17

– Эй, ты получила мое сообщение? – Чонгук положил руку мне на плечо, поворачивая к себе.– Да. – Я смутно помнила какие-то милые слова о том, что ему не терпится вновь со мной увидеться. – Только уже было поздно. Я вчера легла спать пораньше.Прошлой ночью мне все же удалось еще раз уснуть практически под утро, и проснулась я в четыре с невероятной тяжестью в груди. Поразмыслив над своим отвратительным поведением и над тем, что отвлеклась от намеченных целей, я решила завязать с ролью крутой девчонки. Игры Тэхена стали слишком сложными, и мне не нравилось, в кого я превращалась.Нужно было поговорить с Чаен, но я не знала, как с ней быть. Меня все еще выводила из себя перспектива ее отношений с Тэхеном, однако только в одном она, кажется, была права: эта ненависть ни к чему хорошему не приведет, а я хотела жить дальше. Просто не знала, смогу ли, не затаив в душе обиды.– Ну так что, хочешь сходить куда-нибудь на выходных? Одноклассник устраивает вечеринку у костра после пятничной гонки.– Я бы с удовольствием, но у меня сейчас полнейший завал. Посмотрим, как дальше неделя сложится. – Я закрыла свой шкафчик и собиралась на очередное занятие.– Могу я с чем-нибудь помочь? – Чон обеспокоенно сдвинул брови. Он был настолько мил, что это вызвало у меня улыбку.– Хм, ты не сможешь сходить вместо меня на тренировку или сделать математику и сдать все тесты, поэтому от тебя никакой пользы.– Да, да, ты права. Кажется, ты пообщалась с моей мамой. – Его глаза озорно блеснули, и он дразняще улыбнулся. – Постарайся освободиться. Будет весело.Стерва Мина прошествовала мимо нас со своей свитой. Каждая бросила на Чонгука знойный взгляд, словно говоря: тебе-даже-на-свидание-меня-вести-не-обязательно. Их ужимки были настолько очевидны. Откидывание волос, прикусывание губ? Серьезно? Кто так делает? За спиной у Чона Мина сделала жест рукой, означавший, что я – неудачница, и получила в ответ от меня средний палец.Наверно, мне следовало радоваться, что такой парень, как он, хотел со мной встречаться. Мина и большинство других девушек школы были бы счастливы, если бы он одарил них своим вниманием. Чонгук был заботлив и вел себя как настоящий джентльмен. Мне нравилось проводить с ним время. Просто на возникновение между нами искры требовалось больше времени, чем я рассчитывала.– Ладно, – кивнула я. – Постараюсь.Он взял мою сумку и проводил меня к кабинету физики.– Увидимся за ланчем? – он смотрел выжидающе.– Обязательно. Я буду сидеть во дворе.Его присутствие окажется как раз кстати. Во время разговора с Чаен мне может понадобиться буфер, если я снова потеряю самообладание.– Увидимся, – сказал он низким, мягким тоном. У самого кабинета Чонгук отдал мне сумку, а сам двинулся дальше по коридору.Если бы только меня влекло к нему сильнее. Может, мне надо узнать его получше.Незапланированный тест по физике заставил меня запаниковать. К счастью, этого хватило, чтобы отвлечься от перипетий личной жизни. Утром, несмотря на туман в голове, я успела прочитать параграф и подготовить ответы на вопросы, но все равно чувствовала себя не в форме.Чуть позже, во время пробежки на уроке физкультуры, мне все же удалось выпустить пар. Тренер решила проверить наши результаты на полуторакилометровой дистанции, которую я преодолела за шесть минут, и потом позволила мне бежать дальше. Похоже, огонь, пылавший в моих мышцах, выжег досаду и боль от слов Тэхена, все утро звучавших у меня в голове.Мне безразлично, жива ты или мертва.Мои каблуки врезались в землю, когда я представила, как копаю для него могилу.– Привет, ребята. – Чаен подошла к столику, за которым мы с Чоном сидели во время ланча.– Привет, – ответила я с набитым салатом ртом, отводя от нее глаза.– Как дела, Чонгук? Готов к пятничной игре?