14 ГЛАВА

Что же ты наделал, мой любимый байкер? Я только начала искать тебе оправдание. Я только начала заново дышать! Вернула себе способность думать о тебе, не скатываясь в очередную истерику. И столько хорошего вспомнила.Я же знаю тебя, Егор . Я знаю!Но ребёнок — это отягчающее. Это твоя ответственность, Кораблин! А ты, чёрт возьми, никогда не бежал от ответственности!Наверное, надо отпустить. Может цепляться и правда уже не за что? И мне показалось, что ты тоже скучаешь? Тогда к чему эти сообщения? К чему ночёвка в грозу под окном?Не отпускаешь…, и я никак не могу!Скажи же мне, как это сделать?! Как отпустить тебя к ней и заткнуть проклятый внутренний голос, который продолжает тебя защищать вопреки всему?Я ещё час назад решила, что буду его слушать. Но ребёнок… Я не уверена, что настолько сильная, чтобы выдержать такое напоминание о случившемся. Ведь можно стереть видео, можно удалить фотографии. Даже попробовать закрыть это в памяти и заполнить ворохом тёплых, счастливых моментов. Ребёнка не удалишь и не сотрёшь. А я всегда думала, что у нашего сына будут твои глаза. Если у вашего с Ангелиной малыша тоже?*В клинику успеваю впритык к своему времени.— Как дела? — спрашивает врач.Рассказываю про симптомы, вспоминаю об очередной задержке. Вместе смотрим мой календарь и понимаем, что она вполне приличная получается.Забираюсь на кресло. Доктор проводит осмотр и подозрительно улыбается.— Не молчите, пожалуйста, — умоляю её. — Что там?*Выхожу в коридор и плюхаюсь рядом с Соней на удобную кушетку.— Ну? — нетерпеливо ёрзает подруга.Вместо ответа вручаю ей заключение врача и снимок УЗИ.Ещё вчера я держала в руках похожую бумажку от Ангелины, а теперь и у меня такая, только ещё и с фотографией.— Семь недель? Семь недель! — подпрыгивает Соня, начиная расхаживать вдоль кушетки. — А-а-а!! У тебя будем малыш! — пищит она.Устало улыбаюсь, прикладывая ладонь к животу. В этот раз мои гормоны сходили с ума вполне справедливо. Прошлый курс лечения пошёл на пользу, и вот, получился такой незапланированный результат.Я сейчас даже не вспомню, где мы с Егором проворонили момент с контрацепцией. Совершенная дезориентация во времени. Мне кажется, если бы не универ, я бы очнулась после апреля сразу где-то в июле. Но за окном цветёт май, а я категорически не понимаю, как мне сейчас быть.— У Соболевой тоже будет от него ребёнок, — ошарашиваю подругу новостями.— Че-го?! — Соня замирает с зависшей в воздухе ногой, занесённой для очередного шага. Разворачивается ко мне с неприлично открытым ртом.— Вчера вечером приезжала со справкой. Сказала, у них семья.— Капец, — подруга садится рядом со мной. — Вот знаешь, я никогда не дралась, но этой сучке ужасно хочется повыдирать все её белобрысые патлы! Ты чего смеёшься? — в недоумении смотрит на меня.Нервы! Блин, это нервы!И «сучка», прозвучавшая от Сони, сработала как катализатор.*Вчерашний визит Ангелины стал очередным ударом под дых. И мне казалось, что за ночь я просто выгорю дотла. К утру бабушка бы обнаружила горстку пепла под одеялом. Но я вывезла и это. Пусть будет ради него. Ради крохотного тёплого комочка, который однажды назовёт меня мамой, точно стоит научиться быть ещё хотя бы немного сильнее.Сегодня не будет никаких судьбоносных решений.— Не говори ему пока. Ладно? — прошу подругу. — И Платону тоже. Я сама потом скажу.— А ты скажешь? — Соня крепко меня обнимает.— Не знаю… — вдыхаю приятный аромат духов с волос лучшей подруги. — У меня будет ребёнок. Сегодня я хочу думать только об этом.— Тогда, — отстраняется Соня и заглядывает мне в глаза, — предлагаю это отметить. Устроим девичник?— Давай, — легко соглашаюсь я. Очень хочу «таблетку» в виде хорошего настроения.София быстро бегает пальчиками по экрану, переписываясь в нашем общем чате с Аней Каменской и Этель Шерро, девочками, с которыми мы вместе учились в лицее и тоже до сих пор дружим.А через пару часов мы уже заваливаемся на снятую на сутки квартиру. Сгружаем в прихожей гору пакетов, наполненных всякой всячиной, и дружно выдыхаем.Смеясь и болтая, разбираем покупки на кухне. Сооружаем простые салаты, выкладываем на тарелку роллы, заодно вспоминая, как здорово и беззаботно было в школе.— Предлагаю выпить, — коварно улыбается она. — И вместе подумать, как потрепать нервы этой блондинистой стерве, — поправляет собственные светлые волосы.Они с Соней быстро наполняют бокалы. Мне доливают ещё сок.— Пусть Егор, как взрослый мальчик, решает проблемы по-взрослому, — в стеклянный бортик моего бокала ударяются ещё три. — А мы же с вами девочки, — не перестаёт улыбаться Каменская. — Мы просто немножко похулиганим!

