Случайная ночь

Егор Николаевич Булаткин или Крид. Препод по экономике. Чуть ли не по самому важномупредмету на нашем факультете. Только с утра у него экзамен сдавала и вот пожалуйста!Видимо и он пришел, отметить окончание сессии.— Что случилось, Валя? Вы плачете?Егор Николаевич  молод. Ему двадцать пять или около того. И он… того самого.Поглядывает на меня во время лекций. Ну вы поняли. Не раз ловила его на рассматриваниисобственного декольте и вторых девяносто. К другим же девушкам он холоден и равнодушен.Но, справедливости ради, стоит отметить, что студентки во всю флиртуют с ним, строятглазки, пытаются зацепить. Еще бы! Симпатичный, молодой, высокий. Носит брендовыевещи. На дорогой тачке. Живет один в новостройке. Постоянной партнерши или жены нет.Отец у него то ли писатель, то ли издатель, в общем не на свою ВУЗовскую зарплатуЕгор Николаевич шикует.Вот и сейчас препод первым делом оглаживает меня недвусмысленным взглядом.Забирает у меня пустой поднос. Достает упаковку одноразовых платочков и протягивает мнеодин.— Перестаньте плакать, Карнавал! Обидел кто? Кто? Скажите, я разберусь.— Я… нет, все в порядке. Отдайте мой поднос, мне работать надо.— Вы тут работаете? — удивленно округляет глаза молодой препод. — А это вообщенормальное место для такой красивой девушки?— Место — как место, — пожимаю я плечами, успокоившись.Чувствую, удирать надо. Препод не то что противен мне, он не привлекает меня, и я несобираюсь давать ему хоть какие-то намеки на нечто большее, чем отношения студентки-преподавателя.Забираю поднос, быстро отхожу от Крида.— Надеюсь, еще увидимся! — Крид убирает руки в карманы брюк и ухмыляется, — Ябуду сюда заезжать!Вот еще! Только этого мне не хватало.— Карнавал, твою мать, тупая ты п… — ругается на меня менеджер, — кудасвинитила? У нас аврал, а она курить убежала!— Я не курю, — тут же сообщаю чистую правду. Не курю и не употребляю. И никому несоветую.— Заткнись, дура! Вон мажоры в шалмане кальян новый требуют. Быстро схватила иотнесла им!Снова туда, к своим однокурсникам идти совсем не хочется. А с другой стороны меняочень тянет увидеть Егора… Ведь впереди лето, и я не смогу видеть его до осени. Хватаютяжеленный дымящийся кальян. Несу его к дорогим одногрупникам.В комнате уже сизо от дыма. Интересно, куда в них столько влезет? Народу мало.Егора уже не видно. Наверно вышли на улицу подышать свежим воздухом. А может Егоруже уехал…Я расстроена. Теперь не увижу его. А еще очень ревную. Вдруг подцепил кого и теперьему предстоит веселая ночь… А мне… до утра тут с подносом бегать меж пьяныхвеселящихся рож.Если бы я только знала, что меня ждет дальше, то лучше бы поймала такси и бежала сночного клуба со всех ног!

