Глава 2

Барселона. Финал.

Свет пробивался сквозь щели занавеса, огромная арена гудела, миллионы зрителей смотрели трансляцию, а Айла стояла в самом сердце закулисья.

— Айла, стой ровно... секунду... почти... — визажист подбирала последние штрихи, поправляя блёстки в уголках её глаз.Стилист приглаживал платье, чтобы каждая складка лежала идеально.

Она выглядела шикарно.

Её локоны, коричневого цвета спадали на плечи, сияя. Платье переливалась имея прекраснейший голубо-синий цвет. Звукорежиссёр проверял микрофон, касаясь его тихим, почти незаметным щелчком.

Айла смотрела на свои ладони — они чуть дрожали. Конечно, по другому быть не могло. Это её детская мечта, черт возьми! То, к чему она стремилась с раннего детсва — получилось. Сквозь кровь, слезы, пот — через всё! Но она смогла. Это самое главное

Это финал. Тот самый. Тот, о котором она мечтала всю жизнь.

Айла слышала, как ведущие удивляют публику информацией о Заманлы. Девушка, которая в 17 лет смогла добиться такого успеха, выйдя на Евровидение, да ещё и пройдя в финал с самыми высокими баллами. Нереально!

Сидящие встречали её имя и фамилию с большими криками и поддержкой. Её голос очаровал всех зрителей. Этого она и добивалась. Она достигла одной мечты, но после одной — идет другая. Теперь, её задача — выиграть этот кубок Евровидения любыми силами.

Она слышала рёв стадиона — каталонские голоса, смешанные с голосами всего света.

Но она ещё не знала, что где-то там, в самом центре трибун, её будущее уже смотрело прямо на сцену.

Испания выступает ближе к концу шоу. Болельщики в красно-жёлтых флагах шумят, поют, кричат.Среди них, в вип зоне, с закрытым проходом — компания, за которой следят камеры и фанаты.

Ламин Ямаль.Эктор.Алехандро Бальде.Эди Бальде.Мохаммед.Сохаиб.

Они пришли поддержать участницу Испании, послушать музыку, развлечься, но... как обычно, их внимание рассредоточено.

— Кто сейчас? — спросил Эктор, жуя кусок стейка на шпажке.— Азербайджан, кажется, — сказал Алехандро, лениво облокотившись на сиденье.Мохаммед хмыкнул:— У них каждый год баллады одинаковые, брат. Ща скучно будет.

Все засмеялись.

Кроме Ламина.

Он сидел чуть вперёд наклонившись, глядя на сцену с лёгким интересом, но без особых ожиданий.Ему, честно говоря, было всё равно — пока музыка хорошая.

— Я надеюсь, она по крайней мере споёт нормально, — проговорил он небрежно.— Да расслабься, — шутливо толкнул его Бальде старший. — Это же Евровидение, тут либо кринж, либо огонь.

Но когда свет арены внезапно погас и прожекторы выстрелили на сцену, Ламин поднял взгляд.

Из темноты вышла она.

Айла сделала шаг из-за кулис.

В платье, которое переливалось серебристо-голубым, будто в нём застыли волны Каспия.С микрофоном, который дрожал вместе с её пальцами. Всё-таки, с мандражом она не справилась.С глазами, в которых сияло детское, чистое — и очень взрослое — желание быть услышанной.

В этот момент её страх исчез.Она вспомнила отца, брата, ту маленькую девочку у телевизора в 2012-м.

«Ты сможешь, Айла».

Музыка началась.

И с первой же ноты зал замер.

Трибуны.

Фан-зона.

Разговоры оборвались.Шутки растворились.

Ламин вскинул голову, словно кто-то ударил по струне внутри него.

Её голос был...нежный, чистый, сильный.Голос, который сразу проходит под кожу.

Он сидел неподвижно, широко раскрыв глаза.Словно сцена внезапно показала ему не выступление... а судьбу.

— Ничего себе, беру свои слова о балладах обратно. — удивленно, в перемешку со смехом прошептал Мохаммед, не собираясь нарушать эту тишину, которую провожал лишь голос певицы.

