Ночь волшебства

Валя

Что он делает? Что он такое творит?! Я уже два года не целовалась, или даже больше!Ошеломлённая, застигнутая врасплох, я трепыхаюсь в его руках, но он сильнее. Намного.Держит. Яростно целует. Подавляет любое мое сопротивление…Наконец мне удается высвободить руку. Не раздумывая бью его по щеке наотмашь. Совсей дури.Егор отстраняется от меня. С удивлением ощупывает красную от удара щеку.— Никогда не смей больше так делать!Губы мои болят и зудят с такой силой, будто бы их кусал тысячелетний вампир. Завтраоднозначно они станут синими.Но Егор злится еще больше. Он просто хватает меня, затыкает рот ладонью. Секунда,и я оказываюсь переброшенной через его плечо.— Что ты делаешь, неандерталец?! — кричу я.Но никто не слышит моих криков, и не видит бесчинства моего жениха. На террасе мылишь вдвоем, а из дома доносится громкая музыка.— Не ори! — получаю я звонкий шлепок по попке. — Это тебе за пощечину! — шипитмажор.— Немедленно отпусти меня! — молочу его по широченной спине и плечам.— Нет. Валя. Ты тоже этого хочешь! Мы оба этого хотим. Хватит уже бегать иотнекиваться от меня!— Нет. Сволочь. Гад. Отпусти! Пусти, я сказала!!!Егор  моя тирада не трогает нисколечки. Он продолжает спокойно обходить дом.Он заносит меня с черного хода. Это обычная винтовая лестница с задней стороныдома, ведущая сразу на второй этаж.У меня дух захватывает от того, что сейчас происходит. И не сказать, что это мненеприятно. Скорей, наоборот. Я наверно сошла с ума от долгого воздержания, от долгогоотсутствия мужчины в моей жизни. Я сопротивляюсь, но с каждым уверенным шагоммажора по направлению к спальне, мое тело капитулирует все больше и больше.Он входит к себе в спальню. Света, льющегося из окна вполне хватает, чтобы разглядетькровать.— Как же долго я этого хотел, малышка! — осторожно опускает Шип меня на своюкровать.Нависает надо мной. Вглядывается вопросительно. Он может взять меня силой, но ячувствую, что одно мое слово и он отпустит. Но дело в том, что я сама хочу этого. Всегдахотела на подсознательном уровне. Сама тянусь к нему, к его губам, потому что уже успеласоскучиться по ним. И у Егора окончательно срывает стоп-кран.

