II: Глава 12

Глава 12

Вторник для шестого курса начался, как и обычно, в стеклянных стенах теплиц. Мадам Чесноук расхаживала между рядов и наблюдала, как ученики бережно пересаживают ещё совсем юных и совсем, как она говорила, безобидных ядовитых тентакул.

Растения вели себя спокойно, не выражая желания съесть кого-нибудь из учеников. Но это не мешало некоторым изрядно нервничать, что сказывалось на аккуратность их работы. Например, Леандер Пруэтт чуть не уронил свой саженец. А Поппи на пару с Эвереттом так сильно испугались, когда тентакула Поппи зевнула, что просто бросили их обратно в горшки, чуть не повредив неокрепшие стебли.

Гвен сдерживалась как могла, чтобы не посмеиваться над своим соседом Леандером, но когда она бросала взгляд через плечо, то видела высокомерно ухмыляющееся лицо Себастьяна. В отличие от Леандера, он не боялся своего растения, но и особого тепла к нему тоже не испытывал. Садовод из него был совсем не прилежный, но опыт работы в саду своего дома давал о себе знать стабильно высокими оценками по Травологии.

Оминис не любил ядовитые растения, особенно те, что были особо подвижны. Он слышал многое, но растения не дышали, как люди, а потому догадаться, когда тебя укусит большая мухоловка, для него не было возможным.

Но сегодня он работал тихо. Не ругался, как обычно в таких случаях. Он был аккуратен на этих уроках, даже кропотлив, несмотря на нервозность. Однако в этот день его мысли были совсем далеко.

В том самом моменте.

Когда его щека ощутила её губы.

Мягкие, тонкие, небольшие. Они показались ему на ощупь словно шёлк. И тёплые. Это произошло так быстро, и так мимолётно. Но его сердце пропускало удар каждый раз, когда он вызывал в памяти этот момент. И так сильно боялся его забыть.

Он приминал землю вокруг тентакулы с видом зачарованного Империусом. Его и без того пустой вечно направленный в сторону невидящий взгляд выражал не просто задумчивость, как будто отсутствие. И вернулся в реальность он, только когда мадам Чесноук остановила его компульсивные действия мягким замечанием.

Себастьян не мог не заметить задумчивость друга, но в отличие от Гвен, которая всегда подсвечивала свои наблюдения, очень тонко и умело, он не мог. Не мог спросить, заставить себя подумать об этом, облечь смутные ощущения в слова. Нет. Всё, что он мог, это с усилием прикапывать свой саженец землёй, не замечая, как сильно сжимает челюсти.

Остаток дня у шестого курса прошёл разрозненно. После Травологии друзья по своему обыкновению разошлись на Древние Руны и Нумерологию. А вот у Анны и Натсай было окно перед Прорицанием, которое они использовали, чтобы пойти в библиотеку и позаниматься.

Профессор Уизли чутко курировала Анну Сэллоу в её возвращении к учёбе, но по большей части помощь в заданиях и в подготовке к запоздалому СОВ делегировала Натти, не без обещания личных заслуг, которых у гриффиндорки за годы учёбы было предостаточно. И она даже надеялась занять пусть скромное, но всё же место в Зале Трофеев.

- Знаешь, мне не очень понятно вот это место по Астрономии. И хотя мы с тобой ходим на неё, к этой теме профессор Шах возвращаться не хочет. Как будто считает, что я сама могу всё понять. – говорила Анна, разворачивая небольшую карту звёздного неба.

- Да, она дама суровая. – подтвердила Натти, садясь рядом.

- Я не очень понимаю, как предсказательное значение расположения звёзд сопоставляется с их собственным значением, с активной планетой в это время и с активным знаком Зодиака! Это же сумасшествие какое-то.

- Понимаю тебя, подруга.

Анна подняла голову. Натти совсем её как будто не слушала. Она смотрела куда-то в сторону. Девушка проследила за взглядом подруги. Она смотрела на третьекурсников, которые тыкали в свой учебник по Уходу за Магическими Тварями пальцами и тихонько сдавленно смеялись. Возможно, они играли в игру «это ты», как они с Себастьяном когда-то. Анна невольно улыбнулась этому воспоминанию.

- Ты о чём задумалась? – спросила Сэллоу.

