Глава 29 День Шестой. Искусственность

У Виктора появилось очень много забот с новой должностью, а ответственностьзашкаливала. Но всё же он находил время, чтобы позвонить или написать мнесообщение. Это было очень приятно для меня и ново для него, в чём он и признался. Я не чувствовала земли под ногами. Постоянно улыбалась, даже на пáрах.Перемена во мне не прошла незамеченной для окружающих. Адриан был как всегда скептичен. Постоянно напоминал мне о прежнихпохождениях Виктора, рассказывал о его бывших «подружках на одну встречу», дажекидал ссылки на их страницы в соцсетях. Меня это жутко выводило из себя, и мы ссорились. На выручку приходилоптимизм Марии. Она мечтательно вздыхала, причитая, когда же повстречает своё счастье сростом не менее ста восьмидесяти сантиметров, ну и... кое какими другимидостоинствами. Тётушка придерживалась нейтральной позиции. Она радовалась за меня, но всёже порой проскальзывали предупреждающие фразы или обеспокоенные взгляды. Университетские сплетники копались в моей биографии. Отношения сВиктором Эскалантом сделали меня чересчур популярной. Даже разговоры опохождениях и предпочтениях Маркуса отошли на второй план. Кстати, Виктор всё же поговорил с ним. Когда и как, я так и не узнала. Однаждысамый стильный парень нашего университета подошёл ко мне, когда я сидела наперемене в дворике с Эйдом и Мари. Стараясь говорить как можно громче, онпопросил у меня прощение, чем привлёк ещё больше внимания ко мне. Проглотив кусочек шоколадного маффина, который откусила перед егопоявлением, я выдавила из себя примирительную фразу. Мы с Мари иневозмутимый Эйд, обескураженные, смотрели, как король всего университетаудаляется с высоко поднятой головой. Догадавшись, кто повлиял на него, я написала Виктору с вопросом, что же онсделал. Через минуту Эскалант прислал ответ: «Я сказал ему, что ты – моя». Моё недовольство по поводу нарушенного обещания Виктора не встревать внаши университетские конфликты моментально испарилось. И я расплылась вумилённой улыбке, почувствовав себя засахаренным медом, который становитсяжидким на водяной бане. После опубликованных наших с Виктором фото, на мою страницу в «Фейсбуке»стали сыпаться угрозы от обезумевших скрытых и явных фанаток моего парня.Меня, человека привыкшего к скромности и непопулярности, это очень беспокоило,особенно когда я прочитывала некоторые сообщения. Долго не думая, япереадресовала все присланные мне угрозы на электронный адрес Эскаланта,подписав: «Это цена за удовольствие быть с тобой». А потом ограничила доступ к своей странице. По крайней мере там меня онидостать уже не могли. Вот от студентов я так просто защититься не могла. Я ловилана себе взгляды, обрывки фраз доносились до моих ушей. Может, конечно, говорилине обо мне и все это плод фантазии. Так бывает, когда чересчур островоспринимаются пересуды окружающих. Несмотря на договоренность с местной прессой, меня всё же донимали ижурналисты. Виктор, сказал, что долго это продолжаться не будет, простонеобходимо соблюдать отчётность. Отцу я так и не решилась сказать. Отчасти я боялась, что в гневе он заберётменя из Испании, но так же и из-за накалившейся политической обстановки в моейродной стране. Я проследила новости, написала о своих переживаниях отцу. Но онотмахнулся от меня. Как всегда.*** Середина сентября радовала нас своим тёплыми деньками и ясным небом, хотяизредка выдавались дождливые дни. Именно таким слишком влажным и было утрочетверга. Кутаясь в уютный белый кардиган, я вышла из авто Мари. Подруга предложиламне руку и место под широким укрытием её стильного зонта из коллекции Диор.Так мы влились в поток студентов, направляющийся к центральному входу в нашгуманитарный кампус. – Я всё же сомневаюсь, стоит ли мне идти неготовой к профессору Перальте! –недовольно бурчала Мария. – Надо было не отвлекаться на Ксавьера, а учить «Теорию переводов»! –усмехнулась я. – Ха! Я же не ты. Как так можно – одновременно и учить, и болтать сЭскалантом. – Мы вчера не болтали совсем, – загрустила я.  