Глава 18

МойраЯ ополаскиваю руки в ванной и смотрю в зеркало на свое отражение. Оттуда смотрит смелая и решительная девушка, ее глаза серьезно меня рассматривают, вспоминая все, что вчера произошло между мной и Заком. Это было потрясающе… прекрасно. Мы освободили себя.И во мне что-то изменилось.Со мной еще ни разу так не обращался мужчина, ни разу в моей жизни ко мне так ласково и заботливо не прикасались, я полностью доверилась ему. Дикарю, который ни разу в жизни не заботился о женщине, ее удовольствии. Это было волшебно, потрясающе, что-то определенно изменилось между нами в тот вечер. Когда он выскользнул из меня, я почувствовала, что все стало по-другому.Зак аккуратно завел меня под струи воды, смывая оставшуюся мыльную пену. Затем он налил в ладонь ароматный шампунь и начал мыть мне волосы, бережно массируя кожу головы, чтобы я расслабилась. Смыв волосы, он нанес кондиционер для волос, распределяя его по всей длине волос.Он был так нежен со мной. Помогая выйти из душа, Зак не забыл обернуть меня в махровое полотенце, не дотрагиваясь до моей чувствительной спины. Положив меня посередине кровати на живот, он нежными движениями начал втирать охлаждающее молочко алое вера в мою кожу. Я сразу же вздохнула от облегчения. Его пальцы так умело и ласково прикасались к моей коже, как будто он знал обо мне все наперед, где и как нужно прикоснуться, чтобы я захотела большего.И хотя его пальцы были такими ласковыми с моей спиной, когда он массировал попу, он делал это более жесткими движениями. Я извивалась под его прикосновениями, безмолвно умоляя о большем, чтобы он прикоснулся ко мне в более интимном месте, и он повиновался моей просьбе. Он неспешно провел рукой между ног, легко разводя их в стороны. Я ощутила обжигающую волну удовольствия, когда он толкнулся в меня. Я чувствовала его движения: вошел, вышел, затем он легко потирал набухший клитор, посылая по телу несравнимую ни с чем волну удовольствия.Зак трахал меня медленно и размеренно, каждый раз погружая член немного глубже, чередуя толчки, удерживая вес тела руками, которыми он опирался о матрас. Я сходила с ума от желания ощущать его тело, обнаженную кожу на своей, но я знала, это было невозможно из-за неудачного загара.Каждый раз, когда он погружался в меня своим членом, он полностью отдавал себя моменту чистого удовольствия. Я кончила сильно, до боли сжимая одеяло на кровати, его освобождение последовало вслед за мной, мое наслаждение толкнуло его через край. Он нежно наклонился надо мной и прижался в любовном поцелуе к чувствительному месту между лопаток.Когда он выскользнул из меня, я мысленно задалась вопросом, уйдет он сразу в свою комнату или что-то последует далее, изменилось ли что-нибудь в наших отношениях. Мы провели вместе предыдущую ночь, но я не могла понять, было ли это вследствие эмоций, или потому что он устал, или все же он этого искренне хотел. Я страшилась спрашивать его об этом, потому что я просто боялась его откровенного ответа.Вместо этого он скатился с меня, лег на спину, повернул голову в мою сторону и прошептал:— Иди ко мне.Я повернулась к нему и подвинулась, удобнее устраиваясь около него, прижимаясь всем телом, он крепко обнял меня рукой, в этот раз мне уже было гораздо легче, нежное молочко лосьона алое вера помогло идеально. Мы лежали некоторое время в тишине, затем я не вытерпела и задала вопрос.— А откуда у тебя этот шрам? — спросила я, проводя ладонью по его идеальному прессу, затем мимо тазовой кости и до верхней части бедра, где находился шрам, который напоминал четыре коротких закругленных черточки, каждая из которых по пять дюймов в длину. Я заметила их еще в первую ночь нашего знакомства в Карайке, хотя шрамов у Зака было огромное множество на теле, но почему-то именно этот заинтересовал меня наиболее сильно.