- Какого

И так. Сейчас мы находимся в магазине. Не знаю с чем это связано, но сейчас я ощущаю себя как-то иначе. Возможно, ночные походы в магазин приносят мне удовольствие? Или может это приносит Глеб, который уже 5 минут пытается выбрать, что он хочет на гарнир.

– Послушай, ты долго на эти крупы будешь молиться? – недовольно спросила я и ущипнула его за руку.

Он шикнул, и продолжил перебирать упаковки. Я закатила глаза и пошла в молочный отдел, чтобы взять йогурт на утро. Потом вернулась назад к Глебу, чтобы спросить, что он будет. Он все так же выбирал между гречкой и рисом.

В магазине практически не было людей, и поэтому охранник пристально наблюдал за мной и пытлася беспалевно ходить по пятам. Это раздражает.

Я взяла пару йогуртов, со вкусом банана и клубники, и снова пошла к Глебу.

– Слушай, давай просто возьмем гавайскую смесь, пожарим ее дома, и будем довольны на этом. – предложила я.

Он кивнул и пошел к холодильникам. Мы взяли две пачки и пошли на кассу.

Беру себе на заметку. С Глебом в магазины ходить – так себе занятие.

Далее мы просто приехали домой, поели и уставшие пошли по комнатам.

– Спокойной ночи, Ксюш. – произнёс Глеб, зевая.

– И тебе, чивапчиченок. – сказала я и посмеялась.

Через несколько секунд я услышала недовльное "что?!" и засмеялась еще громче.

Взяв наушники со стола, я завалилась на кровать, и написав маме как прошел мой день, уснула.

***

Время 3 часа ночи, если верить настенным часам в комнате. Из комнаты Глеба уже на протяжении часа доносятся странные звуки. И я сейчас не имею в виду то, что многие могут подумать. Я сама не понимаю, что там происходит.

Не выдержав, я подскочила с кровати и ненавидя этот мир, пошла к нему в комнату. Но не смотря ни на что, нужно соблюдать личное пространство. Поэтому, прежде чем войти, я сказала, что сейчас его прибью.

– Что ты тут делаешь вообще? – недовольно спросила я и включила свет.

То, что я увидела, мягко сказать, меня ударило током.

Чертов Глеб просто стоял около стены и бился об нее головой. С закрытыми глазами.

– Какого...

Резко к нему подбежав, я отодвинула его от стенки и положила назад на кровать.

Его зрачки были просто огромные.

Но он все так же вставал и двигался к той стенке. Он что прикалывается надо мной?

– Господи, что происходит? – прошептала я и снова попыталсь его положить в кровать.

Он опять начал вставать, но я закинула на него ногу, тем самым прижав к кровати, чтобы он не вставал.

Свет выключать я даже не посмею, потому что мне и так очень стремно.

Еще около получаса он немного сопротивлялся мне, пытаясь встать, но я крепко держала. Будить я его даже не хотела, потому что читала, что лунатящих людей пробуждать нельзя.

Вскоре он успокоился, и мое сердце тоже перестало колотиться, как бешеное.

Это вообще норма? Окей, даже если он чем-то страдает, почему нельзя было предупредить меня? Я же так и коньки могу откинуть.

Спустя несколько минут я уснула. Господи, чувствую, что несладко мне придется...