И это была правда. Мы не виделись уже два дня. Только созванивались ипереписывались.  Мой телефон завибрировал, но я не рискнула отвечать под дождём. Мы ужебыли почти у входа, когда я услышала знакомый клаксон и обернулась. Моё сердцеподпрыгнуло, когда я увидела красную «Де Томазо».  – Смотрите-ка, – съехидничала Мария, проследив за моим взглядом. – И когоже она выберет: зануду профессора или парня на красном спорткаре?  – Я сейчас! – проигнорировала я замечание подруги и, отобрав у неё зонт,направилась к Эскаланту.  – Долго же ты думала! – услышала я недовольство подруги.  Но все мои мысли были заняты уже появляющимся из автомобиля Виктором имокнувшим под дождём.  «Может, что-то случилось?» – перебирала я в голове все возможныеобстоятельства, заставившие его появиться здесь перед работой.  Я подошла к Эскаланту, как всегда идеальному – в коричневой рубашке ичёрном костюме.  – Привет! Что-то случилось? – обеспокоенно вглядываясь в его шоколадныеглаза.  – Да, – серьёзно молвил он. – Я соскучился.  Я облегчённо улыбнулась. Этот человек задевал струны моего сердца и создавалмелодию.  – Это очень мило, но мне пора на занятия... – я, быстро оглянувшись, короткопоцеловала его в губы.  Виктор в раз оживился и удержал меня, обняв за талию.  – Тогда я украду тебя! – шепнул он мне в губы, поцеловав в ответ.  Чувствуя, что сейчас соглашусь, я с трудом отклонилась от него.  – Виктор, мы нарушаем правила! – пыталась воззвать его к рассудительности. –Ты, кстати, тоже опаздываешь на работу.  – У меня свободный график.  Он продолжал тянуться ко мне.  – Значит, тебе повезло – у тебя не будут вычитать баллы за опоздания! –уворачиваясь от его губ, я получила поцелуй в висок.  – Увидимся сегодня? – нехотя отпуская меня, спросил он.  Я улыбнулась:  – Я позвоню.  – Буду ждать, крошка! – соблазняя меня тёмным взглядом, молвил Виктор.  И я быстрым шагом направилась на уже начавшуюся лекцию.  Напрасно я старалась сосредоточиться на учёбе, все мои мысли были о горячемВикторе Эскаланте. Всё чаще и чаще я задумывалась о следующем шаге в нашихотношениях. И с каждым разом я всё больше убеждалась в своей готовности сделатьего.  Оказавшись дома, я быстро приготовила все домашние задания на завтра истала готовиться к свиданию с Виктором.  Надев одно из своих любимых платьев, бежевое кружевное, накинув сверхукороткую джинсовую куртку и распустив волосы, я вышла на встречу к Эскаланту.  Его взгляд заставлял меня пылать изнутри. Разве это возможно? И разве можеткто-то больше нравиться мне, чем этот мужчина? Сердце подсказывало мне, чтонечто подобное можно испытать только раз в жизни и только к одному человеку. Вмоём случае – это был красивый парень с глазами цвета чёрного шоколада.  Эскалант, одетый в молочного цвета свитер и коричневые джинсы, выглядел,как только что ожившая фотография из модного журнала.  Несколько мгновений мы просто смотрели друг на друга, сжимая руки.  – Ты красивая! – выдохнул он.  Только в один его голос можно влюбиться...  – Но не так, как ты, – покраснела я.  На его лицо внезапно легла тень. Он загрустил. Коснувшись моего лица, Викторсдержано поцеловал меня в губы.  – Это лишь моя обложка. Внутри я не такой...  Я задумалась над его странными словами, пока мы ехали в кофейню. Дождьпрекратился, из-за тучек выползло ленивое вечернее солнышко.  Я наслаждалась этой ситуацией. Откинувшись на спинку своего сидения, ясмотрела на точёный профиль Виктора, который так непринуждённо вёлавтомобиль. Он был очень сексуальным в этот момент... Хотя, когда было иначе?..  Зазвучала песня «Bad» Майкла Джексона, и я улыбнулась.  – Что, крошка? – заметил он, отвлекаясь от дороги.  Моя улыбка стала шире:  – Эта песня напоминает мне тебя.  – Правда? – удивился Виктор, останавливая машину и поворачиваясь ко мне. –Так, значит, я плохой?  – Ну-у-у, в какой-то степени, да! – я наслаждалась его взглядом. – Я даже её натвой звонок поставила.  