Зак приподнял голову от подушки и лениво посмотрел туда, где находились мои пальчики.— Аа, этот. Это оставила мне на память зеленая анаконда, которая хотела разорвать меня и проглотить.Я приподнялась на локте и посмотрела на него, удивленно приподняв брови.— Ты что, шутишь?Он посмотрел на меня в упор.— Нет, даже и не думал. Я вполне серьезно.— Мать твою, а как это произошло?Зак улыбнулся, крепче притянул меня к себе и положил голову обратно на подушку.— Мне было на тот момент двенадцать. Вроде, точно не помню, но я с мальчишками из племени пошел на охоту. Мы не были настолько хорошими охотниками, все, на что мы были способны, так это поймать обезьяну, если бы смогли попасть в нее из лука. Вот тогда мы случайно наткнулись на анаконду на берегу реки Итуи. Она свернулась калачиком, подсунув голову под тело, поэтому мы не могли видеть ее самой уязвимой части.— Ее? А как ты вообще узнал, что она девочка, ну в смысле самка? Ты что, приподнял ей юбку? — спросила я с сарказмом.— Нет, всезнайка! Просто самки этой особи всегда превышают по размеру самцов, а эта крошка была огромная. Мне кажется футов двадцать, если судить исключительно по тому, во сколько колец она свернулась. Во всяком случае, они всегда остаются в воде, когда охотятся, там они наиболее быстры и проворны. Но эта была довольна медлительной, а может она была просто старой... кто знает, но все, о чем я тогда мог думать, что она будет отличной едой для моего племени, когда я убью ее.Я вздрогнула всем телом от его слов. Не только потому, что он столкнулся с такой опасностью в столь раннем возрасте, а еще и потому, что на его плечах лежал груз ответственности. Это было очень важно для него, добыть еду своим людям.— У каждого из нас были лук и стрелы, но мы знали, что они тут нам просто бесполезны. Мы должны были парализовать стрелами голову змеи. Но проблема заключалась в том, что мы не видели ее. Но Каурло придумал хитрый план, привлечь внимание анаконды камнями. Мы должны были бросать в нее камни, чтобы разозлить ее, и она бы подняла свою голову.— Кидать камнями в огромную двадцатифутовую змею, чтобы она подняла голову? Вы что, больные?Зак рассмеялся.— Да, думаю, мы были очень глупы, когда согласились на эту авантюру. Но это, как ни странно, сработало, и в итоге она все-таки приподняла свою огромную голову. Она не выглядела злой, она была сонной.Развернувшись, она заскользила к реке.— Я бы, наверное, отпустила ее, пусть бы ползла, — сказала я с содроганием. Я даже не могла представить такую огромную змею, а тут еще, чтобы охотиться на нее.— Нет. Это был наш обед, я бы не отпустил ее ни за что. Когда она поползла к воде, мы бросились за ней с криками, вытащив наши мачете. Я был самым быстрым. Настигнув ее, я размахнулся, но она была проворнее. Резко метнувшись, она кинулась, обнажив острый ряд зубов, и схватила меня за бедро. Это было настолько стремительно, что я даже не успел отреагировать. Я упал на землю, точнее сила ее броска и укуса принудила меня рухнуть на землю, я выронил из руки мачете, — задумчиво вспоминал Зак.— Милостивый Господи. И что же случилось дальше?— Да я просто заорал во все горло. У анаконды два ряда зубов с каждой стороны, они острые, как иголочки, и немного изогнутые. У нее очень мощные челюсти, она может удерживать огромную добычу, когда она вонзает в тебя свои зубы, вырваться просто невозможно. Кстати, ее зубы совсем не ядовиты, хотя она относится к змеям. Она должна действительно крепко впиться в добычу, чтобы начать закручивать ее витками своего мощного тела, чтобы в итоге задушить жертву.— Тебя спас кто-то из мальчишек?Зак громко рассмеялся.