- Я просто думаю о тех, кто младше. – сказала Натти, - Представь себе, ты приехала в Хогвартс в первый или даже во второй раз. А тут... гоблины. Окружили всю школу. А ты сидишь под замком в стенах замка, боясь высунуть нос, соблюдая новые строгие правила. И стараясь не думать о том, что будет, когда настанет время ехать домой.

- Я понимаю. – покачала головой она, - Но мы ничего не можем сделать.

- Мы, как раз, можем куда больше, чем они. – она кивнула в сторону третьекурсников, - И я считаю, что нам больше нельзя сидеть сложа руки.

- Натти...

- Я кое-что узнала. – перебила она одноклассницу, - Я слышала, что гоблины хотят захватить станцию.

- Станцию «Хогсмид»? – встрепенулась Анна.

- Ага.

- Чтобы мы не смогли уехать домой?

- Именно, тогда мы станем настоящими заложниками. – подхватила Онай.

- Но... это глупо. Есть ведь и другие способы отправить учеников по домам. Тот же летучий порох...

- Верно, пусть его и потребуется несколько дюжин мешков, чтобы отослать всю школу по домам. Именно это навело меня на мысль, что в этот раз гоблины не сильно блещут стратегическим умом.

- Подожди, где ты это слышала? – насторожилась Анна.

- От них самих.

- Но... нам нельзя покидать замок, как ты...

- Гаррет показал мне один тайный проход. Похоже он достаточно новый, чтобы учителя о нём не знали, или слишком старый, потому что там так темно и много паутины, и вообще...

- Ещё один? Я думала, Коридор Одноглазой Ведьмы единственный.

- Гаррет сказал, их семь. Тех, что ведут из замка. Но некоторые известны мистеру Муну, поэтому нужно быть осторожными. В сам Хогсмид ведут два, их он злостно охраняет, а вот тот, что ведёт к Северным воротам, никто не охраняет.

- Он ведёт прямо за стены? – удивилась Анна.

- Прямо за стены. – кивнула Натти.

- Всё равно не понимаю, как тебе удалось их подслушать?

- Нужно уметь появляться в ненужном месте в ненужное время, чтобы узнавать нужную информацию, но сейчас важно не это. – Натсай несколько понизила голос и приблизилась к однокласснице, её чёрные глаза пылали, - Они собираются разбить лагерь у станции, чтобы сначала понаблюдать, что удивительно, учитывая, что обычно они просто нападали. Хотя, может мы чего-то не знаем. В общем, я хочу пробраться к станции и посмотреть, там ли они и предприняли ли что-либо.

- И что ты потом будешь с этим всем делать?

- Зависит от того, что я увижу.

Анна шумно вздохнула.

- Натти, это звучит слишком рискованно. Тем более, если тебя заметят, что ты одна сможешь сделать против целого лагеря вооружённых гоблинов? – почти моля о здравомыслии проговорила девушка.

- А кто сказал, что я буду одна? Ты пойдёшь со мной.

- Я?! – она почти подпрыгнула, но, вспомнив, что в библиотеке, беспокойно осмотрелась по сторонам, - Ты с ума сошла? Это опасно.

- Мы не будем вторгаться или нападать на них. Просто посмотрим, там ли они, и, если получится, предупредим кого-нибудь, чтобы это пресекли. – продолжала она.

- Ну... Нет, это слишком рискованно.

- Ты не доверяешь мне? – спросила Натти.

- Доверяю, но ты хочешь...

- Неужели ты растеряла свой былой огонь?

Анна вскинула на старосту карий взгляд. Почему-то эти слова странно глубоко задели её. И слова, которые она так хотела донести собеседнице, так и застряли где-то в горле.

- Я помню, как тебе и Себастьяну было всё не по чём. Вы лезли в любые передряги и удивительно легко выходили сухими из воды. – пристально глядя на подопечную, говорила девушка с мечтательной улыбкой, - Я, признаться, даже завидовала тебе немного. Вы были такими бойкими, ничего не боялись. Мне даже было не понятно, почему вы оба на Слизерине. Себастьян точно не утратил этого, а ты?

- Я... Я не знаю. – пробормотала Анна, видя неожиданное восхищение на лице собеседницы, - Натти...

- Давай же. – широкая улыбка украшала её красивое смуглое лицо, - Я обещаю, мы не будем лезть на рожон. Только посмотрим.

