Глава 27. Истина ( 1 часть)

Спустя какое-то время в июне. После сдачи экзаменов.

— Профессор Трелони, — начал было Гарри, даже не переведя дыхания, — сказала мне только что...

Но, увидев наши лица, осекся на полуслове.

— Клювокрылу конец, — тихо произнес Рон.

— Смотри, что прислал Хагрид. - добавила Лили.

На сей раз послание не было залито слезами, пергамент сух, но рука лесничего тряслась так, что разобрать написанное было почти невозможно.

«Проиграл апелляцию. Казнь на закате. Вы ничего не можете сделать. Не приходите. Не хочу, чтобы вы это видели. Хагрид»

— Мы обязаны пойти, — немедленно решил Гарри.

— Нельзя допустить, чтобы он сидел и в одиночестве ждал палача! -Лили

— Да, но ведь на закате... — Рон уныло посмотрел в окно. — Нам ни за что не позволят... А уж про вас и речи нет.

Гарри уткнул подбородок в ладони и, подумав, сказал: — Вот если бы достать мантию–невидимку...

— А где она? — спросила Гермиона.

Гарри сказал ей где :

— в тоннеле под статуей одноглазой ведьмы.

— ... Так что если Снейп еще раз засечет меня где–то поблизости, неприятностей у меня будет!.. — заключил он.

— Это точно, — согласилась Гермиона, вставая. — Но это если он засечет тебя... А как этот горб открывается?

— Очень просто... — Гарри еще не понимал, к чему она клонит. — Стукнешь по нему волшебной палочкой и говоришь: «Диссендиум».

Но... Гермиона не стала дожидаться конца фразы. Пересекла быстрым шагом гостиную, толкнула портрет Полной Дамы и исчезла.

— Она что, за мантией? — удивился Рон.

Да, именно так она и поступила. Спустя четверть часа Гермиона вернулась; у нее под мантией было спрятано аккуратно сложенное серебристое одеяние. Рон был потрясен:

— Гермиона, что с тобой творится в последнее время? Ударила Малфоя, поскандалила с профессором Трелони...

Гермиона была явно польщена. После ужина друзья не вернулись вместе со всеми в башню, а поспешили в холл. Гарри сунул плащ под мантию и шел, прижав руки к животу чтобы прикрыть образовавшийся бугор.

Четвёрка прокралась в чулан, примыкавший к холлу, и затаилась, ожидая, когда холл опустеет. Вот донесся звук шагов, хлопнула дверь... Гермиона осторожно выглянула.

— Порядок, — шепнула она. — Никого. Надеваем мантию...

Тесно прижавшись друг к другу — не дай бог, кто увидит летящую в воздухе руку или ногу, — они миновали холл и по каменным ступеням спустились на лужайку.

Солнце уже коснулось Запретного леса, позолотив верхушки деревьев. Добравшись до хижины, друзья постучали в дверь.

Хагрид откликнулся не сразу. Наконец дверь отворилась, на порог вышел бледный и дрожащий лесничий и огляделся вокруг в поисках гостя.

— Это мы, — чуть слышно произнес Гарри, — под мантией–невидимкой. Впусти нас скорее, мы ее снимем...

— Эх, не следовало бы вам приходить, — вздохнул великан, но все же посторонился, и они оказались внутри.

Хагрид тут же захлопнул дверь, и Гарри сбросил мантию. Хагрид не рыдал, не бросился друзьям на шею, он просто выглядел совершенно потерянным, не знал, что делать, что говорить. Смотреть на его беспомощность было во сто крат тяжелее, Чем на потоки слез.

— Может, это... чаю хотите? — предложил он, но его громадные ручищи дрожали, и он никак не мог совладать с чайником.

— А где Клювокрыл? — нерешительно спросила Гермиона.

-Я... я вывел его в огород, — пробормотал Хагрид. Наливая в кувшин молоко, он половину пролил на стол: — Привязал его... там, на тыквенной грядке. Пусть он... это... в общем... посмотрит на деревья, вдохнет свежий воздух... перед тем, как...

Тут руки Хагрида затряслись так отчаянно, что кувшин выскользнул и осколки разлетелись по всему полу.

— Я сейчас все уберу, Хагрид. — Гермиона бросилась наводить порядок.

— Там, в шкафу, еще один есть. — Хагрид тяжело опустился на скамью, вытирая со лба рукавом пот.