                            ***

Еще какое-то время кручусь пчелкой. Принимаю и отдаю заказы.Усталость и недосып берут свое. Я просто на ходу засну, если нигде не прикорну.Отпрашиваюсь у злющей менеджера в туалет. Та, со скрипом, но отпускает. Дает мне целыхтри минуты.Три, так три. Сажусь на крышку унитаза. Опускаю голову на колени. Три минутки ивыйду…Открываю глаза.Как-то подозрительно тихо вокруг.Три часа утра!!! На мобильном тридцать пропущенных вызовов от менеджера. И следомсмс, что я уволена. Вот это я прикорнула на три минуты… Разгибаю затекшую отскрученного положения поясницу.Голова тяжелая, ничего не соображает. Умываюсь ледяной водой в раковине. Пьюоттуда же — все пересохло в горле. Вроде, так лучше.Одно единственное желание — добраться до общежития и спать! А уже поутруосознавать весь звездец от произошедшего.В клубе все так же играет музыка. Чокнутые люди никогда не спят… да и чтоудивляться — выходные, вот и отдыхает народ — оттягивается по полной. Попадаться наглаза своей менеджеру я не хочу, она мне, глаза эти повыцарапывает. Потом решу этотвопрос, приду, поплачусь, авось возьмет обратно. А сейчас пробираюсь в нашу раздевалку засумкой и курткой.Мне везет. В служебное помещение добираюсь в одиночестве. Беру свои вещи и даюдеру оттуда.В коридоре они меня и сцапывают. Сильные мужские руки! Я пикнуть не успеваю, какоказываюсь прижатой к стене. А на меня, навалившись сверху всем своим немаленькимвесом смотрит… Егор Шип!Оторопело гляжу на любимого. Горло перехватило неожиданностью, так, что дажеслово вымолвить не могу. Он большой, сильный, красивый… от его парфюма, с древеснымисвежими нотками у меня кружится голова. Колени подгибаются, а внутри живота, там где исказать-то стыдно, зарождается сладкая теплая истома.— Ты… — рычит, нагнувшись к моему уху Егор, — вызови мне такси, а то я ничегоне соображаю.Ух, вот это облом… Я-то думала, что он зажал меня, ну… потому что давно и тайножелал, а у него просто проблемы с вызовом такси… Но с другой стороны он настолько пьян,что на ногах не стоит, поэтому и навалился на меня. Жаль его. А если кто ограбит его, илиизобьет, или… так, стоп! Я не позволю, чтобы моему любимому причинили вред.— Идем, я доведу тебя до диванов, — предлагаю я мажору свое цыплячье плечо. — Тыпосидишь, а я вызову машину.Егор повинуется мне. Тяжело опускается на диванчик в зоне чилл-аута. Я заказываютакси. Машина обещает быть через пять минут. И что мне делать? Он в ж… пьяный! Нудоедет он на такси, а как домой дойдет? Надо бы довести его до квартиры.А еще мне очень любопытно, как и чем живет тот, в кого я влюбилась.— Ты со мной поедешь! — заявляет мне Кораблин заплетающимся языком.Кое-как доталкиваю его до такси. Сажаю огромное мужское тело. Сама раздумываюнесколько мгновений, сесть ли с ним, или нет, но горячая сильная лапа просто втягиваетменя в салон автомобиля.Плюхаюсь прямо на колени к Егору. Взвизгиваю и тут же пересаживаюсь рядом.Машина трогается. Шип моментально наваливается на меня и… засыпает. И вот как я втаком состоянии его оставлю? Да таксист попросту обчистит его как липку, еще и где-нибудь на улице ссадит. А сейчас хоть и май месяц на дворе, но ночи прохладные. Нет, немогу бросить парня. И не потому что влюбилась. Чисто по-человечески не могу. Где все этишкуры и девки? Мажорки и подстилки? Где его друзья, которые накачали и бросили другабуквально в невменяемом состоянии?!Нахрен таких друзей не нужно, вот что я скажу! А Егора не брошу.Такси привозит нас в модный крутой район. Другого я от Егора и не ожидала.— У тебя есть ключи? — толкаю мажора, чтобы тот проснулся.— Да, — хрипло рычит он.