Сэллоу смотрела в эти горящие глаза. Она знала этот взгляд, очень хорошо знала. Ей не нужно было быть гуру, чтобы понимать – помимо желания помочь, там очень много азарта, тяги к неизведанному, к опасному, к приключениям. Но даже если это было чертовски опасно и пугало её, она не могла не признать, что так же сильно ей было интересно.

- Только... посмотрим. – неуверенно проговорила Анна.

- Да! – тихо и радостно воскликнула Натти, - Да, подруга!

- Тише.

- Выходим сегодня ночью.

Анна была удивлена тем, как легко Натти убедила своих коллег-старост, что им надо к заместителю директора. Это было совершенно нелепо, но семикурсник, дежуривший у входа в гостиную, пропустил их. На обеспокоенные вопросы Анны, что будет, если он узнает, что Уизли их так и не увидела, Натти только махнула рукой.

Действительно статус старосты давал Натти большие преимущества – не только доступ в ванную старост, но и возможность открывать некоторые замки, находится в коридорах после отбоя и заглядывать в учительскую без сопровождения.

Анна почувствовала даже самый настоящий ребяческий дух приключений, когда они, будто неуязвимые, скользили мимо опасностей, поджидающих их на каждом шагу.

Тайный проход оказался по-настоящему жутким. Ступени словно вдавились в землю обратно, но вряд ли от частых хождений учеников. Паутина покрывала стены таким плотным слоем, что было бы страшно поджечь факел, едва виднеющийся из-под неё на стене. И когда они увидели тёмное ночное небо, обе девушки вздохнули с облегчением.

Они вышли не прямо у стен, а немного дальше из совсем неприметной маленькой пещерки. Именно это и позволило им миновать охрану периметра. В темноте хорошо было видно горящие волшебные палочки полицейских и дымящиеся впереди костры лагерей гоблинов.

Они больше не прятались.

Дезиллюминационные чары были единственным преимуществом, позволившим им подойти достаточно близко к железнодорожной станции и остаться незамеченными. Анна чувствовала, как нутро сжимается всё сильнее и сильнее с каждым шагом, а ночь перед глазами становится будто гуще и темнее. Ноги становились ватными, но не от холода, а от осознания, что один звук может решить их судьбу не в лучшую сторону.

Как только огни железнодорожной станции стали для них хорошо различимы, они остановились, оглядываясь по сторонам. На самой станции будто было тихо, но с той стороны моста Натти заметила неяркий отсвет. Они обменялись кивками и подошли ближе.

- Анна, смотри. – она указала на странный зеленоватый свет возле деревьев.

- Ты думаешь, это они?

- Я видела в шахтах зелёные фонари. Думаю, да. – кивнула та серьёзно, - Похоже, нам туда.

- Ты хочешь идти через мост? – вздрогнула Анна, - Но это же самоубийство. Если они наблюдают за станцией, нас могут заметить даже под чарами.

- Мы достаточно далеко от школы, чтобы трансгрессировать, ты же знаешь.

- Да, но... я не... умею. – выдохнула девушка, - Вернее, я не делала этого с... - разряд мрачных воспоминаний быстро и ощутимо ударил по ней, но она быстро попыталась взять себя в руки, - Давно в общем. Не уверенна, что у меня получится. Надеюсь, ты понимаешь, что это непросто...

- А, да... Хм... У меня есть идея. – щёлкнула пальцами Натсай, - Я их отвлеку.

- В смысле?! Как?

- Я пойду по мосту первая, а ты за мной. Только ты будешь под чарами, а я – нет.

- И чем это нам поможет? Они же нас поймают. – растерянно спросила Сэллоу.

- Нет, потому что они не браконьеры.

- А?

Натсай сделала шаг в сторону и её тело удивительным образом преобразилось. За долю секунды сначала пугающих и непонятных движений её тело покрылось шерстью, на голове выросли рога, а внешность изменилась до неузнаваемости.

- Вау... - прошептала Анна, глядя перед собой.

Вместо её напарницы стояло существо невиданной для здешних мест красоты и утончённости. Словно диковинный олень, волшебное существо смотрело на неё при слабом отсвете луны и фонарей станции.

- Натти... Ты анимаг. – восхищённо выдохнула Анна.

Существо почти по-человечески кивнуло в ответ.

