Млечный путь или медовые дорожки

— Да, конечно, — согласилась Сэрим.

— Спасибо.

Минхо достал из своего рюкзака небольших размеров камеру. Он не был профессиональным фотографом, лишь любил запечатлеть на снимках красивые виды маленького городка, в котором он жил, счастливые школьные дни и моменты его жизни, воспоминания о которых навсегда могут остаться на снимках, что хранились в альбоме. Поэтому сейчас он очень хотел сохранить это миниатюрное очарование с пятью котятами на фотографиях и долгое время рассматривать после. Лёжа в своей комнате и любуясь множеством небесных тел, находившихся где-то, где парили облака, он бережно держал бы в руках воспоминание о невероятной девушке Чо Сэрим. И не мог бы поверить, что в тот момент она находилась рядом с ним.

Посмотрев в маленькое окошко аппарата и стараясь найти нужный момент, когда можно будет щёлкнуть кнопку и изображение окажется на бумаге, Ли не мог скрыть своего счастья. Впервые за столько времени он чувствовал лёгкость, словно парил высоко, как птичка в небе, или находился на уровне звёзд. Чувствовал воздушность, словно был невесомым шариком, ведь рядом с ним была девушка, которая очень сильно нравилась ему. Была та, кто придавал столько сил и энергии одним своим видом и словами, заставляющими каждую клеточку его тела трепетать от любви к этой малышке.

Сэрим было немного неловко, так как она так редко фотографировалась и даже не знала, как стоит встать, чтобы фото получилось удачным. Стоило ли ей улыбнуться шире или, наоборот, прекратить улыбаться. А может, ей стоило и чёлку поправить, вдруг она испортит абсолютно всё?

— Тебе неудобно? — заметил Минхо. — Я могу прекратить.

Он отложил свою камеру, видя то, как нервничала Чо.

— Просто я так редко фотографируюсь и даже не знаю, что стоит сделать, — ответила она ему, а котёнок, находившийся на её руках, пискнул, — но я очень хотела бы сделать фотографию с ними, — улыбнулась она, смотря на то, как пушистые создания спокойно лежат на ней.

— Хорошо, — кивнул парень, — не переживай и просто будь собой. Иногда самые, казалось, неудачные на вид фотографии окажутся самыми драгоценными. Поэтому просто не волнуйся и делай так, как тебе нравится, — улыбнулся он ей, не подозревая, что своими действиями и словами, такими тёплыми, заставил сердце Сэрим замереть на несколько мгновений.

Она не могла поверить, что всё, что сейчас с ней происходит, вовсе не сновидение в весеннюю ночь. Когда голова лежала на большой подушке розового цвета, в объятиях находилась плюшевая игрушка, которую девушка назвала Лалой, а одеяло так грело в холодную ночь, что на утро вылезать из кроватки совсем не хотелось. Но Минхо так ласково смотрел на неё в ответ, гладил маленьких котят, что прибежали к нему и устроились на коленках, и был таким же мягким, как его вязаный свитер лилового цвета.

Сэрим хватило нескольких секунд, чтобы в очередной раз влюбиться в парня, что стал новой галактикой для неё.

— Раз, два... — произнёс он, и камера щёлкнула, издав приятный звук, а на его руках в следующие минуты появились две маленькие фотографии, обрамлённые белыми рамками, — думаю, что получилось очень хорошо, — показал он ей самые прекрасные в его жизни фотографии.

— Да, — кивнула она, соглашаясь, — большое спасибо тебе.

— Не за что, — уголки его губ лучезарно приподнялись вверх, и только Сэрим хотела предложить сфотографировать и его, как в кафе появился мужчина, который подошёл к их столику. И, похоже, он был дядюшкой Минхо, ведь крепко обнял парня, спрашивая, всё ли у него в порядке и как поживает бабушка.

Выглядел он почти как Минхо, и действительно можно было сказать, что они родственники: у него были большие глаза, превращающиеся в полумесяцы при улыбке, густые брови и немного пухлые щёки. На его голове почему-то находилась соломенная шляпа, хотя на улице было холодно, но казалось, что этот мужчина излучал лето и его жёлтые подсолнухи.