– Меня не столько игра волнует, сколько гонка. Я сделал ставку на нашего Вундеркинда. – Он указал большим пальцем в сторону столовой, скорее всего, показывая на Тэхена.– Ох, ставь на него – и не прогадаешь. – Чаен ухмыльнулась и взмахнула рукой. – Я тоже собираюсь на гонку. Ты возьмешь с собой Дженни?Она глянула в мою сторону.– Не думаю, что ей там будет интересно, но я пытаюсь пригласить ее на вечеринку.Прищурившись, Чаен посмотрела на меня, параллельно высыпая растворимый напиток в воду.– Джен хорошо разбирается в машинах. Ей понравится, – заметила она.– Ребят, я вообще-то тут тоже сижу. Может, вы и со мной поговорите, тупицы! – язвительно рявкнула я, обращаясь сразу к обоим, потому что у меня сложилось впечатление, что рядом родители, которые обсуждают, что им делать с собственным ребенком.Чонгук заправил прядь волос мне за ухо, и я вздрогнула от такого интимного жеста.– Извини, Дженни. Просто я сказала, тебе нравятся машины. Ты об этом знал, Чонгук?– Не знал. В таком случае она должна поехать со мной. – Он улыбнулся, закидывая в рот Читос. Они на меня давили с обеих сторон, и я вдруг почувствовала себя начинкой в печенье Орео.Как и всякий раз в прошлом во время массовых сборищ, Тэхен снова сделает что-нибудь такое, чтобы все испортить. И зачем мне это?Посмотрев на Чаен, я приготовилась к вербальному спаррингу.– Ты ждешь, что я поеду на Петлю болеть за Тэхена?– Нет, но мне бы хотелось, чтобы ты была там со мной, потому что я никого не знаю. Ты сможешь посмотреть гонку, оценить машины и объяснить мне разницу между аккумулятором и двигателем. Никогда этого не понимала. Если есть аккумулятор, зачем нужен двигатель?Мы с Чоном расхохотались. Чаен умышленно строила из себя дурочку, пытаясь меня уболтать. Я хотела поехать, но знала, что она будет все время вешаться на Тэхена. Если захочу пообщаться с ней, то придется терпеть и его. Не буду же я весь вечер жалобно держаться за Чона.– Я уже сказала ему, что посмотрю, как сложится неделя. Дел много.У меня не было долгов по домашней работе, но я планировала дочитать заданные тексты и сходить в библиотеку, чтобы окончательно определиться с темой исследования для научной конференции. Не говоря уже о том, что в субботу мне нужно в семь утра успеть на автобус, где будут проходить соревнования по кроссу. И я вовсе не пытаюсь избежать встречи с Тэхеном.– И я знаю, что это значит. – Чаен подхватила свой телефон, явно выражая недовольство.Она разозлилась на меня? Пусть катится к черту.– Чаен! – Мое настроение стало мрачнее моего черного лака для ногтей. – Я сказала, что постараюсь освободиться.– Я просто говорю, – ответила она, не отрываясь от телефона, – что, если бы не Тэхен, ты бы поехала на Петлю. Тебе нужно попытаться, Джен. Он сказал, твое присутствие для него не проблема.Я взглянула на Чона, и мое лицо вспыхнуло от стыда. Я никогда не выставляла свои проблемы на всеобщее обозрение.– Ох, мое присутствие для него не проблема? Ну что ж, раз этот мерзавец дал свое позволение, то я должна благодарно пасть ниц.– Тэхен не является распорядителем гонок. Не ему решать, кого пускать или не пускать на Петлю. Я могу пригласить кого угодно, – уверил Чонгук, поднимаясь. – Пойду возьму банку «Гаторейда». Вы что-нибудь хотите? – спросил он, скорее всего, подыскивая повод сбежать отсюда, пока мы с Чаен ругаемся.– Бутылку воды, – попросила я, потянувшись в карман за мелочью.– Нет-нет, все в порядке, – отмахнулся он, направившись в столовую.Я проводила его взглядом, оценив, как хорошо на нем сидят джинсы. Хоть какой-то положительный момент.Голос Чаен вывел меня из транса.– Если Тэхен – мерзавец, кто тогда я, если с ним встречаюсь? – Она говорила спокойно, но, судя по категоричному взгляду и сжатым губам, я знала – внутри у нее все кипело от ярости.