— Они все были напуганы до чертиков и побежали в джунгли звать на помощь старших. К великому счастью, Парайла оказался поблизости и прибежал на помощь. Когда он увидел, что случилось, что я лежу на земле, а ко мне прицепилась водная змея огромных размеров, он начал ругаться на португальском: «Глупый, глупый мальчишка!» К тому времени, когда он подбежал ко мне, змея начала закручиваться в смертельные удушающие кольца вокруг моего живота, он еле нашел место, где смог разрубить мачете ее тело, не поранив при этом меня!— Слава Господи. Но я так понимаю, ему это удалось, — подытожила я.— Естественно, я же перед тобой! Эта змея была разозлена не на шутку. Парайле пришлось пропиливать ее мачете, пока она душила меня. Когда он ее убил, то довольно долго расцеплял ее зубы с моего бедра, два даже обломились, и их пришлось вытаскивать позже.— Господи, Зак… Ты же мог погибнуть… — мой голос надламывается на последних словах.— Да, причем дважды… сначала от самой змеи, а затем от глубоких ран, что она нанесла мне, потому что в них попала инфекция, и они загноились.Печаль обрушилась на меня, потому что ему пришлось прожить тяжелую жизнь, судьба была к нему достаточно сурова. Он не должен был пройти через все это. Не тот милый, хороший мальчик, который до ужаса не хотел оставлять свой дом и ехать в незнакомую Амазонку.— У тебя была очень тяжелая жизнь, — говорю я ему мягко.— Да не совсем, — говорит он, пожимая плечами. — Я смог приноровиться к жизни там.— Ты научился выживать.— Я стал там мужественнее, я смог взрастить в себе мужчину, — тихо добавляет он.Да, Зак очень точно сказал, он взрастил и открыл в себе мужчину. Я проигрываю в голове этот разговор, когда продолжаю смотреть на себя в зеркале.После его рассказа мы спокойно уснули в объятьях друг друга. Я проснулась утром со стоном, который сорвался с моих губ, когда Зак ласкал меня рукой, неторопливо и нежно, между ног, пробуждая меня ото сна утренним оргазмом. Он был ненасытным, но я не жалуюсь.К тому времени, когда мой оргазм начал утихать, я ощутила его твердый бархатистый член внутри себя, он вколачивался с такой силой, что минутами позже его настигло собственное освобождение. Как только он излился в меня до последней капли, он рухнул сверху, прижимая лицо к подушке, и прокричал мое имя, слава Господи, что гусиный пух заглушил его крик.Мои ноги подрагивали от схлынувшего оргазма, когда я прошла в ванную комнату, где пописала и умылась, а теперь стою и смотрю на себя в зеркало, вспоминая то, что с нами произошло.Зак словно загадка. Он был рожден милым и невинным мальчиком, позже он превратился в мужчину, который источает дерзкую опасность и стальную сдержанность. Своенравный, покрытый шрамами и с дикой жаждой к жизни. Он смог принять все, что уготовила ему жизнь и да, он превратился в потрясающего мужчину.Сейчас он здесь со мной, он в пределах моей досягаемости, он в этом мире, я могу протянуть руку и коснуться его. Я так рада, что мы продолжаем наши отношения, если бы не они, думаю, он бы давно уже вернулся к себе в Амазонку. И я говорю это без доли самоуверенности, и конечно, по большому счету, я расстроена такой перспективой его возвращения туда, да, я не скрываю, я бы хотела, чтобы он остался и был со мной. Но для него это лишь секс, который неизвестно сколько продлится.Я смотрю на себя в отражение в зеркале, и у меня нет ответов на мои вопросы, поэтому я вытираю печально руки и прохожу в комнату. Зак лежит на кровати и смотрит на меня. Он в расслабленной позе, его руки сложены за головой. Он полностью обнаженный.Я растеряна, потому что не знаю, как мне вести себя в данную минуту, стоит ли мне забираться обратно в постель к нему, и что делать дальше? Мое желание, чувственность момента и интимная атмосфера вдруг испарились, и я чувствую себя такой уязвимой сейчас, незащищенной.