— Здравствуйте, — поклонилась ему Сэрим, прижимая к себе котят сильнее, ведь всё ещё боялась заводить разговор с незнакомыми людьми.

А маленькие крохи так успокаивали её сейчас.

— Дядя, это моя одноклассница. Мы хотели вместе выполнить домашнее задание и пришли в ваше кафе, — на вопросительный взгляд Сухёка ответил Ли.

— А, — протянул тот, — твоя одноклассница, — хихикнул он, тихо шепча о том, что маленький Минхо уже вырос в восхитительного принца на белом коне из самых светлых сказок, тем самым заставляя уши племянника покраснеть от смущения, — я сделаю вам лучшие пирожные, и моя Мина приготовит свой потрясающий чай, — с этими словами он отошёл от их столика, унося с собой несколько котят, чтобы они не мешали двоим, — надеюсь, вы сможете почувствовать себя комфортно в нашем маленьком кафе!

— Он хорошо о тебе заботится, — тихо произнесла Сэрим, будто боясь спугнуть всех присутствующих в этом заведении.

— Да, дядя с детства приглядывает за мной, и я очень рад, что он у меня есть, — вспоминая о самых радостных днях лета, в гостях у бабушки, уголки его губ приподнялись выше. Ведь детство в их домике, находившемся возле больших холмов и цветочных полян, было самой запоминающейся порой его улыбок, гаснувших с наступлением осени, возле родителей.

— Это прекрасно, — ответила она ему, не смея оторвать взгляда от сладкой улыбки одноклассника, чем-то напоминающую мармелад в форме сердечка, — не хочешь сейчас начать подготавливаться к уроку?

— Давай, — кивнул ей парень, доставая в следующую минуту несколько учебников из рюкзака, тетради и ручки, — ты выбрала композитора, про которого хотела бы написать?

— У меня было несколько вариантов: Шопен, Чайковский и Вагнер. А у тебя?

— Практически такие же варианты, — хихикнул он. — Мы с тобой почти похожи. Но я вместо Вагнера выбрал Шуберта.

— Тогда, — призадумалась девушка, стараясь выбрать самый наилучший вариант для задания, — как насчёт Шопена? Думаю, что многие захотят взять Чайковского, а мы можем отличиться от них.

— Хорошо, — сразу же согласился Ли, считая выбор Сэрим очень разумным, и той же минутой уже искал в большой книге множество информации про композитора, — давай тогда сегодня найдём несколько фактов, а дома сделаем свои части презентации и отправим друг другу на почту.

Чо кивнула.

Уже вечером, когда большая часть задания была выполнена, а настроение было настолько прекрасным, особенно после черничных пирожных и медового чая, Минхо и Сэрим неспешно направлялись к остановке. Солнце постепенно уходило за горизонт, оставляя после себя лилово-розовые линии на небе, окрашивая облака в весенние оттенки. Маленькие звёзды вдали становились всё ярче, и словно кто-то кистью по небу водил, мазками представляя золотистые проблески, а после дополняя всю картину блёстками. Настолько красиво было, что Сэрим невольно приоткрыла рот от изумления.

Почему же через окно её маленькой комнаты небо не кажется таким прекрасным? И почему мир кажется таким светлым и добрым, что хотелось обнять его в тот момент?

Сэрим не знала ответов на эти вопросы, бесконечно задавая их в своей голове, но Минхо, что был с ней совсем рядом и вторил в этот момент уходящей большой звезде, дал понять, что с его присутствием мир становился лучезарнее и краски в карих глазах могут быть намного светлее, чем были.

— Закат в феврале кажется намного красивее, — прошептал Ли, заставив Сэрим кинуть взгляд на него.

— Словно каждый месяц он отличается своей палитрой, — кивнула ему Чо. А затем, вспомнив про кое-что очень важное, решила спросить у него: — разве ты живёшь не в другой стороне? Тебе ведь нужно на другую остановку.

— Я хотел проводить тебя.

