но поняв, что ее дочурка и не собирается останавливаться, побежала за ней. Ее примеру последовали и друзья. И они бы успешно поймали беглянку, если бы та вдруг не наткнулась на метлу, бездельно лежащую на проходе между скамьями.— Эй, это моя метла! — только и успел воскликнуть Гарри, как Эйлин ловко вскочила на нее и взмыла вверх.— О. Мой. Бог... — прошептала Гермиона, глядя, как девочка пронеслась над квиддичным полем словно стрела, — Гарри, Рон! — почти истерично прокричала она.Рон достал из рукава палочку и направил на девочку.— Нет! — воскликнула Гермиона. — Ты можешь уронить ее. Быстро ищите метлы и за ней!— Она улетела на моей, — ответил Гарри, в панике озираясь.Гермиона почувствовала, что ее начинает трясти.— Профессор меня убьет... — пробормотала она.— Она же может убиться, — одновременно с ней прошептала Джинни.Девушки посмотрели друг на друга и, кажется, многое поняли в тот момент. Глаза Гермионы заблестели от слез. Но в следующую секунду она увидела, что Рон, нашедший где-то метлу, взлетает над полем и устремляется в том направлении, в котором исчезла Эйлин.— Все будет в порядке, — подбодрила Гермиону Джинни, но та лишь отрицательно покачала головой.— Слушай, а ты уверена, что она вообще твоя дочка, — вдруг спросил Гарри, безнадежно вглядывающийся в даль, пытаясь увидеть Эйлин, или хотя бы Рона.Гермиона медленно повернулась к другу, вопросительно глядя на него.— Ну... ты как-то... не знаю, — начал бессвязно объяснять он, — не похоже, что она твоя дочка. Такое ощущение, что она тебя раздражает и... ну, если бы ты на самом деле была ее мамой, у тебя должен был бы быть какой-то, вроде, материнский инстинкт.— Ты идиот, Гарри? — спросила Джинни, глядя, как меняется лицо ее подруги. — Гермиона, не слушай его. Какой материнский инстинкт? Тебе двадцать и ты не рожала Эйлин, и не нянчила ее младенцем, и не воспитывала, и не растила все эти шесть лет, чтобы сразу же полюбить и обзавестись материнским инстинктом.— Да? — неуверенно произнесла Гермиона. — А что если все-таки... если все-таки она действительно не моя дочка? Что, если обстоятельства сложились так, что я решила помогать профессору Снейпу воспитывать его дочку? Мало ли, что могло произойти в будущем.— Например? — поинтересовалась Джинни. — Он нашел в котле ребенка и решил, что стоит найти кого-то, кто может вскормить его грудью, а у тебя как раз началось неконтролируемое молоковыделение? Да, это звучит гораздо правдоподобнее, чем то, что вы просто...— Нет, — перебила ее Гермиона недовольно, — например, какая-нибудь женщина родила от Снейпа ребенка и не захотела оставлять его себе, что, согласись, звучит не очень-то удивительно. Или эта женщина умерла. А я, например, после школы решила стать ученицей профессора Снейпа, чтобы получить степень Мастера Зелий. И, ну, стала помогать ему с Эйлин, в результате чего она стала считать меня мамой.— И женой профессора тоже? — уточнила Джинни. — Ну да, она создает впечатление такой глупышки...— А мне кажется, версия неплохая, — с чем-то вроде надежды в голосе сказал Гарри.— Вам просто хотелось бы, чтобы это было правдой, — сказала Джинни. — И посмотрите, до чего довело ваше желание не мириться с неизбежным.Девушка неопределенно махнула в ту сторону, куда улетели Эйлин и Рон. Гермиона тяжело вздохнула, всматриваясь в пространство.— Может, тебе стоит попробовать провести тест ДНК? — спросил Гарри. — Ну, или что-то в этом роде.— Что это такое? — спросила Джинни.— Тест на выявление родственных связей, — пояснила Гермиона.— О, тогда я знаю способ. Только тебе нужно достать что-то от Эйлин, например, волосы. И от Снейпа можно тоже, чтобы быть уверенными на все сто.— Джинни, зачем от Снейпа? — воскликнул Гарри. — Не надо, Гермиона, не трогай его волосы!Гермиона чуть усмехнулась.— Можно и образец слюны, — сказала Джинни, — например, если раздобыть чашку, из которой он пил...— Фу, меня сейчас стошнит, — искренне произнес Гарри, скривив лицо.Гермиона продолжала с улыбкой смотреть на гримасы друга, когда мисс Уизли состроила испуганное лицо и издала испуганное «о-оу».— В чем дело? — настороженно спросила Гермиона и оглянулась, чтобы посмотреть в ту сторону, куда был направлен взгляд ее подруги. — О черт, — прошептала она, увидев, как на квиддичное поле вошли Рон, Эйлин и профессор Снейп.