Эктор удивленно произнес:

— Походу, появился новый мировой, молодой талант. Ламин, твое место ускользает..Что скажешь, а?

Ламин будто бы попал в транс. Ни слышит, ни реагирует, ни двигается.

— Эй... Ламин? — тихо сказал Сохаиб, заметив, как тот застыл.Но Ламин не слышал.

Он смотрел на неё, как будто впервые в жизни слышит музыку по-настоящему.

Каждая нота врезалась в него.Каждое слово будто обращалось именно к нему.

И тут свет упал на её лицо.Певица подняла глаза.И на мгновение — всего на секунду — их взгляды встретились. Однако, причины были разные: Айла — пытается успокоиться, рассматривая трибуны. Ламин — просто не отводил с неё взгляд.

Он увидел идеальную, светлую, нежную девочку на сцене.

И всё. Его накрыло.

Ламин Ямаль, кумир миллионов, звезда Барселоны —влюбился.

Молниеносно.Глубоко.Бесшумно, как падение звезды.

— Ребята... — выдохнул он так тихо, что услышал только сам. — Она... идеальна.

Его друзья переглянулись.

Эктор ухмыльнулся:— Ого, брат. Тебя прям пробило.

А Бальде, наблюдая за ним, тихо сказал:— Ламин... Ты влюбился в голос.

Но Ламин уже знал:Не только в голос.В неё.

В ту девушку, что стояла на сцене и пела так, будто разговаривает с его душой.

Ребята приняли его слова не в серьёз. Конечно, как по другому? Ламин — человек, который только в редких случаях может иметь с человеком противоположного пола что-то серьёзное, а не «новая ночь — новая дама».

Они не понимали, что Ламин, правда, чувствует что-то другое. Ладно, он и сам не понимал.

И это было только начало.

Музыка остановилась, но зал — нет.На секунду повисла тишина, будто всем нужно было вдохнуть... и только потом огромная арена взорвалась аплодисментами.

Стены вибрировали.Свет плясал.Крики, свисты, овации — будто волна накатила и накрыла всё.

Айла стояла на сцене, ещё тяжело дыша, сердце стучало в бешеном ритме.Глаза блестели — не от грима, а от того, что она смогла.Она улыбнулась — настоящей, тёплой, той самой улыбкой, которой улыбаются дети, когда мечта становится реальной.

Ребята подпрыгнули, хлопая и свистя так, будто болели за свою страну.

— ЧТО ЭТО БЫЛО?! — Мохаммед перекричал музыку. — Это вообще как?! Это же... это же крышеснос!— Охренеть... — выдохнул Эктор. — Я думал будет скучно. Брат, это лучшее выступление вечера.

Алехандро и Эди, словно два брата-акробата, смотрели на певицу с уважением, словно впервые поняли, насколько Евровидение может быть серьёзным.

Но важнее всех — Ламин.

Он сидел, почти не мигая, будто всё ещё был под гипнозом её голоса.Сердце билось так, словно он только что забил мяч в финале Лиги Чемпионов.

— Ламин? — осторожно позвал Сохаиб.— Ты вообще жив? — потряс его за плечо Эктор.

Ламин моргнул, наконец очнувшись, и тихо сказал:

— Ребята... она... она не просто красивая...— Она настоящая.

Ламин Ямаль никогда так не говорил о девушках.Если что-то и говорил — то шутя. Невсерьёз.Он всегда держался на расстоянии, всегда холодно, всегда уверенно.

А сейчас...он выглядел так, будто мир перевернулся за три минуты песни.

Бальде присвистнул:

— Вот это да.— Ты реально поплыл, брат.

Ламин отвёл взгляд, будто пытался скрыть свою реакцию, но на лице всё ещё оставалась эта странная, мягкая, новая для него улыбка — тёплая, почти детская.

— Я просто... — он замялся. — Не знаю. У меня ощущение, что я её уже где-то слышал...— Ты просто влюбился, — ухмыльнулся Эктор. — Всё просто.

Но Ламин не слышал их.Он смотрел на сцену, где Айла кланялась и благодарила зал.

И в этот момент он понял: он никогда ещё не хотел подойти к человеку так сильно.

За кулисами. Зона артистов.