— Иди сюда, вернись в кровать ко мне, — нежно зовет он меня. — У нас нет планов на сегодня, так что я хочу целый день проваляться с тобой в кровати и повытворять гораздо больше развратных вещичек.Мой пульс начинает стучать со скоростью отбойного молотка, глаза опускаются по его мускулистому подтянутому телу и останавливаются на его эрекции. Когда я поднимаю взгляд, он хитро говорит мне:— Не переживай, сладкая, мне понадобится всего лишь пара минут и близость твоего обнаженного тела, чтобы он был готов.Меня не нужно просить дважды, я забираюсь на кровать. И вместо того, чтобы лечь рядом с ним, я совершаю более дерзкий поступок, упирая колени по обеим сторонам от его талии, я сажусь сверху на его бедра, чувствуя член под моей плотью.Зак приподнимает в удивлении брови и кладет свои большие ладони на мои бедра.— Ну и что ты делаешь?Я, сияя улыбкой, пожимаю плечами, потому что честно… Я не знаю, какого хрена я сейчас делаю. Поэтому я говорю ему:— Просто хочу посидеть на тебе немного… посмотреть, как это, быть сверху…Зак улыбается широкой улыбкой, и знаете, мне до боли нравится такая милая нежность между нами. До недавнего момента я совершенно не знала Зака с такой стороны, потому что большую часть времени он очень серьезный и властный, все контролирует, сдерживает эмоции. Он находит меня забавной, и мне это очень нравится.Я тянусь к нему руками, и мы переплетаем пальцы.— Ну, так что мы сегодня планируем сделать?— Я думаю, мы будем дальше нежиться в кровати и заниматься всякими непристойными штучками, как я и говорил до этого… причем целый день.— Думаю, это совсем не вариант! Рэнделл или Сэм заподозрят что-то, выбери что-нибудь еще.Зак отводит от меня взгляд, как будто что-то обдумывает, затем он опять смотрит на меня, и его взгляд выражает крайнюю решимость.— Я не планировал это так скоро, и конечно, не думал, что это будет сегодня... но я подумал, что мы могли бы с тобой вдвоем сходить в церковь и послушать службу, посмотреть, как это.Я крепче сжимаю его руки и воодушевленно шепчу:— Это прекрасная идея. Почему тебя это заинтересовало?— Я думал, что это был бы отличный способ, может, как-то понять моих родителей. В этом была задействована большая часть их жизней. Я отошел от христианского учения пока жил в Карайке, хотя отец Гоуль исправно пытался наладить эту связь, рассказывая отрывки и истории из Библии. Мне было ближе на тот момент то, что практиковали карайканцы, которые находили особую магическую связь с природой. Но теперь, думаю, почему бы мне не посмотреть на увлечение моих родителей, и может, попытаться понять их, ведь хуже от этого уже точно никому не станет. Ты же понимаешь, что мне нужно прикладывать больше усилий, чтобы как-то понять и привыкнуть к вашему современному миру и обществу.Поднимая наши переплетенные пальцы, я целую каждый его палец.— Я думаю, это отличный способ, чтобы почтить память твоих родителей, Закариас. Я буду счастлива пойти с тобой. Я попытаюсь узнать, какая из церквей находится поблизости, и мы сразу посетим ее.— Спасибо тебе, — говорит он и подтягивает наши переплетенные пальцы к своим губам, целуя каждый пальчик, а затем развратно покусывает.Я прерывисто вздыхаю, качаю бедрами, проводя своей киской по его члену. И ощущаю, как его эрекция пробуждается под моими дразнящими движениями.— Но давай поговорим о более важных вещах на данный момент, — бормочет Зак, а в его глазах бушует огонь.— И о чем же это? — шепчу я, смотря на него невинным взглядом.— Давай поговорим о том, как ты возьмешь в рот мой член, а я буду в это время ласкать твою сладкую киску.— Ах, об этом ты хотел поговорить, прости, я не догадалась сразу, — поддразниваю я его, продолжая покачивать бедрами. — Кстати, это позиция в сексе называется «шестьдесят девять».Огонь желания в глазах Зака меркнет и на долю секунды его заменяет живой интерес.