Лили взглянула на Гарри , Гермиону и Рона, в ответных взглядах не было никакой надежды. Они сели рядом с Хагридом.

— Неужели никто ничего не может сделать? — Голос Гарри сорвался в крик — А Дамблдор...

— Он пытался, — ответил Хагрид. — Но против Комиссии нет... это... их ему не пересилить.

Он сказал им: Клювик не взбесился, но их там застращал этот... как его... А этот палач... как его... Макнейр... они с Малфоем... старые дружки... Но вроде все будет быстро... и сразу начисто... И я буду рядом... Хагрид шумно сглотнул.

Он обвел взглядом хижину, как будто искал хотя бы лучик надежды или утешения.

— Дамблдор хочет сам прийти... ну, то есть присутствовать на этом... этой... прислал сегодня утром письмо. Говорит, хочет быть со мной... в это время... Великий человек...

Гермиона, которая все еще искала в шкафу другой кувшин, сдавленно всхлипнула.

— Мы тоже останемся с тобой, Хагрид, — заговорила она, вернувшись к столу с найденным кувшином.

— Нет, — затряс лесничий косматой головой. — Вы вернетесь в замок. Я же... это... сказал: не надо вам видеть. Чтобы и духу вашего не было, потому ежели... ну, Фадж и Дамблдор вас застукают, тем более без разрешения — это для Гарри и Лили  совсем пропащее дело.

Гермиона разлила чай, пряча от Хагрида бегущие по лицу слезы. Взяв бутыль с молоком, чтобы плеснуть в кувшин, она неожиданно вскрикнула:

— Рон! Гляди! Это Короста!

— Что, что? — Рон непонимающе посмотрел на нее. Гермиона поднесла кувшин к столу, перевернула. Оттуда с возмущенным писком, из последних сил цепляясь за гладкий фарфор, вывалилась старина Короста.

— Короста... — растерянно произнес Рон. — Короста, что ты здесь делаешь?

Он схватил сопротивляющуюся крысу и вынес ее на свет. Выглядела она ужасно — еще больше исхудала, шерсть лезла клочьями, оставляя обширные плеши; в руках Рона она яростно извивалась, стараясь вырваться на свободу. —

Все в порядке, Коросточка, — уговаривал ее Рон. — Тут нет кошек. Никто тебя не тронет!

Хагрид внезапно вскочил, глаза устремились к окну. Его обычно багрово–красное лицо сделалось пергаментно–бледного цвета.

— Идут...

Лили, Гарри, Рон и Гермиона разом обернулись. Вдалеке по лестнице замка спускались несколько человек. Впереди шел Альбус Дамблдор, его серебряная борода сверкала в лучах заходящего солнца. Рядом семенил Корнелиус Фадж, за ними браво вышагивал палач Макнейр, позади всех тащился дряхлый представитель Комиссии по обезвреживанию.

— Уходите скорее, — сказал Хагрид. У него, казалось, дрожала каждая жилка.

— Не должны они вас тут видеть... идите... сей же миг...

Рон затолкал Коросту в карман, а Гермиона схватила мантию. Хагрид тяжко вздохнул: — Я вас выведу через черный ход...

Все пошли к двери, выходящей в огород позади дома. Лили испытывала  странное чувство нереальности происходящего, которое возросло еще больше, когда в нескольких ярдах от себя она увидела Клювокрыла, привязанного к дереву за грядкой с тыквами.

Гиппогриф, казалось, догадывался, что творится неладное: он поводил из стороны в сторону массивным клювом и беспокойно рыл землю когтями.

— Все в порядке, Клювик, все в порядке, — ласково обратился к нему Хагрид, потом повернулся к друзьям:

— Торопитесь, скорее... Но они были не в силах сдвинуться с места.

— Мы не уйдем... -Гермиона

— Мы им расскажем, как все было на самом деле... - Лили

— Они не посмеют убить его... -Гарри

— Идите! — взревел Хагрид. — Хватает бед и без ваших неприятностей!

Выбора не оставалось. Едва Гермиона накинула мантию на Лили с Гарри и Роном, у двери хижины послышались голоса. Хагрид взглянул на пустое место, где они только что исчезли из глаз.

— Бегите быстрее, — севшим голосом велел он. — Не слушайте...