Айлу встретили объятиями, аплодисментами, криками «Bravo!» на всех языках.Другие участники искренне радовались за неё — ведь атмосфера Евровидения всегда была особенной, поддерживающей.

Айла была безумно счастлива. Счастлива, как никогда раньше. Глаза наполнялись слезами счастья. Она легонько махала рукой у глаз, что бы не портить этот прекраснейший макияж.

Она ещё не успела отдышаться, когда к ней подбежала певица Испании — высокая девушка с тёмными кудрями, одетая в яркое красно-золотое платье. От неё прям веяло той дерзостью, которой была пропитана аура Испании. Шикарная дама.

— Madre mía, девочка... — она обняла Айлу так крепко, словно та была её сестрой. — Я думала, что я выйду на сцену сегодня и взорву зал... но ты...АЙЛА!!... ты... ты просто разорвала всеееее!

Айла рассмеялась, пытаясь снять микрофон.

— Правда? Ты так думаешь?— Думаю? — испанка хлопнула ладонью по груди. — Я уверена! Девочка, твой голос... он чистый. Чистый, как... — она замолкла, пытаясь подобрать слово, потом театрально вскинула руки. — Как моя душа после исповеди!

Все засмеялись.

Испанка — Мартина взяла Айлу за руки:

— Я рада, что мы в одном финале. И очень рада, что именно ты представляешь Азербайджан. Ты сделала этот вечер волшебным.

Айла смутилась, опустив взгляд, но сияла.

Сзади к ним подошли финалисты из Норвегии и Италии, начались разговоры, поздравления, обмены шутками — все были как одна большая семья.

Но Айла не заметила, что за их переполненной эмоциями группой кто-то наблюдает.

Ребята спускаются вниз.

Охрана провела группу испанских футболистов вниз, к коридору, ведущему в гримерки артистов — как VIP-гостей.И ребята оказались почти в том же коридоре, где Айла разговаривала с Мартиной.

— Эй, смотри, там артистка Испании! — шепнул Мохаммед. — Может фотку сделаем? Поймаем момент, так скажем.

Но Ламин не слушал.

Его глаза сразу нашли Айлу в толпе.

Она стояла чуть в стороне, поправляя волосы, смеясь, отвечая артистам других стран.

Он видел её впервые в жизни, но ощущал странное — будто видел давно, будто слышал этот смех где-то в своих воспоминаниях.

Бальде тихо сказал:

— Ну всё, брат. Вот твой момент.— Сейчас пойдёшь знакомиться?

Ламин сглотнул.Он — звезда Барселоны — не боялся защитников, не боялся камер, стадионов...Но сейчас внутри всё переворачивалось.

Эктор подтолкнул его вперёд:

— Иди уже. Хуже не будет.

Певцы ещё немного поговорили — о музыке, волнении, сцене, платьях, глупых движениях камер. Мартина смеялась, Айла — тоже.А потом Мартину позвали фотографы.

Айла осталась одна, на секунду вдохнув тишину.

И тут она услышала шаги.Чьи-то быстрые, чуть слишком уверенные.

Она подняла голову.

Перед ней стоял Ламин Ямаль.

Она смотрела на него так, будто впервые увидела человека, о котором ничего не знает...Так и было.

Почти.

Вживую он выглядел выше. Чуть шире в плечах. И... заметно растеряннее, чем на поле.

Ламин открыл рот, чтобы сказать что-то первое — что-то хоть немного нормальное:

Он одёрнул футболку, как будто не знал, что делать с руками.

— Эм... Привет, — сказал он. И сразу явно пожалел, что сказал так просто.Айла моргнула.Она знала его. Конечно знала. Лицо Барселоны. Феномен. Легенда в 18.

— Привет... — ответила она мягко.

Ламин сглотнул. Его друзья стояли в нескольких метрах позади, будто наблюдали за редким видом животного в природе.

Да так и было. Обычно, Ламин закидывал руку девушке на плечо — всё! Пошло поехало. Его сладкой речи не было отказа. Однако сейчас, он даже поздороваться не знает как.

— Я... — он запнулся.— Ты? — Айла чуть приподняла бровь, улыбаясь уголками губ.

