- Соблазним, но не дадим!

– Может, наконец, обсудим эту тему? Я же вижу, что с твоим настроением. – я решилась сказать это, когда Глеб вышел из душа. Даже футболку надел. Он явно обижен на меня.

– Хорошо. – он подсел рядом со мной на кровать. Мы находились в его комнате. – Начинай.

– Во-первых, почему такая бурная реакция и что именно так сильно испортило тебе настроение? – начала я, загибая палец.

Он приблизился к моему лицу, заглядывая в глаза и дьявольски ухмыляясь.

– Я впервые видел, что бы так дрожала перед каким-то парнем. – прошептал он и отстранился, смотря на мою реакцию. – А что во-вторых?

Я встряхнула головой. Он был не прав. Единственный парень, перед которым я дрожжу внутри, как осиновый лист – Глеб.

– А во-вторых, почему ты не поверил мне, когда я сказала, что ты намного важнее и дороже, и что Егор был в далёком прошлом?

Глеб с глубоким вздохом откинулся спиной на кровать, закрывая глажа. А потом ладонями быстро-быстро потрепал себя по лицу. И вскоре снова резко вскочил, смотря на меня.

– Как-то ты разговаривала во сне, и я отчётливо слышал, как ты звала Егора. Ты плакала и умоляла его остаться, Оксан. – он говорил это и с каждым словом его голос становился холоднее и жёстче. – А потом я увидел всё своими глазами.

– Но я такого даже не помню... – под нос пробурчала я. – И ты решил сам для себя, что это что-то значит?

Глеб кивнул головой.

– Ебанутый? Я ведь сказала, что люблю тебя. – шепотом произнесла я, чувствуя, как наворачиваются слёзы.

Почему он не верит в то, что я по-настоящему люблю его? Я резко встала с кровати и выбежала из комнаты, не обращая внимания на то, что Глеб крикнул не убегать.

Вдруг он резко схватил меня за руку и притянул к себе. Я ударилась лицом о его грудь. С возмущением подняв голову, пытаясь не выпускать слёзы, я увидела, что Глеб сам чуть ли не плачет.

– Я верю тебе, только не уходи... – еле слышно произнес он.

Я поджала губу и слёзы самовольно потекли из глаз.

Я потянулась, чтобы поцеловать его и уже через секунду, во рту был солёный вкус его слёз. Господи, мне становится плохо, если я вижу, как он плачет.

Вскоре он отстранился и крепко обнял меня, кидая на кровать. Глеб навис сверху, смотря в мои глаза. Никогда не видела ничего красивее, чем цвет его глаз. Я бы смотрела на них всю жизнь. Так же неотрывно, как сейчас.

– Я очень сильно люблю тебя, Глеб. Никогда в этом не сомневайся. – тихо произнесла я и снова поцеловала его, но уже более настойчиво.

Он принял это, как знак, что пора меня раздевать. Что же, пора поиграть на его нервах.

Я помогла стянуть с себя футболку, потом полезла за его. Он с ухмылкой смотрел на то, как я пытаюсь его раздеть, но все же потом сжалился и помог мне. Я медленно провела рукой от его груди, вниз по торсу, останавливаясь возле резинки шорт. Глеб резко втянул в себя воздух, сильно прижимая меня к кровати. Он начал целовать мою шею, пролезая руками под спину, чтобы расстегнуть бюстгальтер, но не тут-то было.

– Соблазним, но не дадим! – резко крикнула я, от чего Глеб дернулся.

Я вскочила с кровати, отбрасывая его от себя, хватая по пути футболку с пола, и побежала на кухню.

– Не покормил, а уже на что-то рассчитываешь? Я смотрю, ты обнаглел. – начала я, когда увидела недовольное лицо Глеба, только что вошедшего на кухню.

Он окинул меня взглядом и плюхнулся за стол.

– Я так давно здесь не был. – отстранённо произнес Глеб, проводя рукой по столу. – Могу заказать пиццу. – наконец-то предложил он.

– Хочу с ананасом! – радостно воскликнула я, поднимая руку вверх.

– Сейчас вырву.