Лезет в карман, сует пятитысячную купюру таксисту, и не дожидаясь сдачи выходит измашины, я же не собираюсь сорить деньгами, поэтому демонстративно жду, пока таксист,обозвав меня сквозь зубы собакой женского пола, все же отсчитывает мне сдачу.Засовываю деньги в карман Егору.— Себе оставь! — ухмыляется мажор.— Нет, чужого мне не надо. — поспешно отказываюсь я. — Идем, я отведу тебя доквартиры.Мы заходим в шикарный подъезд. Мрамор. Занавеси. Колонны. Картины. Скульптуры…Все как в кино! Неужели люди в такой роскоши живут?! Да уж, это — не обшарпанныеподъезды хрущевок, где кошками за версту несет.Охранник за камерами приветственно улыбается Егору, а мне понимающеподмигивает.— Отведу его до квартиры и спущусь, — зачем-то объясняю я.— Иди, иди, видно, что ты не из «этих», — улыбается мне дядька.Интересно, часто ли Шип приводит в свою квартиру «этих»? Наверно, да… чем ещеему заниматься, молодому, красивому, свободному?Егор совершенно не стоит на ногах. В лифте он снова наваливается на меня. Нухорошо, хоть рук не распускает. Использует меня в качестве опоры. Вытаскиваю его излифта. Доходим до его двери. Всего лишь две квартиры на весь этаж… кстати последний.Вау! Да мажор оказывается в пент-хаусе живет!Егор не может попасть ключом в дверь. Все же хорошо, что я его довела, а то бы так исвалился в своем роскошном подъезде прямо на мраморную плитку.Забираю ключ, отпираю дверь. От тепла квартиры Егора развозит еще больше.— Фу, щас блевану! — жалуется мне двухметровый мажор.— Нет, нет, стой! — кричу ему. — Где у тебя туалет! Быстро показывай!Беру своего мажора подмышку, вернее он меня, потому что я едва достигаю серединыего груди, и мы поспешно несемся в санузел. Попутно я пытаюсь стянуть с него дорогущуюбрендовую куртку, чтобы не заляпал.Оставляю его в туалете, убедившись, что он ничего не испачкает. Сама, подмалоприятные звуки оглядываю длинный коридор. Да уж, богато живут мажоры. Ничего нескажешь… в его квартире четыре моих общаги поместятся, со всеми комнатами икоридорами… Очень красиво, стильно, дорого. Мебель новая. Много техники. На полуковры. Натуральные, не ковролин какой.Возвращаюсь в санузел. Егор, голый по пояс чистит зубы над раковиной.Не могу оторваться от его спины. Широкая, раскаченная.А его бицепцы,поросшие коротким темным волосом! Покрытые брутальными татуировками. Егорповорачивается ко мне, и я бросаю взгляд на его накаченный пресс! Восемь идеальныхкубиков. И широкая мужская грудь. У меня дух захватывает, и уже откровенно простреливает низ живота. Он совершенный.Он — лучший из тех, кого я видела в своей жизни.— Спасибо, что довела меня до дома, — хрипло произносит Егор.— Идем, уложу тебя в кровать, — только и могу пролепетать я, краснея, точно он не попояс голый, а целиком.Егор, после освобождения желудка и чистки зубов идет более уверенно, но все равноопирается на меня. От его тела пахнет чистым мужским мускусом, несмотря на своюприродную волосатость, подмышками у него чисто, и мне это нравится. Парень соблюдаетгигиену. Вот только с алкоголем перебрал сегодня, и организм непременно отомстит емузавтра жестким похмельем и головной болью.Спальня у мажора — произведение искусства в стиле хай-тек. Я никогда в подобнойкомнате не то что ни жила, не заходила даже. Вот что значит, когда есть деньги. Можнокупить себе все самое лучшее — мебель, широченную кровать с ортопедическим матрасом…да уж, это не продавленная коробка, как у меня в общаге, после сна на которой такоечувство, что всю ночь палками избивали.Егор, как ни в чем не бывало стягивает с себя джинсы, прямо с бельем. Я краснеюеще больше и тут же отворачиваюсь. Там он тоже огромный… Ух, как стыдно, ну зачем я этоувидела?!Когда оборачиваюсь, Егор уже сидит, прикрытый одеялом.— Я пойду, — в замешательстве бормочу я.— А ну стой! — хватает меня за руку миллиардер. — Останешься со мной.

❤️❤️❤️