И тут он выпалил:

— Я хотел сказать, что ты... ну... ты поёшь как... как... как будто у меня внутри Wi-Fi словился.

Тишина.Полная.Абсолютная.

Айла замерла.

Ламин тоже замер, осознавая что именно он только что сказал.

Вот дурак, подумал он. Впервые так опозорился перед девушкой. Разве что в 15 лет, на школьной вечеринке наступил на ногу девушки 19 раз за один медленный танец. Она еще и была в босоножках...Ноги в синяках, это еще мягко сказано.

Сзади донёсся тихий задушенный смешок Сохаиба.

Айла закрыла рот ладонью.

— Wi-Fi...? — повторила она, не удержавшись.

— Я не это хотел сказать, — прошептал Ламин, будто молясь, чтобы земля его поглотила. — Я хотел... ну... что ты... как песня. Или как... волна. Или... что-то нормальное! Но мозг... — он отчаянно ткнул пальцем в голову, — он не включился.

«Чёрт, никогда больше не послушаю Алехандро. Зачем я только подошел к ней!? Само бы как то завязалось» — прошло у него в голове.

Айла уже не выдержала.

Она рассмеялась.

Не тихо.Не вежливо.А по-настоящему — светло, искренне, звонко.

Так, что даже его друзья не удержались.

Ламин покраснел так, будто был томатом, который кто-то уронил на солнце.

Эктор вмешался, сделав шаг вперёд. :

— Ламин хотел сказать, что ты выступила потрясающе. Он просто... эээ... современные технологии иногда мешают ему говорить.

Да хранит Бог Эктора, за такой галантный поступок.

— Очень мешают, — буркнул Ламин, накрывая лицо ладонью.

Айла чуть наклонила голову, смотря на него уже иначе — теплее.

— Ну, если мой голос включает у тебя Wi-Fi, — сказала она, — то это самый забавный комплимент в моей жизни. Ты первый, маэстро.

Он поднял глаза.И увидел её улыбку.

Ту, из-за которой у него внутри всё снова вспыхнуло.

— Так... это... хорошо? — спросил он тихо.

Айла кивнула.

— Это очень хорошо.

Сзади Эди шепнул Эктору:

— Всё. Он пропал.

Эктор шепнул в ответ:

— Да он уже давно.

Ламин, подумав, что всё под контролем, опять прибавил уверенности: плечи вышли вперед, голова вверх, ухмылка наглейшая — вот, что было его вторым именем.

Но знал бы он, как после его слов про Wi-Fi, это выглядело смешно. Сохаиб с Алехандро еле держались, что бы не смеяться во все горло. Эди с Мохаммедом пытались сделать серьезное выражение лица, будто бы поддерживая Ламина.

А Айла смотрела на Ламина — и впервые чувствовала лёгкое, неожиданное тепло.

И где-то внутри неё тоже что-то включилось.Только это точно был не Wi-Fi.

Смех ещё не полностью улёгся, когда зазвучал громкий голос координатора:

— Все артисты и гости, прошу проходить в зоны размещения! Через три минуты начинаем финальный блок голосования!

Люди вокруг засуетились.Певцы, танцоры, делегации — все начали расходиться по своим местам.Айлу тоже окликнула девушка из их команды:

— Айла, нам нужно идти в сектор исполнителей!

Она кивнула и бросила последний взгляд на Ламина:

— Было приятно познакомиться, Ламин. — протянула ему руку Айла.

Ламин застыл всего лишь на секунду, а после, сразу же ухватился за её руку, пожимая её, зеркально кивая ей без остановки. Отпускать руку, он не собирался. Наоборот, схватился второй рукой тоже. Якобы «прощаясь», моля, что бы этот момент стал длиннее хотя бы на секунды.

Эктор толкнул того в бок, намекая, что бы тот уже отлипнул от девушки, которая только из-за уважения не может объяснить, что спешит и ему стоит отпустить её руку.

Ламина будто ударило током. Он отпрянул от нее сразу же.

Тот опускал руку от лица, всё ещё красный, но уже... довольный?Даже немного воодушевлённый.

Она ушла, её платье мелькнуло серебристой тенью среди огней и людей.