*Егор.«Генеральный директор Кораблин Егор Владимирович»Смотрю на эту табличку и тихо ржу. Папа расстарался. Красивый шрифт на золотой пластине под стеклом. Дорого. Кричаще пафосно. Куда мне со своим вагончиком, на котором красуется логотип клуба! Вот сюда надо стремиться. К кабинету с секретарём, у которой сиськи в блузку не помещаются.У неё сегодня, кстати, последний рабочий день. Сидит за столом, дует накаченные губы. Мне в таких тёлок всегда хочется потыкать иголкой. Интересно же, лопнет она, как воздушный шарик, или нет.Захожу в кабинет. Вешаю в шкаф любимую мотокуртку. Достаю из маленького холодильника бутылку воды. Открутив крышку, делаю несколько глотков. По плану до обеда перелопатить хотя бы пару папок с документацией компании.Отец не оригинален. Он выбрал хорошо знакомое ему направление — юридические консультации, в том числе онлайн, сопровождение сделок, помощь в подготовке к судебным процессам и всё в этом духе.Я пока не понимаю, куда конкретно копать, но уверен, что нужное направление найдётся. Платон подрядился помогать. Всё же он учится на юриста. И делает это довольно успешно. Мы договорились, что я буду заниматься тем, в чём разбираюсь: движение денег, партнёрские связи, договора, сотрудники. Весь костяк, на котором основывается любой бизнес. А братишка будет разбирать дела, которые велись юристами этой конторы.Уже в зависимости от того, что найдём, будем думать, как это грамотно использовать, чтобы слезть с крючка отца.Включаю комп, заглядываю в календарь и уже настраиваюсь на работу. Меня отвлекают настойчивым стуком в дверь. Раз мимо секретаря, значит…— Егор, привет, — заглядывает Виолетта.Красивая, элегантная брюнетка. Моложе отца на тринадцать лет. Острый, внимательный взгляд женщины, которая точно знает, чего хочет от жизни. Одета в классику с налётом сдержанной сексуальности и ярким акцентом на стервозность.— Я занят, — отмахиваюсь от неё.Раздражающе громко цокая каблуками, Виолетта проходит к столу и садится на ближайший ко мне свободный стул. Постукивает длинными ногтями по столешнице, привлекая моё внимание.Эта женщина привыкла быть здесь хозяйкой. Отец подрядил её «присматривать за любимым его сыном и во всём ему помогать». По факту же, как я и говорил, ему надо меня контролировать, чтобы я никуда не рыпался. Делал ему ту самую идеальную картинку, которую он так жаждал.А я пришёл и уволил сразу троих сотрудников. Мне хватило половины дня, чтобы понять — с этими людьми мы не сработаемся. Конечно, местной королеве не понравилось, что её власть в этих владениях пошатнулась. Пришла толкать вразумительную речь.— Выпьем кофе? — предлагает Виолетта.— Пейте. Только не в моём кабинете. У вас встреча с клиентом через полтора часа. Не пора ли выезжать? — издевательски скалюсь.Здесь есть вип-клиенты, с которыми общается непосредственно сама Виолетта. Как раз на днях в контору обратился один из таких. Его папку я отложил отдельно. Отдам Платону, пусть разбирается и контролирует.— Я успею. Давай поговорим без кофе. Егор, я понимаю, папа поставил тебя во главе, но ты здесь пока плохо ориентируешься. Совсем не знаешь людей, а уже рубишь с плеча. Прежде, чем увольнять сотрудника, надо же посмотреть на эффективность его работы.— Я посмотрел. Мне не понравилось.— И чем же тебе не угодила наша Оля? Она со мной три года отработала без нареканий.— Этим и не угодила, — пожимаю плечами. — Я привык работать с людьми, которым доверяю. И своим принципам изменять не намерен. Обсуждать с вами свои решения тоже. Хотели меня в директорское кресло? Вот он я. Тут. А теперь не мешайте мне работать.— Егор, послушай…— Послушайте, Вита! — сжимаю зубы. Бесит она меня. — Я в это кресло не просился! Вы с отцом сделали всё, чтобы меня в него усадить. Так вот теперь, — зло улыбаюсь ей. — Здесь всё будет так, как решу я. Не нравится? Вы знаете, куда адресовать претензии. И, кстати, я уже отозвал генеральную доверенность. Официальное письмо с уведомлением будет у вас на столе в ближайшее время, а также разослано во все прилегающие организации, в том числе в банк. На всякий случай.— Даже так? — она очень сильно себя сдерживает.