Год третий. Глава 10

При написании этой главы ни один гиппогриф не пострадал.

Вот однажды один человек пошел на службу,

да по дороге встретил другого человека,

который, купив польский батон,

направлялся к себе восвояси.

Вот, собственно, и все.

(Д. Хармс, «Встреча»)

____

— Гермиона, как ты могла! — страдал Поттер.

— Цыц! — прошипела Гермиона. Они сидели в засаде за домиком Хагрида, выжидая удобный момент, когда можно будет отвязать Клювокрыла.

— Машина времени, святый боже, — не унимался Поттер. — Ты даже не понимаешь, сколько возможностей было упущено! Мы могли бы совершить идеальное преступление, потому что с легкостью бы обеспечили себе алиби.

— Вот поэтому я тебе ничего и не сказала, — ответила Грейнджер. — Гарри, пора. Иди отвяжи Клювокрыла.

— Ты злая, жестокая...

Из окна хагридовой хижины доносился голос Фаджа:

— По решению комитета по уничтожению опасных созданий, гиппогриф Клювокрыл, в дальнейшем именуемый осуждённым, сегодня, шестого июня, на закате подлежит...

— А я верил тебе... я даже готов был поделиться с тобой рецептом своего фирменного напалма...

— ...казни через отрубание головы. По указанию комитета приговор будет приведён в исполнение Уолденом Макнейром, палачом...

— Гарри, сейчас или никогда! — шепнула Гермиона, пихая его в бок.

— Мы могли бы подсунуть МакГонагалл в кабинет корзинку с котятами, — мечтал вслух Поттер, — и открыткой, а на ней написать «Здравствуй, мама». Или Снейпа по немытой башке поленом огреть... ах да, я же это только что сделал.

Дверь хижины заскрипела, и из нее вышел Макнейр с топором наперевес. За ним шел всхлипывающий Хагрид, министр Фадж и Дамблдор остались в хижине.

— Черт, опаздываем! — Гарри метнулся к Клювокрылу, но Гермиона удержала его за руку.

— Опоздали, — мрачно поправила она. — Они тебя увидят.

— Но они убьют зверюшку! — возмутился Гарри. — Не то чтобы я не хотел взглянуть на казнь через декапитацию, но...

— У меня есть идея, — хитро прищурилась Гермиона. — Жди.

Лезвие топора коротко блеснуло в закатном свете. Притихшие подростки услышали звук удара и отвратительный хруст, затем что-то мягко шлепнулось на землю. Гарри осторожно высунул голову из-за дерева. Обезглавленная туша распростерлась на земле; кровь фонтанчиком брызгала из обрубка шеи, орошая тыквенные грядки, которые гиппогриф разрыл своими копытами, дергаясь в агонии.

— Глянь, красота-то какая, — шепнул Поттер. — Хорошо, что мы остались посмотреть.

Они дождались, пока Дамблдор увел рыдающего Хагрида; еще раньше Фадж и Макнейр отправились обратно в замок. Тогда они покинули укрытие и приблизились к уже остывающему трупу, над которым уже начали кружиться мухи, выискивая местечко, чтобы отложить туда яйца.

— Отойди, — резко приказала Гермиона. Гарри взглянул на нее с любопытством, не узнавая свою обычно чопорную подружку. Сейчас она выглядела напряженной и вдохновленной, как профессор Трелони над хрустальным шаром, или Снейп над котлом, или сам Гарри над самодельным динамитом.

Гермиона каким-то совершенно дирижерским движением взмахнула волшебной палочкой и начала бормотать слова зловещих магических инкантаций. Труп Клювокрыла окутало густо-фиолетовое сияние, и, к изумлению Гарри, валявшаяся на земле отрубленная голова вдруг шевельнулась и бодро подползла к телу, приклеившись на положенное место, как будто так и было надо. Еще несколько минут — и Клювокрыл мигнул оранжевым глазом, затем поднялся на ноги, несколько неуклюже, как новорожденный — хотя в каком-то смысле так и было.

Фиолетовое сияние померкло, и Гермиона опустила волшебную палочку, устало вытирая вспотевший лоб.

— Ох, — слабо сказала она, — кажется, у меня получилось.

— Как ты это сделала? — восхищенно прошептал Поттер.

— Это... ну... это некромантия, — выпалила Гермиона, краснея. — Я еще с прошлого года тренируюсь. Сначала на петухах, потом на мышах.

— А я-то думал, куда это у меня мыши пропадают, — присвистнул Гарри. — Никогда бы не поверил, что такая правильная девочка, как ты, вдруг увлечется темной магией.

— Я не считаю, что это темная магия, — заявила Грейнджер, воинственно задирая подбородок. — Я делаю из мертвого живое — что может быть прекрасней?

— Ну да, наверное, — сказал Гарри. — Я этого как-то не могу понять, потому что мне больше нравится делать из живого мертвое. Но ты крута!

— Ох, Гарри, спасибо, — смутилась девочка. — Пойдем, нам надо спрятаться.

Притаившись в лесу, они смотрели, как черный пес утащил в лаз под Дракучей ивой упирающегося Рона, как сами они побежали за ним, как более ранняя версия Поттера пригрозила строптивому дереву пылающим факелом. Через некоторое время из замка примчался профессор Люпин, и тоже скрылся в подземном ходе, потом за ним последовал и Снейп.

— Ну вот, — сказала Гермиона. — Теперь надо только подождать, когда мы выйдем обратно. — Она привязала гиппогрифа к ближайшему дереву и села на землю.

— Гарри, я кое-чего не понимаю. Почему дементоры не смогли взять Сириуса? Я потеряла сознание, и ничего не помню. Кто-то вызвал Патронуса? Что это было?

— Танк, — коротко бросил Поттер.

— Что?

— Танк. Огромный серебряный танк. Он несся над озером, и это было прекрасно.