И зашагал обратно в дом — в дверь уже стучали. Медленно, словно в дурном сне, друзья побрели вокруг избушки Хагрида, и только они обогнули хижину, передняя дверь с треском захлопнулась.

— Пожалуйста, пойдемте скорее, — прошептала Гермиона. — Я этого не выдержу, не смогу...

Пошли к замку вверх по склону лужайки; солнце быстро опускалось, все небо окрасилось в бледно–пурпурный цвет, но на западе еще пылал рубиново–красный отсвет. Рон остановился, как будто налетел на столб.

— Пожалуйста, Рон, — взмолилась Гермиона.

— Это Короста... Вырывается... Да сиди же ты...

Рон скрючился, стараясь удержать Коросту в кармане, но крыса словно обезумела — дико пища, она крутилась, билась, пытаясь укусить Рона за руки.

— Короста, это же я, Рон, дура ты эдакая, — ругал крысу мальчик.

Со стороны хижины донесся звук открывшейся двери и голоса людей...

— Рон, пожалуйста, идем, они уже вот–вот... — задыхаясь, просила Гермиона.

— Да, да, сейчас... Короста, сидеть!

Вся четвёрка бросилась бежать. Только бы не слышать голосов за спиной. Но Рон опять остановился.

— Не могу справиться! Заткнись, Короста, нас могут услышать!

Крыса визжала так, словно ее резали, но все же звуков в огороде Хагрида она, конечно, не могла заглушить.

Сначала мешанина мужских голосов, затем тишина, и вдруг неожиданно — то, что ни с чем не спутаешь — короткий свист и глухой удар топора. Гермиона пошатнулась.

— Не... не может быть! — почти беззвучно выдохнула она.

— Как они посмели...-Лили ***Шок был настолько силен, что Лили  на минуту показалось, будто рассудок покидает её; всех четверых ужас пригвоздил к месту, и они оцепенели, стоя под мантией.

Последние лучи заходящего солнца заливали землю кровавым светом, в полях залегли длинные черные тени. Внезапно до их слуха долетел дикий вой.

— Это Хагрид — прошептал Гарри.

Не раздумывая над тем, что делает, он повернул назад, но Лили и Рон с Гермионой схватили его за руки.

— Нельзя! — Рон был белее бумаги.

— Еще хуже ему сделаем, если узнают, что мы с ним виделись... -Лили

На Гермионе тоже лица не было.

— Как... они... могли? — ловя воздух ртом, спрашивала она. — Как они могли?

— Пойдем, — сказал Рон.

Зубы у него стучали. Они снова побрели к замку, стараясь двигаться как можно осторожнее. Быстро смеркалось, и к тому времени, когда друзья вышли на лужайку, свой плащ–невидимку на них набросила темнота.

— Короста, сиди спокойно, — приговаривал Рон вполголоса, придерживая нагрудный карман, — крыса неистово рвалась на волю.

Рону пришлось еще раз остановиться, чтобы запихнуть ее поглубже.

— Что с тобой, дурацкое ты животное? Сиди тихо! Ой! Она укусила меня!

— Рон, тише, — шикнула на него Гермиона. — Через минуту здесь будет Фадж...

— Ну не хочет она... сидеть в кармане... Короста явно обезумела от страха. Она как бешеная рвалась из рук Рона. — Да что с тобой?

И тут Лили  увидела: припадая к траве и зловеще мерцая во мраке желтыми глазами, к ним крался Живоглот. Как он здесь оказался? Учуял ли он их, услыхал ли писк Коросты, или каким-то образом увидел — этого Лили  сказать не могла.

— Глотик! — ужаснулась Гермиона. — Брысь! Пошел прочь! Но кот был уже совсем рядом.

— Короста! Стой! Поздно! Крыса вывернулась из стиснутых пальцев Рона, соскочила на землю и припустила во весь дух.

Великолепным прыжком Живоглот бросился за ней, и в тот же миг Рон, забыв о мантии–невидимке, тоже ринулся во тьму.

Мы переглянулись и со всех ног помчались следом. Но, закутавшись в одну мантию, далеко не убежишь — друзья скинули ее, и она теперь вилась за спиной как знамя. Впереди слышались топот Рона и его крики:

— Живоглот, пшел отсюда! Короста, ко мне! Возгласы сменил глухой звук падения. — Коросточка! Брысь, чертов кот!

