Дядя-дурачок

— Мальчики у вас просто замечательные! — воспитательница выдает мне поделкиребят — приклеенные к картону пожелтевшие листья.Я знаю, что весь этот мусор облетит в скором времени, но мне ужасно приятно, чторебята уже самостоятельно могут проделать столь сложную аппликацию.— Спасибо, мне очень приятно!Принимаю сыновей, веду их одеваться.— Мама! — целуют они меня одновременно в обе щеки.В такие моменты я просто на седьмом небе от счастья, и радуюсь, как никогда, чтородила их, несмотря ни на что!— Давайте, в коляску! — командую я.Малыши запрыгивают, я выруливаю за ворота детского сада.Хищный спортивный автомобиль моментально выезжает из-за угла и начинает моргатьмне фарами. Поворачиваюсь. Чтобы оценить уровень опасности (идиотов за рулем хотьотбавляй), а не потому что меня привлек водитель.Хмурюсь. Стекла затонированны, ничего не видать. Ускоряю шаг, толкая впереди себяколяску энергичнее.— Карнавал! — опускается стекло автомобиля. — Валя!Этот голос подстегивает меня, точно кнутом.Налегаю на коляску, ускоряюсь, почти до бега, насколько это возможно с двумямаленькими детьми.Егор. Выследил меня. Ненавижу! Не хочу, чтобы он видел малышей. А малышинепутевого папашу.— Валь! Ну стой, а!Автомобиль с визгом паркуется, слышится звук захлопывающейся двери, пиканьесигнализации.Меня догоняют тяжелые мужские шаги. Наконец, Егор ровняется со мной, а потом ивовсе перегоняет. Жадно всматривается с мальчиков.— Двойня? — поднимает густую бровь Егор. — Мои?Сыновья непонимающе глазеют на горе-папашу.— Отойди от детей! — рявкаю я тигрицей, разворачиваю двойную коляску так, чтобымажор не видел сыновей.— И все же, Валь, — не отстает от меня, — если они мои, то у меня к тебе предложение.— Пошел к черту со своим предложением!— Я сделаю тест! — не успокаивается Егор.Внутри меня все холодеет, но лишь на долю секунды. Потом я быстро беру себя в руки.— У детей есть отец, и он, к счастью, не ты!— Врешь! У тебя была двойня от меня. И по срокам все сходится.А теперь меня бросает в злость от наглости мажорчика. Сначала сделал дело, потом вкусты свалил, а теперь, здравствуйте, объявился горе-папаша.— Ошибаешься, Егор. Ты отправил меня на аборт тогда. Я его сделала. Теперь оставьменя в покое!— Я сделаю тест! Слышишь? И ты не сможешь мне препятствовать! — орет Егор мнев след на всю улицу.Показываю ему средний палец. Это все — что он заслужил от меня и детей.— Мама! Мамотька, а кто это? — волнуются мои двойняшки.— Дядя-дурачок, — объясняю им, — не переживайте. Хотите мороженное?— ДА! — с посулом любимого лакомства сыновья быстро забывают о горе-папаше, аменя все еще трясет от его слов.То не нужны мы были ему, на аборт отправлял, а то на тебе, понадобились. Очень дажехорошо, что я замужем за Веником, и именно он вписан в графе «отец» у детей. Пусть мажорпопробует что-либо доказать теперь!

