38 глава

Телефонный звонок разорвал тёплый момент так резко, что Розэ вздрогнула и даже молча уронила ложку в тарелку. Джису медленно поднялась из-за стола, будто всё тело мгновенно заледенело. Она поднесла телефон к уху, и голос её охранника звучал как сталь:

— Босс... на нашей территории появился Пак. Старший брат вашей жены.

Розэ побледнела.Молли тяжело выдохнула, перекрестила пальцы, и на секунду дом будто опустел, стал ледяным.

— Я же сказала: войны не будет, — тихо произнесла Джису, но в голосе слышались рождающиеся штормы.

Она отключила звонок и даже не взглянула на Розэ — лишь сжала кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Но стоило ей шагнуть к выходу, как из тени коридора вынырнула длинная, худощавая фигура.

Её дядя. Ким Ёнхо.Суровый, с резкими чертами, с глазами, которые видели слишком много смерти и слишком мало любви.

— Ты хоть знаешь, что творишь? — прошипел он, не давая Джису пройти. — Не хочешь войны? Значит хочешь, чтобы нас вырезали как овец?

— Пак пришёл не с войной, — холодно ответила она. — Он пришёл предупредить.

— Предупредить? — расхохотался дядя так громко, что Розэ вздрогнула за столом. — Ты наивная, как твоя мать была... перед тем как её убили.

Дом замер.Джису медленно повернула голову. В глазах — чернота, тишина перед бурей.

— Не смей упоминать её.

— А почему бы и нет? Может тогда ты вспомнишь, кто ты. Ты — босс. Босс, у которого нет даже наследника.

Слова ударили, как нож.Глубоко. Туда, где болит.

— И не будет, пока рядом эта девчонка, — он кивнул в сторону Розэ. — Из-за неё ты ослабла. Из-за неё ты не можешь поднять оружие. Ты защищаешь кого? Жену? Неженку? Певичку? Ты ставишь её выше клана!

Грудь Джису вздыбилась, но она молчала.

— Ты губишь нас всех, племянница, — сказал он уже тише, но куда опаснее. — Пока ты "любишь", они копают нам могилу.

Розэ больше не выдержала и поднялась.

— Не смейте говорить так о Джису.

Дядя повернулся к ней. Улыбка — как у волка.

— А ты... Ты вообще кто, девочка? Тень. Помеха. Причина, по которой мой клан может исчезнуть.

— Достаточно.

Голос Джису был тихим, но в нём было что-то такое, от чего даже дядя замолчал.

Она подошла ближе, глядя ему прямо в глаза.

— Если Пак переступил границу — я сама с ним поговорю.— Джису... — прошептала Розэ.— Но война? — она посмотрела на дядю. — Не начнётся. Пока я здесь — нет.

— Тогда мы все умрём, — устало сказал он. — И ты знаешь это.

На мгновение в его глазах мелькнула боль. Настоящая. Глубокая.

— Ты гордишься своей матерью, да? — сказал он тихо. — Но она умерла именно потому, что однажды сказала: "Я не хочу войны". И ты хочешь повторить её ошибки?

Тишина разорвалась, как стекло.

Джису отвернулась.Горло сжало.Плечи дрогнули — едва заметно.

— Завтра годовщина её смерти, — сказала она почти шёпотом. — И я не позволю, чтобы её память снова была запятнана кровью.

Он лишь покачал головой.

— Без наследника твоя власть — ничто. Люди клана это видят. И они не будут ждать, пока ты окончательно сломаешься из-за любви.

Он прошёл мимо неё, но остановился у двери и бросил напоследок:

— Пак не уйдёт просто так. Он не предупреждать пришёл. Он пришёл проверить, слаба ли ты.— И знаешь что? Он увидит — ты изменилась. Не в лучшую сторону.

Дверь хлопнула.

В доме осталась тишина.

Розэ смотрела на Джису, а та — в пол.Синяки под глазами были ещё темнее.Усталость повисла на плечах, как камень.

— Джису... — тихо сказала Розэ. — Не слушай его. Я—

Но Джису подняла руку, останавливая её.

— Ро... — голос дрогнул. — Если Пак правда пришёл... мне нужно идти. Сейчас.

— Но ты только пришла... Ты не ела...

— Я вернусь.

Она шагнула к двери, но в последний момент остановилась, не оборачиваясь:

— И... пожалуйста... не выходи из дома. Не сегодня.

И ушла.

Оставив после себя воздух, пропитанный грядущей бедой.

⸻