                               ***

Меня придавило теплое пушистое тяжеленое одеяло. Связало по рукам и ногам. Еще неуспев открыть глаза, пытаюсь пошевелиться, но это невозможно. Ноги и руки хорошенькозафиксированы и придавлены к удобному матрасу.Пытаюсь ворочаться, но это невозможно. Открываю глаза. Яркий свет позднего осеннего утра режет сетчатку. Пытаюсь повернуться в другую сторону, и… застываю наместе. Егор Шип! Сладко посапывает, тесно прижавшись ко мне, закинув на меня своипудовые руки и ноги! Вот что придавливает меня к кровати!А еще, я совершенно ясно понимаю, что мы спим абсолютно голые, и греет меня егоразгоряченное тело.В теле ощущается долгожданная расслабленность и приятная правильная ломота.Жжение в некоторых местах, которые вчера Егор активно скажем так, натирал. Губы ивовсе занемевшие после вчерашних диких страстных поцелуев, будто мне заморозкой ихукололи, поднывают тихой болью.Пытаюсь пошевелиться и скинуть крупное накаченное тело мажора с себя. Куда-там!Егор только тесней прижимается ко мне и даже во сне я ощущаю, что он снова капитальновозбужден.Это что мы такое наделали?! Консумировали наш будущий брак? Или Егор простонаглым образом использовал меня, чтобы удовлетворить свою похоть? Да и я хороша…Отдалась ему, как последняя дуреха похотливая! Как же низко я пала!!!— Пусти! — пихаю его в бок, — Выпусти меня, быстро!— Карнавал, лежи, да! Так классно, наконец с тобой проснуться! — голос хриплый,заспанный.С удивлением смотрю в его сонные счастливые глаза. Фраза царапает мое подсознание,но не понимаю, отчего она кажется мне искреннее чем самое пылкое признание в любви?— Иди, сюда! — снова привлекает к себе, пытается поцеловать.— Губы от тебя болят, — стону я, — и зубы почистить бы неплохо…Договорить я не успеваю. Меня очень аккуратно переворачивают на живот, подгибаютколени и… снова, глубоко и настойчиво, делают самой счастливой на свете.Вот так запросто, без лишних слов. Но очень бережно, и естественно. Настолькоестественно и гармонично, что мне и сказать-то после волшебства нечего.— Идем в душ! — Егор поднимается и просто подхватывает меня на руки, будто явешу не полцентнера, а грамм двести, не больше.Мы снова целуемся под тугими струями душа, словно под дождем. Голова легкая-легкая, без единой мысли. Я не хочу, чтобы это заканчивалось. Уровень эндорфинов в моейкрови просто зашкаливает!Когда все происходит в третий раз за эти безумные сутки, меня внезапно осеняет:— Егор! Ниче что мы без защиты?! Я ничего не принимаю.— У меня живчики дохлые, не переживай! — твердо отрезает мажор.— А если оживут? — резонно возражаю я.— Не оживут, там лечение на год расписано, у меня справка от врача есть, потомпокажу!Его слова успокаивают меня. Ведь недаром он нашел меня и детей. Было бы намногопроще родить нового ребенка от той же Элен, если бы он мог зачать.

                              ***

На завтраке, за большим столом, где собрались оставшиеся на ночь гости, мыпереглядываемся с Егором, как двое чокнутых влюбленных шизиков.Он лыбится мне, посылает воздушные поцелуйчики, задевает ногой под столом, кладетруку мне на коленку и безобразничает ею, продвигая ее вверх, к самому сокровенному.Как могу стараюсь соблюдать приличия, но гормоны счастья бьют по мозгам наотмашь.Я просто сижу и лыблюсь во все тридцать два зуба, в хмурые рожи Элен, Крида, мамашиЕгора, и нашей няньки Кристи.Позже мы гуляем с детьми все вместе в саду. Егор поочередно катает каждого сына наплечах, изображая то лошадку, то вертолет. Дети счастливы, заливаются смехом,наслаждаются запоздалым вниманием отца.— Валя, можно тебя на минутку? — подзывает меня Мадина Семеновна.— Да. — подхожу к свекрови, пытаюсь погасить улыбку и радость, но не могу.— Ты светишься от радости. — констатирует свекровь с постной миной на недовольномлице.— Эммм… — не знаю, что сказать на это.— Я видела, что ты провела ночь у Егора.Краснею. Да, все так. Но зачем она смущает меня?— Понимаю, что запрещать вам вместе спать, или лезть к вам в постель, я не могу. —отчитывает меня Мадина Семеновна. — Если я запрещу вам ночевать в одной комнате тут,то вы спокойно можете продолжать спать у Егора в квартире. Так вот. Мне это непринципиально, хотя я тебя предупреждала. Просто напоминаю, чтобы ты не рассчитывалана моего сына всерьез.— А может вы позволите вашему сыну самому решать, с кем ему строить отношениявсерьез? — закипаю я.— Исключено. — ухмыляется женщина, — Ему уготована Элен. Нас он не ослушается, ине пойдет против. Не обольщайся девочка. Нравится тебе роль подстилки — продолжайсогревать его постель. Но на большее даже не надейся!

Доброе утро ☀️❤️Выложу ещё одну главу ❤️🐿️Всех люблю ❤️❤️❤️