Ребята едва не перелетели через Рона, затормозив перед самым его носом. Парень растянулся на земле, но крыса вновь была у него в кармане, и Рон обеими руками прижимал к себе съежившийся дрожащий комок.

— Рон, скорее лезь под мантию... — Гермиона тяжело дышала. — Дамблдор... Министр... Они через минуту возвращаются...

Но не успели друзья укрыться мантией, едва перевели дух, как послышались тяжелые шаги огромных мягких лап. Прямо на них из темноты скакал гигантский угольно–черный пес со светящимися белесыми глазами.

Гарри сунул руку под мантию за волшебной палочкой, но опоздал. Пёс повалил его , вслед за ним упала и сестра , пёс напрыгнул и на неё.

Толчок оказался столь сильный, что пес перекатился через Лили . Она  попыталась  встать; зверь рычал где–то совсем рядом, готовясь к новому нападению. Но Рон был уже на ногах и готов к бою. Пес снова ринулся на них, Рон изо всех сил оттолкнул Лили в сторону, и страшные челюсти, миновав подругу , сомкнулись на вытянутой руке Уизли.

Гарри бросился на зверя и обеими руками вцепился в мохнатую шкуру, но чудище стряхнуло его и унесло Рона с такой легкостью, словно тот был тряпичной куклой.

— Люмос! — с трудом выговорил он. Огонь на конце палочки высветил из темноты корявый ствол дерева — погоня за Коростой привела их прямо под сень Гремучей ивы, и ее ветви, скрипя, словно под сильным ветром, хлестали во все стороны. И там, у основания бугристого ствола, Гарри увидел черного пса; тот затаскивал Рона в широкий подземный провал меж корней. Рон отчаянно сопротивлялся, но его голова и полтуловища уже сползли в дыру.

— Рон! — закричал Гарри, кидаясь на подмогу, но здоровенная ветвь беспощадно просвистела в воздухе, и его опять отшвырнуло назад.

Теперь на поверхности осталась только нога Рона, которой он зацепился за корень, сопротивляясь собаке, тащившей его в подземелье; словно выстрел, прозвучал жуткий треск — нога сломалась и в ту же секунду пропала из виду.

— Гарри! — воскликнула Гермиона.— Бежим за помощью!

— Нет! Эта огромная тварь может сожрать Рона, помощь не поспеет!-Гарри

— Нам одним туда не пробраться...-Лили

Свистнула еще одна плеть, стараясь достать их, — тонкие ветви сплелись в узловатый кнут.

— Если смог пес, сможем и мы, — пропыхтел Гарри, забегая то с одной, то с другой стороны, ища путь между злобных, полосующих воздух веток, но не мог приблизиться к корням ни на шаг.

— На помощь, на помощь, — отчаянно шептала Гермиона, переступая с ноги на ногу. — Хоть кто–нибудь...

Откликнулся, как ни странно, Живоглот. Он по–змеиному скользнул между свирепых ветвей и передними лапами уперся в какой–то нарост на стволе Ивы. И дерево, будто окаменев, замерло — не шевелился ни один листик.

— Глотик! — ошарашено воскликнула Гермиона, до боли сжав руку Гарри.

— Как он мог это знать? - Лили

— Они с той собачкой друзья, — буркнул Гарри. — Я видел их вместе. Идем. Держите наготове волшебные палочки.

В считанные секунды они были у ствола Ивы. Живоглот первый нырнул внутрь, призывно махнув распушенным по–лисьи хвостом. Гарри поспешил за ним — пролез в нору головой вперед и по земляному накату соскользнул на пол низкого туннеля. Глотик поджидал неподалеку, его глаза сверкали в свете волшебной палочки Гарри. Еще мгновение — и рядом приземлились девочки

— Где Рон? — испуганно прошептала Гермиона

— Вперед! — позвал Гарри и, пригнувшись, бросился вслед за Живоглотом.

— Куда ведет этот туннель? — чуть слышно спросила Лили .

— Не знаю... Он отмечен на Карте Мародеров, но Фред с Джорджем говорили, что им никто никогда не пользовался. Он ведет за пределы Карты, но кончается, скорее всего, в Хогсмиде...