— Божечки, — Сэрим ладошками закрыла свой рот от удивления, — не стоит, — помотала она головой, вызывая смех у Минхо — та выглядела слишком прелестно в этот момент, — тебе лучше пойти к себе, уже вечер и тебя могут поругать дома, — лепетала она от волнения, потому что паника начинала овладевать всем её сознанием. Вдруг с ним что-то случится, если он задержится из-за неё!

— Я просто проведу тебя и пойду домой. Мои родители не поругают меня, не переживай, — успокаивал её парень, но та всё ещё упрямо стояла на своём, словно какой-то пушистый барашек, — я написал им, что могу вернуться немного поздно, поэтому они не беспокоятся об этом.

— Хорошо, — сдалась Сэрим.

Они ещё несколько минут шагали молча по дороге, наслаждаясь атмосферой, царившей вокруг: тёплый свет от фонарей и гирлянд освещал улочки, повсюду ходили молодые люди, укутавшиеся в свои шерстяные пальто, и пожилые пары, любящие прогуливаться поздним вечером и дышать свежим воздухом, не хватало лишь лепестков вишни для большей сказки, в которой они очутились. А затем ушей коснулись нежные голоса парни и девушки, исполняющих песни совсем недалеко.

Они выступали под аркой деревьев, склонившихся к ним и будто оберегающих от порывов сильного ветра, мерцали огоньки гирлянд, словно светлячки, кружили возле двоих, а люди вокруг плавно качались в такт мелодии, будто стебли полевых цветов. Сэрим и взгляда отвести не могла от музыкантов, находившихся в мире волшебства, что казалось, будто голоса вторили их чему-то тёплому, разливающемуся по всему телу. Подобно глотку черничного чая в том милом кафе, вязаному шарфику на шее или Ли Минхо, что невольно сплёл их пальцы.

— Подойдём поближе? — предложил он, а Сэрим кивнула. — Так красиво и чарующе. Я рад, что мы с тобой сейчас вместе. Что гуляем в этот вечер и можем насладиться этим выступлением, — проговаривал он, ведя за собой Чо и защищая от большого скопления людей, чтобы они случайно не раздавили его малышку.

— Я тоже рада, — призналась она ему, — очень рада, что не побоялась рискнуть и сейчас вместе с тобой. Знаешь, ты открыл для меня новый Млечный путь своим появлением. Нет, ты открыл для меня новую вселенную под названием «Медовые дорожки», — произносила она, пока они направлялись в сторону певцов, а Минхо внимательно слушал, не смея перебивать, — я боюсь людей, стараюсь избегать любого разговора и привыкла находиться в одиночестве, но с тобой всё совсем иначе. Мне хочется болтать с тобой на разные темы, хоть я и стесняюсь, узнавать о тебе и быть ещё намного дольше, чем сегодня.

— Я думал, что не нравлюсь тебе и ты хочешь избегать общения со мной, поэтому старался разговаривать с тобой только по школьным делам, — неловко сказал Ли.

— Мне очень жаль, что я оттолкнула тебя в самом начале. Я боялась, что ты такой же, как и все остальные люди. Но ты отличаешься от них, — Сэрим виновато опустила взгляд, а из глаз уже готовы были политься слёзы, ведь ей искренне было стыдно за своё поведение ранее.

— Всё в порядке, — приободряюще улыбнулся он, — не стоит расстраиваться из-за этого. У тебя были трудности, и это совершенно нормально, что ты не со всеми людьми можешь раскрыться. Это не плохо, потому что доверять всем не стоит. Кто-то может оказаться плохим, а кто-то хорошим, но ты ведь можешь по одному взгляду узнать, какой на самом деле этот человек. Поэтому не стоит огорчать себя такими мыслями.

— Хорошо, — Сэрим аккуратно тыльной стороной ладони смахнула выступившие на глазах слезинки. Она чувствовала себя намного счастливее, ощущала какую-то невесомость, будто была лёгкой пушинкой, блуждающей по миру в поисках себя, — я рада, что ты второй хороший человек в моей жизни, — улыбнулась она ему, ловя удивлённый взгляд.

— Я могу узнать, кто был первым? — спросил он.

— Моя мама.