- Ты хочешь пойти вперёд и привлечь их внимание своим внешним видом, пока я буду под дезиллюминационными чарами идти за тобой? – догадалась она.

Существо снова кивнуло.

- Ладно, это может сработать. – согласилась девушка и взмахнула над собой палочкой.

Как только её тело слилось с окружающей средой, она слегка тронула Натти по шерстистому боку, и та пошла вперёд по мосту, гордо подняв вверх рогатую голову.

Анна не могла видеть реакцию гоблинов, но идея показалась ей настолько гениальной, что, выйдя на мост, она совсем забыла о том страхе, что терзал её всю дорогу сюда. Она не спешила, пригибалась, старалась сделать чары максимально эффективными, но всё равно была уверена, что даже если она и дёрнется резче обычного, её не заметят.

Стоило им перейти мост и спрятаться в густых кустах, Натти приняла свой человеческий облик, на что Анна восхищённо взирала, как будто впервые оказалась в «Зонко».

- Почему ты не сказала, что ты анимаг раньше?! – возмутилась Сэллоу.

- Ну, о таком обычно с порога не говорят. – улыбнулась староста, - Я открываю эту тайну только близким друзьям.

Анна скрестила руки на груди, посмотрев на неё с кривой усмешкой. И была в этом так сильно похожа на брата, что даже Натти отметила это про себя.

- Друзьям, значит?

- Да, подруга. – улыбнулась Натти.

- Что же, пошли. Подруга.

Они пригнулись. В такой темноте им приходилось сильно приглядываться, чтобы что-то различить самим, а потому они не стали применять чары, чтобы спрятаться. Осторожно перебегая между кустами и деревьями, они подобрались к лагерю прямо возле обрыва.

Гоблины. Их было не больше дюжины. Часовые ходили не спешно и не очень внимательно оглядывались, словно бояться им было совсем нечего. Девушки вгляделись. Четверо внимательно смотрели в подзорные трубы, попеременно говоря что-то на гоббледуке писчему гоблину, записывающему что-то в свиток.

- Что они делают? – почти одними губами спросила Анна.

- Разведывают. Похоже, они и правда собираются блокировать железную дорогу. – серьёзно произнесла Натти.

- Эй. – вдруг раздался скрипучий голос.

Сердца девушек чуть было не повыпрыгивали из груди, но, когда они обернули свои лица на звук, обнаружили, что зовут не их. Один из гоблинов, которому достался сохранившийся комплект доспехов восстания Ранрока, помахал рукой.

- Хватит уже стоять там, как истуканы. Вас начальство зовёт. – сказал он на человеческом языке.

- И почему нельзя нам дать сначала дело доделать... – пробормотал писчий, на вид будто совсем юный гоблин.

- Что ты там сказал, салага? – бросил гоблин в броне.

- Что мы идём. – ответил писчий и положил перо и свиток на камень, на котором сидел.

Они все поплелись за ним. И скрылись из виду где-то за деревьями. Но лагерь не опустел, по периметру по-прежнему бродили, посвистывая и вздыхая, часовые, а кое-кто со скуки натачивал топор или меч, было не видно, но хорошо слышно этот скрежет металла о камень.

Натти подалась вперёд.

- Стой. – резко шепнула в ночи Анна, схватив её за рукав, - Ты куда? Ты же сказала, что мы только посмотрим.

- Да, но они там что-то записывают. Мы должны взять это. – сказала Натти через плечо, - Это может быть важно.

- Нет, стой, это слишком опасно. – настаивала девушка, - Вдруг они вернутся.

- А вдруг там что-то критически важное, и мы не возьмём?

Натсай снова подалась вперёд, но уже более настойчиво.

- Стой же. – громче прошептала Сэллоу, - Ты же... обещала.

Учебный день среды всегда начинался бодро, ведь первым уроком для шестого курса были Заклинания. Профессор Ронен даже в самый суровый и унылый день умел расшевелить учеников. Даже если это был первый урок в этот день.

Гвен, Оминис и Себастьян пришли на урок в неожиданно приподнятом настроении. Эверетт особенно забавно пошутил про будущий матч со Слизерином, и Гвен не смогла не поделиться этим с друзьями, хоть для них эта шутка и была слишком тонкой, чтобы понять всю её ценность.