Они очень спешили, хотя двигаться пришлось чуть не на четвереньках. Впереди маячил пушистый хвост Живоглота, то исчезая, то вновь появляясь. Подземный ход все не кончался, и, казалось, он был ничуть не короче коридора, ведущего в «Сладкое королевство».

Но друзья не могли думать ни о чем, кроме Рона, и того, что исполинский пес может с ним сделать. Идти, сложившись вдвое, было тяжело, друзья начали задыхаться и каждый вдох отзывался болью. Но вот туннель пошел вверх, затем свернул, и Живоглот куда–то исчез.

Сбоку Лили увидела слабый свет, падающий из какой–то дыры. Они на мгновение замерли, переведя дух, подошли к ней, подняли волшебные палочки - и заглянули внутрь.

С той стороны оказалась комната — пыльная и разоренная. Обои клочьями свисали со стен, весь пол в грязи, мебель сломана, словно кто–то ее крушил, окна заколочены досками.

Гарри взглянул на сестру , вид у нее был изрядно напуганный, но она согласно кивнула.

Брат протиснулся в проем и огляделся. Комната была пуста, но справа виднелась открытая дверь, ведущая в полутемный коридор. Гермиона сжала руку Гарри, ее широко открытые глаза пробежали по забитым окнам.

— Гарри, по–моему мы в Визжащей хижине. - ели слышно произнесла Лили .

Ребята тоже огляделись , рядом стояло разбитое деревянное кресло на трех ножках и с выломанными подлокотниками.

Лили с сомнением покачала головой: — Это не привидения натворили.

Над головами у них послышался какой–то скрип — на втором этаже явно что–то происходило.

Друзья уставились в потолок, Гермиона с такой силой ухватилась за руку Гарри, что у него онемели пальцы. Обернувшись к ней, Гарри вопросительно поднял брови — Гермиона, соглашаясь, кивнула . Лили медленно последовала за ними .

Тихо вышли в прихожую и начали подниматься по шаткой лестнице. Все вокруг покрывал толстый слой пыли, но на полу виднелась широкая чистая полоса: видно, что–то тащили наверх, и совсем недавно. Поднялись на темную площадку.

— Нокс, — произнесли вместе как можно тише, и свет на концах палочек погас. Перед ними была единственная чуть приоткрытая дверь. Подкравшись, они услышали внутри какое–то движение, чей–то приглушенный стон и короткое басовитое мурлыканье. Друзья в последний раз обменялись взглядами и кивками.

Твердой рукой выставив перед собой волшебную палочку, Гарри ударом ноги широко распахнул дверь. На великолепной кровати с пыльным пологом на четырех столбах возлежал Живоглот. Увидев вошедших, он опять громко заурчал. А рядом с кроватью на полу, обхватив ладонями ногу, вывернутую под неестественным углом, сидел Рон. Лили, Гарри и Гермиона бросились к нему.

— Рон, как ты? - Лили — А где пес? -Гарри

— Это вообще не пес, Гарри, — выдохнул Рон, скрипя зубами от боли. — Это ловушка...

— Что? -друзья крикнули хором .

— Это он... Анимаг...

Взгляд Рона был устремлен поверх плеча друга. Все круто обернулись .

_________Какой–то человек, скрытый тенью, громко захлопнул дверь в комнату. Грива спутанных грязных волос свисала ниже плеч; не будь глаз, горевших в глубоких глазницах, его можно было бы принять за мертвеца — воскового цвета кожа так туго обтягивала кости лица, что оно походило на череп, желтые зубы оскалились в усмешке. Это был Сириус Блэк.

— Экспеллиармус! —каркнул он, направив на друзей волшебную палочку Рона.

Палочки Гарри, Лили и Гермионы вырвались из рук и, взмыв в воздух, оказались у Блэка.

Не сводя глаз с Гарри и Лили , он подошел ближе.

— Я так и знал, что вы придёте помочь другу. — Голос Блэка звучал неровно, надтреснуто, как будто он давно разучился говорить.

— Ваш отец сделал бы то же самое для меня... Храбрый ты парень, Гарри, да и ты, Лили, не побежали за преподавателями... Примите  мою признательность... это все упрощает...

Не размышляя, Гарри рванулся вперед, но его тут же оттащили три пары рук.

— Не надо, Гарри, — заплетающимся от ужаса языком прошептала Гермиона.

Рон же, поднявшийся на ноги несмотря на боль, повернулся к Блэку.