И Ламин будто встряхнулся.

— Чё стоим? — сказал Эктор, подталкивая его плечом. — Пошли в фан-зону обратно. Я ещё стейка хочу.

Но Ламин продолжал смотреть в ту сторону, где исчезла Айла.

— Нет, — наконец сказал он, чуть хрипловато. — Нет... я не хочу обратно наверх.

Эди поднял бровь:

— Что это значит?

Ламин глубоко вдохнул.

— Там... — он кивнул на коридор, ведущий к центральному партеру, — есть сектор артистов.Где сидят делегации. Танцоры. Представители стран.Айла будет там.

Ребята переглянулись.

Сохаиб фыркнул:

— Брат, ну это же зона участников, туда просто так не пройти. Ты думаешь, тебя туда пустят?

Ламин посмотрел на него таким взглядом, будто тот сказал, что трава синяя.

— Я играю за Барселону. Я туда войду. Тем более, мы болеем за Испанию

Алехандро отреагировал:

— Ты точно идёшь болеть за Испанию, мальчик?

Ламин сделал вид, будто не слышит, хотя понимал, что со стороны видна его растерянность.

Мохаммед прыснул со смеху:

— Вот теперь узнаем, влияет ли футбол на Евровидение

Но Эктор стоял с каменным лицом, скрестив руки:

— Я не хочу туда идти. Там неудобно сидеть, камеры, люди... Лучше уж на трибунах.

Ламин резко повернулся к нему:

— Эктор. Пожалуйста.

Тишина.Ребята удивились.Он никогда так не просил.

— Пожалуйста, — повторил он уже тише. — Я... ну... я никогда так себя не чувствовал.И... я не знаю, будет ли шанс увидеть её нормально ещё раз.

Эди присвистнул.

— Хорошо, теперь я точно понял — ты пропал.

Эктор закатил глаза:

— О, Господи...

И тут Алехандро хлопнул Эктора по спине:

— Братан! Ну сколько раз Ламин помогал тебе знакомиться с девчонками?Помнишь ту официантку после дерби?Помнишь ту журналистку?Помнишь—

— Я сказал, не напоминай это вслух, — процедил Эктор, покраснев.

Мохаммед расхохотался:

— Ну вот! Значит, теперь твой долг — помочь ему. Карма, брат. Карма.

Сохаиб добавил:

— Да ладно тебе, это даже прикольно. Посидим рядом с участниками Испании.Будем смотреть, как твой лучший друг пытается говорить без Wi-Fi.

Все засмеялись.

Ламин закатил глаза, но тоже улыбнулся.

— Очень смешно.

Эктор глубоко вздохнул.Слишком театрально.Слишком демонстративно.

— Ла-а-адно! — сказал он, поднимая руки. — Хорошо! Идём.Но если меня покажут по телевизору в момент, когда я ковыряюсь в зубах зубочисткой — я вас убью.

— Договорились, — улыбнулся Ламин так искренне, что никто не смог возразить.

И компания направилась в сектор участников.

Испанская делегация встретила ребят с восторгом — кто-то махал, кто-то кричал «¡Lamine!», парочка танцоров вообще попыталась обнять Бальде, который изобразил мученика, а при виде Эктора, девушки начали приводить себя в порядок, а так же строили ему глазки. Ну, вдруг повезет. Все возможно

Когда ребята вошли в огромную зону артистов, камеры сразу повернулись в их сторону — всё-таки футболисты «Барселоны» редко появляются среди певцов Евровидения.

Ведущие закулисья, ассистенты и журналисты переглядывались:— "Es Lamine...?"— "Sí, sí, es él."

Испанская делегация оживилась, приветствуя их.Все улыбались, махали, спрашивали о матчах, спрашивали, за кого они болеют.

Но Ламин отвечал автоматически.Потому что смотрел только в одну точку.

На Айлу, сидевшую через два ряда.

Она разговаривала с координатором, что-то уточняла, кивала...Но всё равно иногда поднимала взгляд.

И каждый раз — ловила его.

Первый раз она слегка улыбнулась.Ламин — тоже.

Второй раз — она смутилась, опустила глаза.