                              ***

Утром день сурка. Опаздываю, но не так критично, как в первый день. Веник привычносвалил на учебу раньше, я бегу, толкая коляску с детками впереди себя.— Давай помогу! — выпрыгивает на меня из-за угла мажор.Еле успеваю увернуться.— Привет, ребятки! — лыбится белоснежной улыбкой Егор.— Здлавствуйте, дядя-дулачок! — синхронно картавят близняшки.Несмотря на плохое настроение и раздражение по поводу появления горя-папаши, я елесдерживаюсь, чтоб не взоржать как лошадь.Егор  то ли не расслышал, то ли не понял, то ли делает вид, что не распознал словадвойняшек, ведь их речь пока не слишком внятна, и по сути только я могу ее разобрать.— Это вам! — вытаскивает горе-папаша из кармана два шоколадных яйца, протягиваетсыновьям.— Спасибо, дядя-дулачок! Снова синхронизируются детки.— Убери яйца! — требую я, гневно метая молнии. — Не надо нам от тебя яиц!— Мои яйца! — насупливается Егор, — Хочу убираю, не хочу — дарю.— Яйца в штанах держать надо! А не трясти ими! — иду я в разнос. — Забери и убери!На них «три плюс» написано. Детям еще нет трех. Им нельзя такие игрушки.— Простите, малышня, что-то я не подумал, — Егор  вздыхает, рассовывает яйцаобратно по карманам.— Нитего дядя-дулачок, у нас много иглусек! — сообщают бесхитростно дети.— И кто же вам эти игрушки интересно покупает? — Егор полностью игнорирует то,как его называют сыновья.— Мама и папа из Амелики пливезли!— И папа, значит? — хмурится Егор.— Отойди от нас! — требую я. — И так опаздываю.— Давай я покачу быстрей? — не унимается Егор, — Или на машине домчим?— Мчи куда хочешь!Впереди показывается детский сад, я въезжаю в ворота с коляской.— Посторонним вход воспрещен! — рявкаю я, поняв, что мажор собирается за нами.— До свидания дядя-дулачок! — машут ему детки улыбаясь не всеми еще вылезшимизубками.Вроде отстал. Стоит у ворот. Неужели будет меня караулить?!Я быстро отвожу деток в группу, паркую транспортное средство, и призадумываюсь.Если перелезть через забор, это будет слишком? А потом смотрю на часы и понимаю: вотон, единственный шанс и в универ не опоздать, и уйти от преследований Шипа. Ведь томесто, где собираюсь перепрыгивать, сократит мой путь чуть ли не в двое.У меня все получается. Малышам не перемахнуть через покосившееся ограждение, а вотвзрослому — запросто. Отсюда и до ворот универа — рукой подать.Вбегаю в здание, разыскиваю нужную аудиторию. Вхожу почти со звонком.Начинается пара по экономической географии, а Германа, то есть мажора, все еще нет.Небось ждет меня, бедолага около входных ворот. Ну это его проблемы и его вина — я гналаего от себя, как могла.Минут через двадцать, замерзший и злой Егор просится войти. Его пускают. Злокосится на меня, проходит мимо, садится сзади.— Валь! Валя! — трогает меня по спине.— Чего? — недовольно оборачиваюсь.— Как меня назвали твои дети? Я так и не понял.— Дядя-дурачок! — кидаю ему, ухмыляясь.— Что?! Ах ты ж… это ты их научила?!— Нет, это ты — дурачок!

***

Егор

— Их двое, пап, я ж говорил!Я привез папу к детскому саду, куда Валя отводит детейПапа снимает очки в тонкой дорогой оправе, протирает их, надевает обратно.Прищуривается. На улице тучи, видимость не очень, еще и мой автомобиль полностьюзатемнен.— Мои? Как думаешь? — задаю бате вопрос.— А шут его знает… — папа щурится так, что его глаза начинают блестеть отвыступивших от напряжения слез. — Надо по ближе посмотреть. И то не факт, что внешнеони будут похожи на тебя!— Почему это не факт? — возмущаюсь я.— Потому что они могут быть в кого-угодно! В родителей девушки, или вродственников твоей мамы! Без ДНК теста трудно сказать на глаз.— Понял. — скисаю я. — Значит опять у нас нет уверенности, останутся ли деньги всемье, или нет.— Егор, таких совпадений не бывает! — авторитетно заявляет папа. — Еще если быодин ребенок был, можно было списать на то, что девушка скакала по постелям, как ночнаястрекоза, но вот двойня! Ну не могла она от тебя двойняшками залететь, а потом сразу жепосле аборта от мужа! Включай голову и логику!— А они прикольные, — усмехаюсь я. — уже разговаривают.— Вот эта мелочь уже болтает? — удивляется папа.— Представь! Развиты не по годам! А все почему? Потому что мои гены! Если бы отВеника-придурка они бы получились, то до сих пор два слова связать бы не могли! А вот отменя…— Ну ты, конечно, самоуверенный! — усмехается папа. — Сколько ты над нимистарался? Три минуты? Пять? И уже гордишься так, будто вырастил и воспитал.— Чего это три?! — насупливаюсь я. — Четверть часа минимум!— Ага! — ржет папа, — Четверть часа… да ты ж бухой был по твоим же словам!Хорошо, если сразу не спустил коней.Зло смотрю на папу, и на удаляющуюся Валю с близнецами. Батя тоже далеко не гигантв постели, в отличие от меня, так что пусть не трындит почем зря!