— Если ты хочешь убить Гарри, тебе придется убить и нас вместе с ним! — яростно крикнул он, побледнел еще больше и от слабости его шатнуло в сторону.

Что–то вспыхнуло в темных глазах Блэка.

— Ты лучше ляг, — спокойно сказал он. — А то еще больше повредишь ногу.

— Ты слышал? — спросил Рон нетвердым голосом. С силой вцепившись в плечо Гарри, он как–то сумел удержаться на ногах.

— Тебе придется убить всех четвёрых!

Усмешка Блэка стала шире.

— Только один умрет этой ночью...

— Это почему же? — Гарри рванулся из рук Лили, Рона и Гермионы.

— В прошлый раз тебя такие мелочи не волновали! Сколько ты тогда убил маглов, охотясь за Петтигрю? Что, подобрел в Азкабане?

— Гарри! — всхлипнула Гермиона.

— Остановись! - крикнула Лили уже придумывая план побега

— Он убил моих родителей! Он оставил тебя без мамы! — Гарри бешеным усилием освободился от хватки приятелей и кинулся на Блэка.

Он забыл о магии, забыл, что мал ростом, хрупок, что ему всего тринадцать, тогда как Блэк — высокий взрослый мужчина. Единственное, что он сознавал — он хочет причинить Блэку боль, какую только сможет, и ему в этот миг было все равно, какой силы удар он получит в ответ.

То ли ошеломленный нелепостью атаки, то ли еще по какой причине, но Блэк не воспользовался волшебной палочкой.

Одной рукой Гарри крепко схватил высохшее запястье Блэка, стараясь его обезоружить, а вторая рука, сжатая в кулак, врезалась костяшками во вражескую скулу и они оба отлетели к стене.

Гермиона пронзительно завизжала, Рон испустил боевой клич. Одна Лили пыталась сохранять спокойствие, что-то тут  было не так.

Полыхнула ослепительная вспышка — из волшебных палочек в руке Блэка хлестнула огненная струя, прошедшая в каком–то дюйме от лица Гарри.

На этом моменте Лили уже не выдержала. Она создала огненные шар и угрожающе направилась в сторону Блэка. Её не смущал тот факт, что Блэк- здоровенный мужчина. В глазах у неё плясали чёртики, она была готова защишать брата любой ценой!

Мальчик чувствовал, как жилистая рука выворачивается из его пальцев, но держался из последних сил, другой рукой люто молотя Блэка по всему, до чего мог достать. Но тут Блэк дотянулся до горла Гарри.

— Ну уж нет, — прошипел он. — Слишком долго я ждал... Костлявые пальцы сжимались, Гарри задыхался, очки съехали набок.

Лили не стала медлить, она подожгла подол  одежды Блэка , как бы давая предупреждение.

Краем глаза Гарри  увидел, как где–то рядом мелькнул файербол , и Блэк неожиданно отпустил его, вскрикнув от боли.

Гарри схватил палочку и повернулся.

— Отойдите! — скомандовал он Рону и Гермионе.

Им повторять дважды не требовалось. Гермиона, с кровоточащей губой, отдуваясь, отбежала прочь, не забыв, однако, по пути схватить палочки. Рон дополз до необъятной кровати и повалился на нее, придерживая сломанную ногу, — его лицо из просто бледного стало каким–то зеленоватым.

Блэк полулежал, прислонясь спиной к стене, его впалая грудь часто вздымалась и опускалась, глаза неотрывно следили за Гарри, который медленно подошел к нему и направил волшебную палочку Блэку прямо в сердце. Рядом стояла Лили с новым огненным шаром

— Что, дети, собираетесь  убить меня? — прохрипел тот.

Гарри остановился над врагом, палочка смотрела Блэку в грудь. Вокруг левого глаза беглеца расплывался багровый кровоподтек, из носа текла кровь.

— Ты убил моих родителей. Оставил Лили без мамы! Я обрёл сестру только год назад! — Голос Гарри чуть дрожал, но рука с волшебной палочкой оставалась твердой.

Блэк смотрел на нас  запавшими глазами.

— Я и не отрицаю, — почти шепотом сказал он. — Но если бы вы знали всю историю с начала до конца...

— Всю историю? — Ярость стучала у Гарри в висках.

— Ты продал их Волан–де–Морту — вот все, что нам  нужно знать!