Виктор сузил глаза и склонился ко мне.  – «Who's bad?» – с лёгкой хрипотой в голосе проговорил он под песню. Будто подтверждая тот имидж, о котором пел поп-король, он притянул моёлицо к себе и дерзко поцеловал. Сидя в уютном кафе на берегу моря, мы наслаждались обществом друг друга ипрекрасным закатом. Он нежно держал мои ладошки, поглаживая их пальцами,иногда прикасался к ним губами. Виктор как-то загадочно посмотрел на меня, сделав паузу. – У меня небольшой сюрприз для тебя! – чуть смутившись, молвил он, и полез взадний карман джинсов. – Виктор Эскалант смущается? – подшутила я. – Всё никак не привыкну к этому чувству, – признался он и положил передомной чёрную бархатную шкатулочку. – Это для тебя. Мне было жутко неловко. Медленно потянувшись к коробочке, я открыла её. Влучах заходящего солнца поблескивали золотые серёжки, украшенные россыпьюкамней. Они были великолепны... – О, какие они красивые! – прошептала я, проведя пальцем по их округломурельефу. – Проезжал мимо ювелирного и не устоял, – признался Эскалант. – Они похожина тебя. – На меня? – удивилась я, подняв глаза на непривычного Виктора. Он взъерошил пальцами свои волосы. – Ну да, – бросил он на меня свой взгляд. – Я тебя такой вижу. Изящной,сияющей, без наигранных чувств... Я была настолько растрогана его словами, ведь они были намного ценнее, чемподаренные украшения. – Это... – я не сразу нашлась, что сказать в ответ. – Спасибо... Когда совсем стемнело, он повёз меня к себе домой. Там меня ждал ещё одинсюрприз, пообещал Виктор. Поездка в лифте была традиционно использована с пользой – мы целовались.Но мы приехали не на его этаж, с удивлением отметила я. А когда сталиподниматься вверх по ступеням, я догадалась, что мы идём на крышу. – Я хотел тебя пригласить в один из кинотеатров, – улыбался мне Виктор,открывая передо мной крайнюю дверь этой высотки в двенадцать этажей. – Но ужене сезон, поэтому я устроил киносеанс только для нас двоих. Моя челюсть непроизвольно отвисла, когда я ступила на крышу дома. Вездегорели свечи, огромный телевизор стоял у одного из края кровли, возле него –большой диван с кучей подушек и столик с попкорном и напитками. А окружал всюэту романтику вид ночной Барселоны – огни, линия горизонта с узкой полосой моряи красного, почти потухшего заката... – Виктор... – выдохнула я, – у меня нет слов. Он подошёл со спины и положил руки мне на плечи: – Надеюсь, из-за того, что тебе нравится? – шепнул он, целуя меня в волосы. Я обернулась к нему и, встав на цыпочки, поцеловала его губы. Эскалантзастонал и с силой прижал меня к себе, возвращая поцелуй. – Я думала, ты... другой! – прошептала я, купаясь пальцами в его волосах. – Ты делаешь меня лучше, – серьёзно сказал он, глядя на меня глазами, что ввечернём свете казались совсем чёрными. – Я только стараюсь быть достойнымтебя. – Почему же ты считаешь, что тебе нужно стараться? – искренне удивлялась я. Он коснулся моих губ лёгким поцелуем и улыбнулся: – Приступим к просмотру? – А что за фильм? Мы устроились на диване. Я полулежала в объятиях Виктора под тёплымпледом. Он кормил меня попкорном, а я поила его колой. Мы смотрели чувственноекино «Вики. Кристина. Барселона». Я вдыхала аромат парфюма Виктора,наслаждаться которым теперь могла себе разрешить. Наверное, в тот вечер яощущала себя по-настоящему счастливой. Ну и, конечно же, мы целовались. Много-много. Мне нравилась его реакция намои прикосновения. Когда наши поцелуи подходили к почти необратимой черте, онсам останавливался. Я видела, как он дрожал, чувствовала его тяжелое и частоедыхание, слышала учащенное сердцебиение... – С каждым разом мне всё тяжелее остановиться, – пробормотал он мне в губы. Я смотрела на его красивое лицо и призналась сама себе, что мне вовсе нехочется, чтобы он делал это. Разве возможны сильнее чувства, чем те, что вызываетво мне Виктор Эскалант?.. – Дай мне ещё немножко времени, – прошептала я, проводя пальцем по егонижней губе. – Я уже почти готова.