Тэхен действительно был мерзавцем. И это не предположение, а доказанный факт. Моя раздраженность тем, что она связалась с этим засранцем, набирала обороты. Я пыталась обуздать свои эмоции, но сохранять контроль становилось все сложнее.– Вот ты мне и скажи. Он мерзавец. Для нас обеих это не секрет. – Что, черт возьми, я делаю? – Но ты не понимаешь, что он тебя использует. Тэхен использует тебя, чтобы досадить мне. Ты ему так же важна, как Джехену, когда тот тебе изменял.Проклятье! Это уж слишком.Я своего добилась. Выражение лица Чаен заставило мое сердце сжаться. Я обидела ее, но надеялась, что, возмутившись и высказавшись, она все-таки прислушается к здравому смыслу. Вот только ее взгляд говорил об обратном.После минутной паузы она собрала свои вещи и взяла поднос.– Знаешь, Тэхен попросил меня сегодня сесть за его столик, и сейчас мне гораздо больше хочется оказаться в его компании, чем в твоей, – бросила она, прежде чем уйти.Я не стала ее останавливать, потому что понимала, что она расстроилась. Сейчас я сама себе была противна.

* * *

Сколько бы я ни старалась как ни в чем не бывало болтать с Чоном, у меня в голове снова и снова прокручивалась наша ссора с Чаен. Папа обычно говорил – всегда можно сказать то, что хочешь, если это будет облечено в вежливую форму.Но черт меня дернул огрызаться подобно пятилетнему ребенку.Я могла поступить куда рассудительней. Что там говорят о построении планов? Мои эмоции вышли из-под контроля, а Чаен конечно, побежала плакать у Тэхена на плече. Готова поспорить, он этим упивался.Пережив уроки английского и истории государства, я зевала от усталости и сомневалась, что мне хватит энергии на тренировку и запланированный ужин с бабушкой.– Садитесь, пожалуйста! – попросила миссис Пен, перекрикивая шум сдвигаемых парт и хихиканье.Мы только что закончили обсуждение заданных глав романа «Над пропастью во ржи» и расставляли свои парты по местам. Класс был воодушевлен сюжетом. Полагаю, половина моих одноклассников обрадовалась тому, что книга оказалась не про ферму, как они думали сначала, и всем понравилась идея о бунтующем подростке, который слишком много курил.Для меня дискуссия получилась отстойной. Нам пришлось сдвинуть парты в круг, чтобы видеть каждого собеседника. Тэхен мне ухмылялся, без сомнения, получив полный отчет об успехе «Операции по уничтожению дружбы Дженни и Чаен».От острых ощущений, переполнявших меня, хотелось кричать во все горло до тех пор, пока сила моей досады не заставит его магическим образом исчезнуть.Мне безразлично, жива ты или мертва.И хотя я ненавидела себя за это, я вынуждена была признать: мне не безразлично, жив он или мертв. Каждый день я просыпалась и засыпала, испытывая боль от его нежелания быть рядом со мной.Но багаж, от которого ты отказываешься избавиться, делает тебя слабее.Бабушка была права. Даже сейчас, после того как я решила давать отпор, мое состояние не стало лучше, чем прежде.– Внимание, класс, – объявила миссис Пен. – Прежде чем записать домашнее задание, давайте пройдемся по базовой информации касательно ваших монологов. Не забывайте, на подготовку остается две недели. Я повешу формуляр на дверь кабинета, чтобы вы выбрали день для сдачи. Монологи можете выбрать из предложенного списка или найти другие, согласовав их со мной. Не бойтесь, я не жду от вас представлений, достойных «Оскара», – уверила она. – В конце концов у нас здесь не театр. Просто прочтите монолог и сдайте эссе на тему «Как данный монолог подкрепляет тему книги или фильма».Миссис Пен замолчала, когда все достали тетради, чтобы переписать задание с доски.Притворяться, что тебе все равно – не значит отпустить.Не пора ли тебе дать отпор?Я хочу, чтобы твое сердце было свободно.Тревога сжала мою грудь. Я обернулась и посмотрела на Тэхена. Он поднял глаза от своей тетради, и его глаза сузились.