— А вы думали, я сюда в игрушки играть пришёл? Время, Виолетта. Опоздаете на встречу, потеряете клиента. Это уже вопрос о вашей компетентности на занимаемой должности.Стрельнув в меня недовольным взглядом карих глаз, поднимается со стула с идеально ровной спиной. Разворачивается на каблуках и, вдавливая их в пол, идёт к выходу.— Засранец! — доносится до меня её недовольное шипение вместе с характерным хлопком закрывшейся двери.Ухмыльнувшись, всё же погружаюсь в работу.*Руки сами выкручивают руль на перекрёстке в противоположную сторону от дома, в котором я снимаю квартиру.Промчавшись по городу, паркуюсь возле нашего с Ясей подъезда. На детской площадке ещё носится малышня. По двору эхом разносятся крики мамочек:«Саша, не лезь туда!»«Василена, отдай мячик Святу!».Улыбаюсь. Это классный набор проблем — решать, кому из твоих детей достанется мяч, а кому сегодня кататься на цветной горке. Мне хочется такой жизни. Хочется бытовухи, разбавленной спонтанными свиданиями на байке. Хочется вернуть себе ощущение семьи. Оно было у меня целых шесть месяцев, и в нём было очень круто.Я стою, смотрю на этих людей и завидую. Им не надо никому ничего доказывать. Не надо выгрызать зубами возможность быть с тем, кого любишь, и заниматься тем, чем горишь. Вот так и подтверждается теория о том, что деньги не могут сделать тебя счастливым. Что от них толку, если вечерами возвращаешься в пустую квартиру и ложишься спать в холодную постель?— Чего загрустил, Егорка? — моей руки касается шершавая ладонь старушки-соседки с последнего этажа. — Давно вас с Ярославой не видно, — немного коверкает её имя.— Добрый вечер. Работаю много, а Яся у бабушки пока живёт.— Поругались что ли? — щурится старушка.— Нет. Говорю же, работа. Вы ещё здесь будете?— За драндулетом твоим посмотреть? — кряхтя, посмеивается она.— Если несложно. Чтобы малые не лезли. Уронят на себя, могут травмироваться. Я быстро.— Иди-иди. А с Ясенькой помирился бы. Такая пара…

Как серпом по яйцам. Больно до зубного скрежета.Коротко выдохнув, как перед прыжком с высоты, бегом преодолеваю несколько лестничных пролётов. Упираюсь взглядом в нашу дверь. Под ногами у порога так и остались тёмные пятна моей крови. Я ещё не вошёл, а сердце уже грохочет в разы сильнее обычного.Нервно проворачиваю ключ в замке. Открываю дверь, и в меня ударяет запах нашей с Ясей жизни. Внутри всё переворачивается. Заводится невидимая мясорубка, медленно прокручивающая все мои органы, превращая их в фарш.Я не хотел сюда возвращаться без неё. Но всё равно притащился. Чтобы по-мазохистски напомнить себе, чего меня лишили.Прохожу в нашу спальню. Сажусь на край кровати. Забираю Ясину подушку и трусь об неё носом, вдыхая оставшийся на наволочке аромат её волос. Сжимаю в руках до треска ткани.Я скучаю…Девочка моя, без тебя очень холодно и одиноко.Закрываю глаза. Оглушённый стуком собственного сердца, замираю, чувствуя, как покалывает кожу. Как липкий ком встаёт в горле. Как царапает язык зубная крошка.Надо как-то оставить это всё, подняться и ехать отсюда. Завтра очередной сложный день. Не представляю, чем ещё отец надумает на меня давить. Раз хочет поговорить, значит точно нашёл какой-то рычаг.Отложив подушку, касаясь стен пальцами, подрагивающими от злости и усталости, выхожу в подъезд. Пара оборотов ключа. Ещё один тоскливый взгляд на закрытую дверь. И я спускаюсь на улицу к своему байку.Мамочки с детьми уже разошлись по домам. Старушка-соседка сидит на скамейке с парой местных бабулек.Благодарно кивнув ей, резво стартую с места в сторону своей съёмной однушки.Приняв душ, ложусь на кровать и впиваюсь взглядом в потолок. Ни черта у меня со сном не выходит.Иду на кухню. Завариваю себе чай. Открываю ноутбук. Создаю новый файл и вбиваю в него всё, что у меня на сегодня есть. Пока без системы. Просто выкладываю из головы, чтобы черепная коробка не лопнула.Под утро рубит прямо за столом. И снится мне Яся. В носоглотке всё ещё стоит её запах. Интересный 3D-эффект даёт ощущение присутствия.Удивительно, насколько можно нуждаться в конкретном человеке. Смело могу сказать, что болен этой девочкой. Окончательно, неизлечимо и навсегда.•Актив=глава________________Ставь ⭐ пиши комментарии ❤️🔥