023

На следующее утро Тим вытаскивает себя из постели и идет в ванную. Он медленно принимает душ и направляется в ресторан, чтобы открыть его до того, как его отец вернется домой.

Когда он открывает его и начинает накрывать на стол, пара, с которой он разговаривал с отцом, входит, чтобы помочь ему открыться. Тим подбегает, боясь, что его отец скоро приедет, и увидит их. Он не хочет, чтобы этих милых людей оскорбляли и высмеивали из-за чьей-то ограниченности.

"Артит, Конгфоб. Доброе утро". Быстро здоровается Тим.

"Доброе утро, Тим. Как ты спал прошлой ночью?" Спрашивает Конгфоб, начиная вытирать столы.

"Не очень, если честно".

"Мне жаль это слышать. Была ли на это какая-то особая причина?" Спрашивает Артит, подходя к Конгфобу и накрывая на столы.

"Эм… вроде того. Но у меня плохие новости". Тим начинает немного расхаживать.

"Что это такое?" Конгфоб и Артит подходят к Тиму, когда замечают, что он нервничает.

"Эм… Это связано с моим отцом…" Тим нервно потирает затылок. "Он возвращается домой, и мне нужно… мне нужно, чтобы вы ушли". Конгфоб и Артит обмениваются между собой смущенными взглядами, прежде чем снова посмотреть на Тима.

"Мой папа… Он очень… груб с людьми, которые отличаются от других, и… и я не хочу, чтобы вы пострадали от его слов или действий". Спешит сказать Тим.

Конгфоб и Артит обмениваются понимающими взглядами с Тимом. "Мы понимаем, что ты пытаешься сказать. И спасибо, что дал нам знать". Говорит Конгфоб с той же яркой улыбкой.

"Мне очень жаль." Тим извиняется, стыдясь своего поступка.

"Тебе не нужно извиняться за своего отца, Тим. Он решает, как он видит мир, и ты тоже. Нам не нужно извиняться за обидные слова других людей". Говорит Артит, обнимая юношу, когда замечает, насколько он расстроен.

"Н-но..."

"Тим. Мы понимаем. Всё в порядке, правда. Спасибо, что предупредил нас. Но... мы хотим убедиться, что с тобой все в порядке. Мы не хотим, чтобы твой собственный отец причинял тебе боль. С тобой всё будет хорошо?" Обеспокоенно спрашивает Артит, когда видит, что в Тиме идет внутренняя борьба.

"Со мной все будет в порядке. Я просто хочу, чтобы вы были в безопасности от моего отца. В конце концов все наладится… Я думаю".

"Ну, просто знай, что Конгфоб и я всегда рядом. Если тебе когда-нибудь просто нужно будет уйти из дома или тебе нужно место для ночлега - наша дверь всегда открыта". С широкой улыбкой говорит Артит.

Все трое обнимаются и прощаются, прежде чем Артит и Конгфоб выходят из помещения.

Буквально через пару минут врывается отец со своим чемоданом и всем остальным. Он осматривает ресторан и кухню, прежде чем вернуться в столовую, где Тим подпирает дверь.

"Что-то не так, папа?" Спрашивает юноша, когда начинает готовить еду.

"Я просто хотел убедиться, что здесь их нет. Я имею ввиду людей с соседней улицы". Говорит отец Тима, ставя свой чемодан за прилавок.

"Мы только что открылись, пап. Здесь еще никого нет".

Остаток дня Тим проводит на цыпочках вокруг отца. Он стал крайним параноиком на счёт того, что каким-то образом его отец сможет узнать, что он гей, и вышвырнет.

Он беспокоится, что отец узнает и возненавидит его. Боится, что кто-то случайно войдет в дверь и сделает всё еще хуже. Переживает, что скоро больше не сможет выносить резкие слова отца.

День подходит к концу, и Тим убирает столовую, пока его родитель разбирается у кассы и кладет деньги в сейф, чтобы забрать их домой и пересчитать.

По возвращении домой, Тим спешит наверх, чтобы принять душ и спрятаться в своей комнате.

Когда его матери нет дома, Тим опасается, что его отец начнет свои разглагольствования и в итоге набросится на него. Он не уверен, сколько еще сможет продержаться здесь.

"Тим!! Ужин готов!!" Кричит отец Тима вверх по лестнице.

"Иду!" Кричит Тим в ответ. Страх распирает его изнутри. Он медленно спускается по лестнице.

Он поворачивает голову налево в сторону столовой, где отец ждет его за столом с мрачным видом.

Тим нерешительно садится напротив отца и начинает есть.

"Тим. Как давно эти… люди приходят в ресторан?"

Юноша знает, о ком говорит отец, но его раздражает то, как он говорит о хороших людях с таким отвращением.

"Они приходят уже давно. Они утренние завсегдатаи".

"Ммм. Ну, я надеюсь, что не увижу их и не столкнусь с ними, потому что я не хочу, чтобы такие подонки были в моем ресторане или вокруг тебя". Его отец делает пару укусов, прежде чем продолжить. "Я не хочу, чтобы тебя окружали такие люди. Ни сейчас, ни когда-либо. Мне не нужно, чтобы они заставляли тебя думать, что любить мальчиков - это нормально. Семья должна состоять из двух родителей. Мужчина и женщина. Женщина и мужчина. Не мужчина и мужчина, и не женщина и женщина." Тим тихо ест, слушая оскорбительную и резкую тираду своего отца.

Он пытается убедить себя, что отец не имеет в виду то, что он говорит, чтобы попытаться уменьшить свою боль, но он знает, что врёт сам себе.

"Тим. Если ты когда-нибудь в своей жизни скажешь, что ты гей, и выйдешь за мужчину, то даже не вздумай возвращаться сюда. Я ясно выражаюсь? Ни один гей не будет жить под моей крышей". Тим кивает и быстро возвращается к еде, но аппетита уже нет.

Он ложит столовый пребор и отходит от стола. "Я сыт, папа, я пойду спать. Сегодня я очень устал и измотан".

"Хорошо. Спокойной ночи, сынок".

"Спокойной ночи, папа." Сказав это, Тим направляется к звёздным снам.

Мне нужно сказать ему. Я не могу так жить. Я не могу жить здесь и слушать то, что он все время говорит и обо мне, и о моих друзьях. Я не могу просто сидеть и продолжать кивать на эти гадкие слова.