Я хотела ходить по школьным коридорам, зная, что за углом меня не подстерегает новый источник боли. Я хотела, чтобы он остановился. И да, признаю, хотела его узнать вновь.Но багаж, от которого ты отказываешься избавиться, делает тебя слабее.И прежде чем я успела себя остановить, я развернулась и подняла руку. В животе словно образовался ком, мне показалось, будто все это происходит не со мной.– Миссис Пен?– Да, Дженни? – Учительница стояла у своего стола, записывая что-то на стикерах.– У нас осталось пять минут до конца урока. Можно я прочитаю свой монолог?Я ощутила, как внимание всего класса сфокусировалось на мне.– Хм, что ж, я не ожидала, что сегодня придется кого-либо оценивать. Твое эссе готово? – Миссис Пен воткнула ручку в свой тугой пучок на затылке.– Нет, эссе я сдам в положенный срок, но мне бы очень хотелось прочитать монолог именно сейчас. Пожалуйста.Я наблюдала, как винтики закрутились в голове у миссис Пенли, вероятно, она сомневалась в том, что я действительно готова. Но я послала ей умоляющий взгляд, надеясь показать, что хочу поскорее с этим разделаться.– Ладно, – вздохнула она, – если ты так уверена.Учительница жестом пригласила меня к доске, а сама отошла в сторону, встав у стены.Поднявшись со стула, я прошла вперед, чувствуя, как спину прожигают любопытные взгляды. И когда повернулась к одноклассникам лицом, сердце заколотилось в груди подобно отбойному молотку. Прежде чем начать, я оглядела кабинет и всех присутствующих. Если не буду смотреть на него, то смогу это сделать.– Я люблю грозу. Гром, ливень, лужи, промокшую обувь. Когда надвигаются тучи, меня охватывает радостное предвкушение.Просто продолжай, Дженни. Я попыталась представить, что говорю с папой или бабушкой. Оставайся естественной.– Все кажется красивее под дождем. Не спрашивайте меня почему. – Я пожала плечами. – Но в грозу словно открывается иной мир возможностей. Раньше, катаясь на велосипеде по опасным скользким дорогам, я ощущала себя супергероем. Или Олимпийским атлетом, преодолевающим тяжелые испытания, чтобы добраться до финиша.Моя улыбка стала шире от воспоминаний. Воспоминаний обо мне и Тэхене.– Но даже в солнечные дни, я была тогда еще маленькой, я просыпалась с тем же ощущением трепета. Ты заставлял меня чувствовать радостное предвкушение так же, как симфония грозы. Ты был моей бурей под солнцем, громом в скучном, безоблачном небе.– Помню, я проглатывала завтрак как можно быстрее, чтобы поскорее постучаться к тебе в дверь. Мы гуляли днями напролет, возвращались домой только поесть или поспать. Играли в прятки, лазили по деревьям, ты качал меня на качелях. Ты сделал меня своим лучшим другом, благодаря тебе я снова ощутила, что такое дом.Я выдохнула, наконец-то расслабившись, и подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. Сразу же заметила, что он пристально смотрел на меня, тяжело дыша, практически не шевелясь. – Знаете, – я продолжала смотреть на него, – когда мне было десять лет, умерла моя мама. У нее был рак, и я потеряла ее, толком не узнав. Мир казался таким ненадежным, я была так напугана. Но с тобой все опять встало на свои места. С тобой я стала смелой и свободной. Как будто часть меня, умершая вместе с мамой, после встречи с тобой ожила, и было уже не так больно. Мне было не больно, когда рядом был ты.Мои глаза наполнились слезами. Одноклассники слушали, подавшись вперед.– Но однажды – беда пришла из ниоткуда – я потеряла и тебя. Боль вернулась, мне было так плохо, когда ты меня возненавидел. Моя гроза ушла, ты стал жестоким. Этому не было объяснения. Ты просто исчез. И мое сердце разрывалось на части. Я скучала по тебе. Я скучала по маме.Голос дрогнул, но я не стала вытирать пролившиеся слезы.