— «Шестьдесят девять»? А почему это так называется?Я высвобождаю руку из его ладони и рисую указательным пальчиком на его груди цифры, когда он смотрит, я продолжаю объяснять.— Шестьдесят девять, Зак. Смотри, как соотносятся цифры. Ничего не напоминает? —говорю я, подмигивая и дерзко улыбаясь.Признание и понимание касается его взгляда, и он кивает с грешной улыбкой, которая приподнимает уголки его губ.— О, ну теперь я вижу. Я и раньше хотел предложить тебе это, но даже и не мог представить, что это так называется.— Да, это очень популярная сексуальная позиция или мне так, по крайней мере, кажется.Зак резким движением поднимается и садится на кровати, крепко оборачивая свои сильные руки вокруг моей талии. Между моих бедер он был невероятно твердым. Теперь я очень хорошо чувствую, как его твердый и готовый член касается моих влажных складочек, он немного покачивает бедрами. Зак немного толкается и раздвигает членом мои складочки, начиная двигаться напротив моего изнывающего от желания прикосновений клитора. Прижимая к себе, он переворачивает меня на спину.— Ты когда-нибудь делала это раньше, ответь мне?Я смущенно качаю головой и прикусываю нижнюю губу.— Нет, не делала. Но всегда хотела попробовать.— Я буду твоим первым, — с гордостью говорит он.И, надеюсь, последним, но это все пустые и несбыточные мечты.— Тогда ответь мне еще на один вопрос. Что насчет прошлой ночи? — спрашивает он, немного склоняя голову набок, и смотрит на меня прищуренным взглядом. — Проникал ли когда-нибудь мужчина в твою попку, как это сделал я?При воспоминании об этом жар пронзает мое тело неистовым потоком желания, и моя киска невольно начинает сжиматься.— Никогда, — приглушенно шепчу я в ответ.Глаза Зака загораются огнем собственника, он приближает свое лицо к моему. Его губы в миллиметре от моих, он рычит:— Я не могу дождаться момента, когда возьму твою попку. Это будет восхитительно.Я тяжело сглатываю комок, образовавшийся в горле, и согласно киваю, хотя я все еще напугана предстоящей перспективой, потому что его член огромного размера. Я так боюсь, что он просто разорвет все внутри, когда будет иметь меня своей огромной штуковиной, и скорее всего, мне нужно узнать в интернете немного больше об этом, чтобы суметь подчиниться ему, его и своим желаниям, и не оказаться на больничной койке.Он улыбается, глядя на мое согласие, и обрушивает свои губы в безжалостном поцелуе, углубляя его, внезапно мы слышим стук в дверь.— Зак, — я отчетливо слышу голос Рэнделла. — Я сейчас направляюсь на работу в офис и решил перекинуться парой слов перед тем, как уйти.Я дрожу всем телом, потому что Рэнделл может узнать о нашей связи. Зак не делает больше ничего, кроме как лениво улыбается и наблюдает за моей реакцией. Я осторожно пытаюсь отодвинуться и выскользнуть из-под него, но он вдавливает меня своим весом в матрас, игривая улыбка не сходит у него с лица.Наконец, я сталкиваю Зака, быстро встаю с кровати, хватаю простынь и оборачиваю вокруг тела. Паника охватывает меня, я растерянно смотрю на него, не понимая, что мне делать дальше, куда иди и где спрятаться. Зак неторопливо встает с кровати и кивком показывает на дверь ванной, говоря достаточно громко в ответ.— Минутку. Я оденусь.Я стрелой залетаю в ванную, где плотно прикрываю дверь и отхожу немного в сторону, чтобы если ее вдруг откроют, я могла спрятаться за ней.Я ни черта не вижу, но я все отчетливо слышу. Зак передвигается по комнате, шелест материала его джинс, звук застегивающейся молнии. И вдруг, мне становится смешно, от мысли как он спрячет свою эрекцию, наверное, это вызовет дискомфорт, но в данной ситуации это выглядит забавно, мы ведь взрослые люди, а ведем себя как дети.Дверь открывается, и я слышу, как Рэнделл весело говорит:— Доброе утро, Зак.