Глава 3. Слои

У Гермионы было правило: не обращать внимания. Особенно — на людей, которых не стоит пускать ближе.

Она следовала этому правилу, как мантре.Но с каждым днём Тайбер Малфой становился не просто исключением — он становился испытанием.

Он не приближался. Не заговаривал. Не вмешивался в её разговоры. И всё же — она чувствовала его присутствие каждый раз, когда он был рядом. Он всегда появлялся в поле зрения — в коридоре, на трибунах, в классе — и всегда с этим спокойным лицом и серыми, наблюдающими глазами.

Он был, как заклинание, которое не срабатывает сразу. Но всё же начинает действовать.

В библиотеке было тихо. Гермиона сидела в самом дальнем углу, погружённая в книги по защите от древних чар. Она давно знала: настоящая тьма не в боевых проклятиях, а в магии, которой забыли бояться.

Она услышала шаги. Не гулкие, не тяжёлые. Спокойные. Уверенные. Узнала их раньше, чем увидела.

— Не знал, что Грейнджер уединяется, — произнёс голос, от которого её пальцы сжались на перо.Она не подняла головы.— Уединение — единственный способ сосредоточиться, когда вокруг слишком много шума.— Я могу уйти, — предложил он, всё ещё не приближаясь.— Можешь, — спокойно ответила она.

Он не ушёл.

— Но я не уйду, — добавил он.

Она резко подняла взгляд. Он стоял у книжной полки, слегка склонив голову. Его серые глаза смотрели на неё не с вызовом, а с интересом. Взгляд взрослого человека, читающего не текст, а живого человека — строчку за строчкой.

— Ты наблюдаешь за мной? — спросила она.— Я смотрю, — уточнил он. — Есть разница.— Какая?— Ты наблюдаешь за тем, что тебе безразлично. А смотришь — на то, что не можешь не видеть.

Гермиона замерла. В груди — стук. В висках — пульс.Он приблизился. Медленно, уважая границы. Его мантия чуть задела край стола. Он не улыбался. Но в его лице было движение, словно лёд внутри чуть треснул.

— Мне любопытно, — сказал он, чуть тише. — Почему ты такая, как есть. Почему ты борешься за свет — с такой тенью внутри.

Гермиона встала.— Ты ничего обо мне не знаешь.— Знаю достаточно, — отозвался он. — Я слышал, как ты говорила в суде за Снейпа. Видел, как ты поднялась на трибуну, когда остальные отворачивались. И видел, как ты смотришь на меня. Как будто не можешь решить — доверять или ударить.

Она сделала шаг назад. Он не последовал.

— Ты слишком близко, — тихо сказала она.— А ты слишком честна, чтобы лгать себе, — прозвучал его ответ.

Они оба молчали.

А потом Гермиона собрала книги и, не глядя на него, прошептала:— Ты ошибаешься, Малфой. Я не смотрю на тебя.— Нет, Грейнджер, — он всё же позволил себе лёгкую, почти невесомую улыбку. — Ты просто ещё не поняла, почему.