Проговорив эти два слова, Сэрим устремила взгляд к красивому небу, вспоминая о такой же прекрасной женщине, старающейся поддерживать её во всём, хоть и не всегда находилось время из-за работы. Чо Ёнхва дарила чувство любви и заботы своей дочери каждый раз, понимала её и давала возможность самой взлетать и падать, самой учиться ступать к миру маленькими шажками. Хоть она и была строгой иногда, особенно если Сэрим до поздней ночи могла смотреть дорамы, но такие моменты легко забывались, ведь младшая любила её так же сильно, как и мама в ответ. Ведь они были единственной поддержкой друг друга, даже в моменты, когда кажется, будто светлый мир может разрушиться на глазах.

Минхо улыбнулся словам девушки, вспоминая о своей семье. Его мама всегда старалась защитить сына перед требовательным отцом, старший брат хоть и делал вид, что ему всё равно, но всегда беспокоился о младшем, а папа просто возлагал на него огромные надежды. Но Ли знал, что семья его любит так же, как и он их. Поэтому память о них согревала его сердце, пока он так же смотрел на небо, звёзды на котором начинали ярко блестеть.

Они подошли ближе к выступающим музыкантам, не отрывая мечтательного взгляда от неба и не разомкнув пальцы, сцепляя их в самый крепкий замок, и наслаждались мелодией, льющейся из уст исполнителей.

Девушка с короткой стрижкой, осветлёнными волосами и милой чёлкой была одета в длинное платье и кашемировое пальто, сидя на деревянном стуле, она длинными пальцами перебирала по струнам гитары, подыгрывая своему партнёру. Парень с круглыми очками, сползающими на переносице, и в длинном пальто, держал в руках микрофон и дарил множеству слушателям чувство прекрасного, благодаря своему бархатному голосу.

Песня, которую они пели, была нежной, как весна, грустной, как поздняя осень, но невероятной, как холодные снежинки зимы и зелёная листва лета, и запомнилась многим своим особенным звучанием, которое останется в сердцах жителей городка Ынпо ещё надолго.

— Мне бы тоже хотелось так выступить, — искорки в глазах Сэрим мерцали от восторга. Представить себя на месте этой необычной певицы было чем-то невозможным, чем-то, о чём она долгое время мечтала, — но мне так страшно, — призналась девушка, пальцами крепче сжимая руку Минхо.

— Почему? — спросил он, не отрывая взгляда от заворожённой чудесами выступления Чо.

— Вдруг люди начнут смеяться надо мной, как было раньше, — воспоминания неприятно кольнули на уровне груди, заставляя поморщиться. На периферии сознания мелькал противный смех детей, грубые слова, которыми они оскорбляли девочку, и действия, лишившие желания открывать дверцы своего сердца посторонним.

— Как они могут смеяться над тобой? — недовольно пробормотал Ли. — Ты ведь очень милая, добрая и похожа на принцессу. Даже то, как ты шепчешь что-то себе под нос, очень мило. У тебя приятный голос, который мне хотелось бы слушать намного чаще. Даже твои ушки кажутся сахарными, будто сейчас растают. Глаза похожи на драгоценные камни, и я часто могу заметить в них маленькие звёздочки, а твои губы похожи на вишенки. И ты хочешь сказать, что кто-то будет смеяться над тобой? Я не знаю человека очаровательнее, чем ты, — произнёс Минхо, а у Сэрим сердце в очередной раз замерло из-за слов парня.

— Но... — хотела сказать Сэрим, только была сразу же перебита:

— Не верь в их слова. Ты просто не понимаешь, насколько замечательна, — Минхо повернулся к ней, смотря прямо в шоколадные глаза и не веря, что действительно сказал об этом девушке, — для меня ты лучшая.

— Спасибо. Я рада, что у меня есть ты, — смущённо улыбнулась она ему, ожидая в ответ увидеть такие же приподнятые уголки губ, но внезапно оказалась в объятиях парня.

Минхо обнимал её так крепко, желая передать все свои чувства и влюблённость, окрыляющую в тот момент волшебства, через это объятие. Хотел дотронуться до её сердца, чтобы она поверила, насколько невероятной может быть для этой вселенной. Для вселенной, что названа была малышкой «Медовые дорожки».