Черт. Почему я слышу его голос так отчетливо? О, Боже… Бл*ть. Он, скорее всего, прошел в комнату. В комнате еще пахнет сексом и желанием? А может он слышал, как мы разговаривали. Мое сердце стучит как сумасшедшее, и я сразу начинаю молиться Господу, чтобы он помог мне выбраться из этого всего. Я начинаю давать обещания, что если он мне поможет, то я оставлю Зака в покое, и даже думать про него забуду, только бы не быть пойманной Рэнделлом. Потом вдруг понимаю, что за бред я говорю. Я никогда не смогу оставить Зака, даже если меня окружат сотни голодных анаконд.— Так что произошло Рэнделл? Что-то срочное?— Да нет. Просто я подумал, как ты смотришь на то, чтобы пойти со мной сегодня на работу? Посмотреть, чем я живу, что для меня важно? Чем зарабатываю на жизнь? Мне кажется, тебе должно понравиться, вдруг ты решишь остаться здесь по каким-либо причинам.— Мм, — я могу отсюда слышать, как Зак колеблется и начинает размышлять, как выкрутиться из этой ситуации. На данный момент их отношения с Рэнделлом немного потеплели, и лед в их отношениях тронулся, но все же Зак относится к нему настороженно и немного нервничает в его присутствии. — Ну что ж. Почему бы и нет?— Отлично, спасибо, Зак. Это очень много для меня значит. Тогда встретимся внизу за завтраком, — когда он произносит эти слова, мое сумасшедшее сердцебиение успокаивается, и я вздыхаю с облегчением.Он разворачивается и уже идет на выход, я слышу шаги, но он вдруг останавливается.— Сейчас только загляну в комнату Мойры, спрошу, не хочет ли она к нам присоединиться.Ох, бл*дь, бл*дь, черт, черт! Он все понял?— Эм, Рэнделл, ее нет сейчас в комнате, — говорит Зак, и мое сердце взрывается от ощущения страха, — кажется, я слышал, как она ушла несколько минут назад. Наверное, она пошла на пробежку.Пробежку?! С каких это пор я начала бегать?!— Ну что ж, мы можем подождать, пока она вернется, — говорит вежливо Рэнделл. — Увидимся внизу за завтраком.— Минут через тридцать? — кричит ему вслед Зак.— Отлично, — отвечает он и уходит, прикрывая за собой дверь.Я выжидаю тридцать секунд, прежде чем выйти, жду, когда состояние ужаса схлынет, и я наберусь достаточно мужества, чтобы покинуть безопасное пространство ванной комнаты. Затем я выхожу из ванной, все еще прикрывая тело простынею, используя ее как своеобразную защиту.Я вижу, что Зак лежит на кровати, поглаживая член рукой. Он возбужден и готов к дальнейшим действиям, его желание не сбил визит Рэнделла. Глаза словно объяты пламенем, когда он впивается в меня взглядом.— Опусти шелковую простыню.Мои руки разжали нежный материал, и он упал лужицей на пол.— Теперь забирайся в кровать. Я хочу попробовать с тобой эту новую позу, шестьдесят девять.— Но, стой, тебе же нужно спуститься к завтраку. А мне пойти к себе и принять валиум или какое-нибудь другое успокоительное. Я жутко испугалась.— Иди ко мне, Мойра. Я не покину эту комнату, пока не вылижу твою киску, а ты не отсосешь у меня.О, Боже. Мое тело дрожит, и я двигаюсь к кровати на зов его голоса.Когда я забираюсь на нее, то автоматически останавливаюсь, ожидая приказа Зака.— Иди ко мне, детка. Забирайся сверху, — говорит он с игривой усмешкой. — Я хочу, чтобы ты была сверху, хочу почувствовать твою красивую киску у меня на языке, и твой ротик на моем члене.Я не знаю, что ответить ему. Черт, он слишком хорошо изучил современный сленг. Его слова пресекают мою попытку что-либо сказать, но не отнимают силу двигаться. Я медленно подползаю к нему, легко касаюсь губами его губ. Разворачиваясь, я сажусь ему на лицо, чтобы моя киска находилась над его ртом.Затем Зак продолжает возносить меня до высоты солнца и обратно, лаская меня губами, языком и ртом, пока я сосу его великолепный член, забирая каждую каплю, что он дает.