Третий — она уже покраснела и отвернулась, будто сама не понимала, почему он не отводит взгляд.

А он не отводил.Вообще.Его друзья уже начали шептаться.

— Брат, он реально на неё смотрит, не отводя взгляда, — сказал вполголоса Мохаммед.— Не «смотрит», а залип. — поправил Сохаиб.

Алехандро быстро дал Ламину по шее:

— Эй, братец, чему я тебя учил? Да, девушку можно заставить засмущаться, но не в такой же ситуации! Дай пусть расслабиться.

Но Ламин даже не слышал их.

Он смотрел, как Айла поправляет микрофон, как она благодарит волонтёра, как делает глубокий вдох...Даже её плечи, дрожащие от волнения, казались ему невероятно трогательными.

И она это чувствовала.Потому что её пальцы сами собой нервно играли с браслетом, когда он смотрел.

Вопросы от журналистов.

Когда ребята заняли свои места, к ним подошла молодая журналистка

— Ламин, как вы себя чувствуете, находясь здесь?— Эм... хорошо, — выдавил он.

— И за кого вы болеете?

— За... — он хотел сказать «Испанию».Но взгляд снова ушёл на Айлу, сидящую через пару рядов.

Журналистка увидела это, но промолчала. Подумала, что сам скажет, если нужно. Впечатляет, не стала вмешиваться в личное дело.

Айла поймала его глазами ровно в этот момент.И снова улыбнулась — мягко.

Ламин тихо выдохнул... и сказал:

— За хорошую музыку. Я болею, за хорошую музыку.

Эктор подавился воздухом.Бальде закашлялся от смеха.Мохаммед прикрыл рот, чтобы не взорваться.

Журналистка не поняла, но кивнула.

— Спасибо! Удачи вам!

Когда она ушла, Алехандро наклонился:

— Ламин, если бы взгляд мог трогать человека — она бы уже была у тебя на коленях.— Заткнись, — пробормотал тот.

Но красные уши выдали всё.

Время уже подходило до распределения баллов. Представительница баллов появилась на всех экранах. Страна — Сан Марино.

Ох, разговаривают они конечно долго. Состариться можно.

— Ииии, наши 12 баллов дарятся...Азербайджану!!!

Когда ведущие объявили:

— "Azerbaijan... twelve points!"

Арена взорвалась.

Айла вскочила вместе со своей делегацией, закрыла лицо ладонями — то ли от радости, то ли от шока.

И в этот момент Ламин впервые за вечер выпрямился.Хлопал громче всех вокруг.Смотрел не на экран.А на неё.

Чёрт, какое же странное чувство. Знает девушку несколько часов, а мурашки по коже при каждом её движении, а гордость за неё — не описать словами.

Она заметила.

Повернулась.И увидела, как он — сидящий среди испанцев — хлопает ей так искренне, будто она уже стала частью его жизни.

Айла прикусила губу, пытаясь скрыть улыбку.Но не получилось.

Она сияла.

Рядом с Ламином сидела Лисандра — танцовщица из испанской группы.

Она следила за всем этим уже минут десять и наконец сказала:

— Dios... какая же Айла шикарная.

Ламин почти не моргнул:

— Да.

Мартина повернулась к нему, подняв бровь:

— Ого. Ты даже не споришь.— А что спорить? — очень тихо ответил он.

Мартина нахмурилась, но с улыбкой:

— Ну, ладно, скрывать не буду. Ну не могу! Я вижу, как ты смотришь на неё. Небось понравилась, да Ламин?

Он замолчал.

Потому что так и было.

Ламин снова смотрит на него

Когда эмоции улеглись, Айла снова повернулась назад.

На секунду.На мгновение.

Но её взгляд нашёл его.Безошибочно.

Ламин чуть склонил голову.Совсем немного.Только она могла это заметить.

Айла тихо улыбнулась.И в этот раз — не отвернулась быстро.Не смутилась так сильно.

Она смотрела прямо.Чуть теплее.Чуть дольше.

Как будто признавая:Да, я тоже вижу тебя.

________________Привет всем моим любимым!! Буду публиковать главы, то есть, пытаться. Времени много не бывает. Буду ддать ваших отзывов. Целую❤️❤️