Любовь зла, одному - всё, другому - ничего

POVАвторУтро. Крики. Ругань. Грохот. Таким было утро Хакутаку.Хакутаку : Что вообще тут происходит...?Тишина. Божественный зверь смотрит на часы, а на них пол шестого. Хакутаку : Да вы с ума сошли? Сейчас даже не 6...Китаец натянул чёрные спортивные штаны и вышел из комнаты, а там далеко не любимая жена со свежесваренным кофе. Вместо любимой жены очень злой и вооружённый Хозуки, причём весь в крови, а вместо свежесваренного кофе свежепобитый Акира, и тоже в крови, правда в своей.Хакутаку : Какое замечательное утро...Хозуки : Правда не для Акиры. Демон - людоед стрельнул убийственным взглядом и он вполне мог бы сойти за какого - нибудь гангстера или за рыбку покрупнее, но искусанное тело покрытое засосами уже не делало его уж таким страшным. Поэтому зверь без опаски подошёл к заместителю Энмы. Хакутаку : Ну и за что ты так с ним?Лекарь прекрасно знал за что Демонический бог избил тэнгу, но если так подумать, есть вероятность того, что если помощник выговориться и фармацевт со всем согласится, то возможно он успокоиться.Хозуки : Ты - мой, слышишь? Слышишь!?Демонический бог выронил канабо и схватил Байцзэ за предплечья. Нет, адский помощник не обезумел, но ненависть к Акире была сравнима с безумием. И жестокость с которой он избил чёрнокрылого это подтверждало.Хакутаку : Конечно слышу.Хакутаку аккуратно перебирал чёрные волосы возлюбленного. Прошла минута, две, пять, десять, Они более менее успокоился. Хакутаку : Что он тебе сказал? Хозуки : Он сказал, что ты бросишь меня уже на утро, и ты меня не любишь. Я ждал тебя четыре тысячи лет, если понадобится я тебя к батарее прикую.Хакутаку : Ну не говори глупостей. Во - первых, батарей у меня нет, во - вторых, меня таким не удержишь, а в третьих, Акира тебе солгал. Давай я тебе лучше чаю налью. А?Хозуки : А ещё я есть хочу.Хакутаку : Как скажешь дорогой мой.Божественный зверь приготовил рис, суп мисо, омлет и кофе.Хакутаку : Вкусно?Хозуки : Не ресторан, но и это сойдёт.Хакутаку : Ты сейчас доиграешься и я тебя выгоню.Хозуки : Перебьёшься. Я тебя с ним одного не оставлю. Хакутаку : Ну хватит. Я с тобой переспал? Переспал. Сказал, что ты мне нравишься больше чем Акира? Сказал. Хозуки : Ну да, это в корне всё меняет. Хакутаку : Я уже совсем не понимаю, что ты от меня хочешь. Хозуки : Как минимум, чтобы это пернатое от тебя отстало, а как максимум увидеть его смерть. Хакутаку : И ничего из этого от меня не зависит. Печально. Хозуки : Ну почему? Есть один способ... Хозуки вдруг привстал и поцеловал китайца, тот особо ничего не понял, но отказывать демону не стал. Положил ладонь на щёку, а заместитель в ответ обвил шею зверя. Бог скосил взгляд на уже проснувшегося Акиру. Адский помощник буквально смеялся тэнгу в лицо, его пустой взгляд очень радовал Они. Всю ревность как ветром сдуло, слова зверя оказались не такими уж и вынужденными, а сам Акира уже не был таким непроходимым препятствием. Жизнь ему в тот момент и мёдом показалась, и малиной, и всем чем хочешь. Чёрные крылья встрепенулись, и уже через секунду Акира вылетел из аптеки. Лекарь отстранился от Хозуки и посмотрел на лужу крови в которой совсем недавно лежал тэнгу. Хакутаку : Жестокий ты Хозуки, ни перед чем не остановишься ради желаемого. Хозуки : И поделом ему. Кстати... У демона в голове всплыл тот самый момент в кладовой, он конечно понимал, что фармацевт теперь от него никуда не денется, но хотелось бы прояснить ситуацию. Хозуки : Тот случай в кладовке... Хакутаку : Так и знал, что спросишь. Говорю сразу, у нас с ним ничего не было. Хозуки : Верю. И всё же. Хакутаку : Я попросил Акиру сходить за вечным женьшенем, но прошла минута, две, а он так и не идёт. Тогда я пошёл за ним, ну а уже там он поскользнулся и меня за собой потащил. Вдруг ты появляешься, не успел я и слово сказать как тебя уже нет. Вот и вся история. Хозуки : Вот как... Хакутаку : Ну что опять не так? Хозуки : Да нет, всё в порядке. Хакутаку : Что - то я тебе не верю. Хозуки : Зато я тебе верю. Хакутаку : И на этом спасибо. Хозуки : Сейчас верю. Но если узнаю, что ты мне изменяешь тебя ничто не спасёт. Фармацевт вздохнул и сделал глоток горячего зелёного чая, понимая, что полюбил он далеко не безобидного барашка.