Когтевранка разошлась со слизеринцами в проходе между партами и опустилась на своё привычное место. До урока оставалась всего минута, и она достала перо, чернила и тетрадь, готовая ко всему, что сегодня расскажет профессор.

- Доброе утро, класс! – отворилась дверь наверху лестницы, - Я надеюсь, вы достаточно выспались, чтобы впитать все знания, которые я решил передать вам сегодня!

Профессор Ронен по своему обыкновению спускался по лестнице, пружиня на каждой ступеньке. Утреннее весёлое расположение духа Гвен отразилось на её лице в виде самой искренне весёлой улыбки. И, движимая привычкой, она повернула голову, чтобы передать свою улыбку соседке, но...

- А? – тихий удивлённый выдох вырвался из её губ.

Место, которое занимала Анна на этих уроках рядом с ней, было пусто.

Гвен тут же стала оглядываться по сторонам, в надежде обнаружить Анну где-то в другом месте, хоть такое стечение обстоятельств и могло расстроить её. Но... нет. Её нигде не было.

Странно тревожное чувство стало прорастать в её груди, а голос профессора Ронена становился всё тише и дальше, отдаляя её от темы урока непробиваемой стеной тревоги. Она ещё раз внимательно прошлась острым синим взглядом по каждой парте, но сама понимала, что ничего нового там не увидит.

И тут она посмотрела в сторону Себастьяна.

Он пристально смотрел на то место, где должна была сидеть его сестра, и Гвен ясно видела, как сильно опустились его густые брови. Они встретились взглядами. Беспокойство каждого подкрепилось подозрениями другого без слов. Мысль была одна и та же, её не нужно было произносить вслух, чтобы услышать.

Что-то случилось.

А потом Гвен увидела, как Себастьян дёрнул головой куда-то в сторону. И ещё раз, подкрепляя движение направлением взгляда. Девушка внимательно проследила за ним, ища в классе то, на что он мог указывать. Она снова пробежалась взглядом по этим же лицам, ища то самое место, куда указывал Сэллоу. И взгляд её упал на Кристофера Вандербума. Гвен внимательно осмотрела его лицо, не находя ничего примечательного, и уже хотела вновь обернуться на Себастьяна, изображая вопрос, как вдруг поняла.

Осознание током пробежало по всему её телу, заставив губы распахнуться в немом удивлении.

Место рядом с Кристофером тоже пустовало. А с ним всегда сидела Натти.

Стоило невероятно долгому и нервному уроку закончится, как трое друзей первыми оказались в коридоре, покинув класс чуть ли не на середине слов профессора о домашнем задании.

- Где они, во имя Мерлина? – кипя, проговорил Себастьян, стараясь говорить обычно, а не кричать.

- Пропустить урок... Слишком заметно. - задумался Оминис, - Ни Натти, ни Анна не сделали бы такого нарочно. А зная Натти...

- Если пропали они обе, я чувствую, дело дрянь. – серьёзно сказала Гвен, - Все мы помним, что Натти уже ввязывалась в переделки с гоблинами. И я не думаю, что даже после нашей ссоры её мнение о вмешательстве изменилось, буду честна.

- Ты думаешь, что она снова? И втянула Анну?! – сжал кулаки Сэллоу.

- Я не знаю наверняка, но предчувствие у меня именно такое. Очень похоже, что...

- Гвен. – неожиданно позвал её совсем не тот голос, который она ожидала услышать.

Гаррет Уизли подошёл к ним. И его лицо было совсем не таким задорным и беззаботным как обычно. От этого внутри девушки всё похолодело.

- Гаррет? – спросил Оминис, почувствовав незнакомое ему волнение в голосе одноклассника.

- Да. – кивнул рыжий, - Анна просила меня передать кое-что тебе, Гвен.

- Мне? Передать? – удивилась когтевранка.

Парень достал из кармана гриффиндорской мантии сложенный в несколько раз пергамент.

- Я не знаю, что там, но она дала мне со словами, что, если я начну волноваться за них с Натти, я должен отдать это тебе. Я тогда не понял, о чём она, но сейчас понимаю. – проговорил он необычно серьёзным для себя тоном.

- Ты знаешь, где она? – резко спросил Себастьян, развернувшись к нему так грозно, что Уизли вздрогнул.