***

Валя

В магазин приходится бежать поздним вечером. Совсем замоталась, забыла, чтокончился гель для стирки. А стирки у меня с тремя мужиками столько, что ни однойпрачечной не снилось!— Вень, займи мальчиков, я до «пятерки» сбегаю.— Может я лучше сбегаю? — отзывается Веня от компа, где наяривает на «танчики». —Еще пивко куплю, и рыбки вяленой, что-то захотелось…— Хрен тебе! — возмущаюсь я. — У меня нет денег тебе на пиво! А у тебя и подавнонет ничего.И дело здесь не только в пиве, на которое тратиться мне ну совершенно неохота. ПростоВеник такой раздолбай, что может вместо геля для стирки купить посудное средство иобвинять кассира с продавцом, что специально подсунули ему совершенно не то. Плавали,знаем. Послала я его однажды за подгузниками… можно сейчас не буду говорить, чтоименно ему «подсунули» вместо них?!

***

Егор

— С такой только договариваться! — хмыкает отец, вспоминая Валю и сыновей. —Сразу видно, стерва та еще!— С чего ты взял? — удивляюсь словам отца. — Знаешь, какой она лохушкой была двагода назад?— Какая разница, какой она была два года назад? Люди меняются! А Карнавал твояявно поменялась, вот только не знаю, в лучшую ли для нас сторону.— Я не представляю, как с ней договориться, пап! — вздыхаю, вспоминаю двебесплодные попытки поговорить с ней. — Она меня ни к себе, ни к детям не подпускает! Аеще этот Веник вокруг нее вьется. Муж ее, который. Ну вот что она в нем разглядела? Дрищ-задрищ по сравнению со мной! Разгильдяй и троечник. А она вцепилась в него как кошка, аменя не замечает.Батя смотрит на меня со злостью, а потом как хрястнет кулаком по столу, да каквзревет:— Так!Я аж вздрагиваю.— Я не понял! Ты зачем сейчас эту стерву к ее муженьку ревнуешь?! Помни, что ваши сней отношения будут чисто договорными! Формальными! Кораблиным не нужна безроднаястудентка и бастарды!Боже, бастарды… батя трех мушкетеров обчитался?!— Пап… мне вообще-то с ней десять лет жить… как старый маразматик завещал!— Давай о деде полегче! — снова рявкает батя. — А если я на старости лет из умавыживу, ты тоже меня обзывать будешь?!Молчу. Будет идиотничать — буду обзываться.— А то, что десять лет… Так Герман Демьянович, адвокатский прощелыга не станетзалезать к тебе в постель. Жить со стервой под одной крышей ты сможешь, но вот толькопопробуй влюбиться в нее по-настоящему и узнаешь силу отцовского кулака!Хмурюсь на батю. Похоже у него, как и у деда крыша едет, и это заразно: то один меняперед смертью отдубасил, теперь второй грозится.— Тебе сейчас сколько? Двадцать два! Через десять, будет тридцать два — молодоймужик, в полном рассвете лет! Угроза упустить наследство мИнет, и ты женишься на тойдевушке, которую подберем тебе мы!— Ну, пап!!!— Не нукай! Ты меня понял! С Карнавал только договор, никаких болееотношений!— Да она еще на этот договор хрен пойдет… — с сомнением произношу я.— Для начала надо тест ДНК проверить, реально ли твоя двойня, и, кстати, ГермануДемьяновичу тест пригодится, чтобы деньги не изымали из нашей компании. А когдаубедимся, что дети стопроцентово твои, тогда поселим вас под одной крышей. Только к себев пентхаус ее забирай! Нам с мамой тут безродные нищенки не нужны!

Очень очень долго писала.Дальше прод не будет. Я отдохну чуть чуть посмотрю видео. И потом придумаю и напишу главу. Сегодня будет ещё главыВсех люблю ❤️❤️❤️