– Хуже всего стало, когда ты начал меня обижать. Твои слова и поступки заставили меня возненавидеть школу. Из-за них даже мой собственный дом стал чужим. – Я сглотнула, и тугой узел в груди ослаб.– Мне по-прежнему больно, но я знаю, в этом нет моей вины. Я могла бы описать тебя множеством слов, однако лишь одно включает в себя грусть, злость, ничтожность, жалость – это слово «трус». Через год меня тут не будет, а ты останешься неудачником, чей высший предел существования ограничится школой.Я не отводила взгляда от Тэхена; мой голос вновь набрал силу. Боль от сдерживаемых слез утихла.– Ты был моей бурей, моим грозовым облаком, моим деревом под проливным дождем. Я любила все эти вещи, и я любила тебя. Но сейчас? Ты чертова засуха. Я думала, все сволочи водят немецкие машины, но оказалось, мерзавцы в «Мустангах» тоже могут оставлять шрамы.Оглянувшись вокруг, я заметила, что мои притихшие одноклассники не отрывают от меня глаз. Одна девочка плакала. Вытерев слезу со щеки, я улыбнулась.– А теперь мне бы хотелось поблагодарить Киноакадемию…Все засмеялись, очнувшись от транса, вызванного моей серьезной и грустной историей, и начали аплодировать. Я запрокинула голову назад, посмотрев в потолок, после чего отвесила эффектный, комический поклон, чем заставила одноклассников снова расхохотаться. Оглушительные овации помогли мне удержаться на дрожащих ногах.Вот и все. Тэхен может давить, ранить меня, делать все, что хочет, только я выиграла, показав ему: причиняя боль, он не сломал меня. Чувство эйфории зародилось внутри, когда волна удовлетворения накрыла меня.Свободна.– Откуда этот монолог? Миссис Пен, она заставила нас расплакаться! Как теперь ее переплюнуть? – шутливо пожаловалась одна из моих партнерш по Компасу. – И мы тоже можем использовать ругательства?– Уверена, вы отлично справитесь, и, Дженни, это было превосходно. Ты действительно установила высокую планку. Хотя я не помню такого монолога в списке, поэтому, берусь предположить, объяснение будет в твоем эссе?Держа путь к своему месту, я кивнула, решив, что разбираться с последствиями буду потом. Прозвенел звонок, соученики потянулись к выходу, мечтая наконец-то разойтись по домам после долгого учебного дня.– Отличная работа, Дженни.– Супер!Те, с кем я ни разу не разговаривала, похлопывали меня по плечу, делали комплименты. Тэхен вылетел из кабинета, словно подожженный фитиль динамита. Только на сей раз мне взрыв не грозил.Я отпустила его, и в этот раз мне не нужно было тратить силы на мнимое безразличие.Я обнажила свою душу. Слово теперь за ним.– Джен. – Пока я собирала вещи, к моей парте подошел Чонгук. – Великолепное выступление. Уверена, что хочешь тратить свое время на медицину? Может, подашь в театральный?Сняв сумку с моего плеча, он перевесил ее на свое, и мы оба отправились к двери.– С тобой все в порядке? Ты плакала. – Его голос был полон искреннего беспокойства.Я обернулась, растянув губы в беззаботной улыбке.– Со мной все отлично. И я с удовольствием поеду с тобой на гонку в пятницу.Он удивился такой резкой смене темы, но, когда взял меня за руку, его глаза загорелись.– Превосходно! Но… ты же в курсе, что тебе придется надеть очень короткую юбку, верно? Это своего рода униформа для девушек, – поддразнил меня он, явно решив пофлиртовать.– Ну, я бунтарка, ты разве не знал?Мы вышли из класса, держась за руки. Мой взгляд упал на Тэхена, который стоял, прислонившись лбом к стене.– До скорого, Тэхен, – кивнул Чонгук, когда мы проходили мимо. Он так и не заметил, что произошло между мной и Тэхеном на уроке.Тэхен повернулся, но промолчал. Я увидела, что глаза у него покраснели. Держа руки в карманах своей черной толстовки, Тэхен дышал так, словно пробежал марафон. Однако любые эмоции, если он их даже испытывал, были надежно скрыты.Что же происходило у него в голове?И выясню ли я это когда-нибудь?