- Нет. Я не знаю, но... Натти в последнее время часто говорила про гоблинов. – проговорил он, передавая пергамент девушке, - Я не предавал этому значения, но теперь мне кажется, что нужно было. Я вспомнил слухи о том, что вы с Натти выступили против Харлоу в прошлом году, и я подумал...

- Чёрт возьми, Натти... - практически простонала Гвен, проведя ладонью по своей щеке, - Спасибо, Гаррет.

- В общем, я просто надеюсь, что они в порядке. – вздохнул он, - Хорошо, что она оставила записку именно тебе. Никто не сможет выступить против гоблинов лучше тебя.

Он слегка попятился, отвёл беспокойный зелёный взгляд и пошёл прочь. Он был напряжён. Гаррет Уизли. Главный весельчак, которому всё было ни по чём всё время, что Гвен его знала, был напряжён. Это было тревожным знаком. Очень тревожным.

- Ну что там? – раздражённо спросил Себастьян.

- Да, сейчас. – девушка стала разворачивать записку.

- Вслух, пожалуйста. – сдавленно проговорил Оминис.

Шурша, она развернула пергамент, на помятой поверхности которого виднелся старательный и аккуратный почерк Анны Сэллоу.

- «Дорогая Гвен, - произнесла она вслух, от чего дыхание тут же перехватило, - я пишу тебе это, потому что Натти сказала, что гоблины хотят захватить станцию «Хогсмид». И предложила проверить. Не знаю, каким чудом она уговорила меня пойти с ней, но я согласилась. Так что, если ты это читаешь, значит что-то случилось. И нам скорее всего очень-очень нужна твоя помощь. Анна.»

- Мерлин... - выдохнул Оминис. Грудная клетка похолодела, словно внутри неё поднялась лютая стужа, до боли морозящая лёгкие.

- Вот дерьмо. – сказал Себастьян, схватившись за волосы, - Дерьмо-дерьмо-дерьмо...

- Натти. – проговорила Гвен негромко, - Какого дьявола... Она опять во что-то влезла, и действительно втянула в это Анну! – она крепко сжала кулак с запиской, с шорохом раздавив её в ладони, - Хорошо, что Анна догадалась оставить записку.

- Хорошо? – бросил обеспокоенный брат, - Что тут вообще хорошего?!

- Мы знаем, где начать. – внешне спокойно произнёс Оминис.

- А если они обе уже мертвы? Если Анна мертва? Что тогда? Чем эта чёртова записка нам поможет?!

- Себастьян...

- Ты сама видела, на что гоблины готовы пойти в этот раз. Сама понимаешь, что со школьниками они поступят так же жестоко, как с любым взрослым волшебником. – кипел он, - Чёрт бы побрал эту Натсай, зачем ты вообще доверилась ей в том году? Не поддерживай тогда ты её наклонности, ничего бы не...

- Себастьян! – громче сказала Гвен, сделав к нему шаг.

- Что?!

- Прекрати. – она прямо посмотрела своими пылающими гневом синими глазами в его не менее жаркие карие, - Мы сейчас же отправимся за ними и найдём их. Вытащим из той передряги, в которой они оказались, и приведём в школу назад. Ясно тебе?

Себастьян молчал, его скулы напряжённо двигались на его юном веснушестом лице. Гвен резко вытянула вперёд руку и сжала его ладонь. Но стоило их коже соприкоснуться, как движения её стали мягче и плавнее, а прикосновение стало каким-то тихим и спокойным, словно само по себе могло поглощать шум тревоги.

Он вскинул невольно смягчившийся взгляд на неё.

- Ясно? – тише спросила она, проведя большим пальцем руки по тыльной стороне его ладони.

- Да. – после недолгой паузы ответил он, - Я... я снова вспылил. Прости. – он стыдливо и серьёзно опустил карие глаза, - Извини, Гвен.

- Ничего. – тихо ответила она, - Прибереги гнев на потом, он тебе ещё пригодится.

Такая тиха решительность и пугающая ярость прозвенели в этих спокойных негромких словах, что Себастьян снова посмотрел на неё. В эти синие кипящие чувствами глаза.

И кивнул, крепко сжав её руку.

- Пошли.

- Я иду с вами. – твёрдо сказал Оминис, - Это не обсуждается.

Гвен и Себастьян посмотрели на него, и его вид выражал такой уровень решимости, что друзья и не подумали возражать ему. У него было своё право злиться. И своё право рискнуть, спасая её.