Глава 25. Наказание

Он швырнул дверь, даже не прикрыв за собой. Ладонь всё ещё горела от напряжения — не от удара, а от того, что он мог ударить. Гнев кипел, не отпускал.

Лиза. Где она?

Он достал телефон — не брала. Час назад говорила, что поедет «развеяться».Куда? К кому?

И тут — в ленте сторис мелькнуло. Кирилл. Тот самый, которого он считал своим другом.Фоновое фото: бокалы, плед, чьи-то ноги на диване. Слишком узкий ракурс — но он понял.Она у него.

***

Егор влетел в подъезд без звонков, без предупреждений. Кирилл жил на третьем. Дверь была приоткрыта — видимо, ждали еду или курьера. Он толкнул её — зашёл внутрь, как буря.

И застыл.

Лиза сидела на коленях у Кирилла. Точнее — он обнимал её за талию, прижимая к себе. Она смеялась, но как-то через силу, и в этот момент увидела Егора.

Тишина. На пару секунд, но она была звенящей.

— Егор... — Лиза встала.— Я тебя пять часов не мог найти, — голос его был низким, угрожающим, почти спокойным.— Я не обязана отчитываться.

Кирилл поднялся, пытаясь что-то сказать, но Егор на него даже не взглянул. Только шагнул к Лизе.

— Ты решила, что если я с той сучкой в одной постели, то можешь сесть первому встречному на колени?

— Это не твоё дело. — она стояла прямо, не сдаваясь.

— Ты, блядь, думаешь, я не знаю, зачем ты сюда пришла? Чтобы я увидел? Чтобы меня зацепить?

— Ты вёл себя как мудак. Я просто...

— Ты наказание решила себе устроить, Лиз? Через другого? — он стоял слишком близко. Она не отступала, но дыхание сбилось. — Ты хочешь, чтобы я тебя забрал прямо сейчас, показал, чья ты?

Кирилл вскинулся:— Эй, не перегибай!

Егор резко повернул голову.— Закрой ебальник. Если хочешь зубы себе оставить.

Тот отшатнулся.

Лиза попыталась уйти в сторону, но Егор поймал её за запястье. Не больно, но твёрдо.— Мы не закончили.

Она смотрела на него с вызовом.— Нет, ты не закончил. А я — устала.

Он молчал. Секунду. Потом отпустил руку, но не отступил.

— Я шёл к тебе, потому что хотел извиниться. За всё. Даже за то, что не должен. А ты здесь, на его коленях, как будто мы — никто.

— А ты видел во мне кто? — резко. — Когда позволял той бабе лезть к тебе в постель?

Он подошёл ближе, дыша тяжело, почти в лицо:

— Я хотел тебя. Всегда. Но, сука, не брал. Даже когда мог. Потому что ты — больше, чем тело. Только ты этого, видимо, не поняла.

Он развернулся и вышел, громко хлопнув дверью. Слишком гордо, чтобы остаться. Слишком сломан, чтобы снова бороться.