— Вам придется выслушать меня. — Голос Блэка зазвучал настойчивее. — Вы пожалеете , если не... если не узнаете ...

— Я знаю гораздо больше, чем ты думаешь, — ответил Гарри, и его голос дрожал все сильнее. — Ты ведь никогда не слышал, что она тогда кричала? Наша мама... Волан–де–Морт хотел убить меня...мою сестру.. А она пыталась его остановить... Ты виноват во всем... И все из–за тебя...

В этот самый миг мимо Гарри метнулась рыжая молния, Живоглот прыгнул на Блэка и распластался у него на груди, заслонив его. Блэк моргнул, скосил на него глаза.

— Уйди, — буркнул он, стараясь отцепить кота.

Но кот крепко вцепился когтями в мантию Блэка. Повернув к Гарри странную курносую морду, он уставился на него желтыми глазищами. Глядя на кота, Гермиона судорожно вздохнула. Пальцы Гарри сильнее сдавили палочку. Что же, теперь убить заодно и кота? Он явно в сговоре с Блэком... Готов умереть, защищая его. Но Гарри какое дело до этого... Блэк хочет спасти кота, этот друг значит для него больше, чем родители Гарри...

Гарри поднял палочку. Надо действовать. Пробил наконец час отмщения. Он убьет Блэка. Должен убить. Ему выпал редкий случай... Секунды тянулись медленно. Гарри стоял с нацеленной палочкой, Блэк все смотрел на него, Живоглот прижимался к груди беглого узника. На кровати гневно сопел Рон, Гермиона затаила дыхание. Лили странно смотрела в сторону двери.

Вдруг внизу послышались шаги, там явно кто–то ходил.

— Мы здесь! — неожиданно крикнула Гермиона. — Здесь, наверху! С нами Сириус Блэк! Скорее!

Блэк испуганно дернулся, так что Живоглот едва удержался. Гарри крепче стиснул палочку. «Немедленно убей!» — загремело у него в мозгу, но на лестнице уже звучали шаги, а он все стоял, не в силах шевельнуться.

Дверь с грохотом распахнулась, Гарри стремительно обернулся. В потоке красных искр в комнату ворвался профессор Люпин — в лице ни кровинки, в поднятой руке волшебная палочка.

Его Горящий взгляд скользнул от Рона, лежавшего на кровати, к Гермионе, прижавшейся к стене, от нее — к Гарри, который замер с палочкой над Блэком, от него к своей крестнице уже с чёрными от гнева глазами , которая была в любой момент готова поджечь мужчину огненным шаром , и наконец остановился на самом Блэке, поверженном и окровавленном у ног Гарри.

— Экспеллиармус! — приказал Люпин. Волшебная палочка Гарри снова вылетела из его рук; та же участь постигла и три другие, что держала Гермиона.

Люпин проворно схватил их и прошел внутрь комнаты, не спуская глаз с Блэка. У того на груди по–прежнему сидел Живоглот.

-Агуаменти ! - он направил палочку в сторону крестницы и водой потушил её огненный шар

После этого Люпин заговорил необычным взволнованным голосом: — Где он, Сириус?

Лили подняла глаза на Люпина: что тот говорит? О ком?

Девочка снова посмотрел на Блэка. Лицо узника решительно ничего не выражало, минуту он лежал не шелохнувшись, потом очень медленно поднял руку и указал на Рона.

Лили  озадаченно оглядел пространство справа и слева от приятеля, который был тоже явно сбит с толку.

— Но тогда... — Люпин глядел на Блэка так пристально, словно пытался прочитать его мысли. — Почему он до сих пор не открыл себя? Разве что... — Глаза Люпина расширились, как будто он увидел позади Блэка нечто такое, чего не видел никто другой.

— Разве что это был он... Он, а не ты?.. Но ты не успел мне это сказать.

Блэк, не сводя с Люпина немигающего взгляда исподлобья, чуть приметно кивнул.

— Профессор Люпин, — не вытерпел Гарри, — что здесь... Закончить вопрос ему не удалось, он увидел такое, от чего слова застряли у него в горле.

Опустив волшебную палочку, Люпин подошел к Блэку взял за руку и помог встать — Живоглот при этом слетел на пол, — после чего по–братски обнял Блэка.

У Лили возникло ощущение, что её желудок куда–то провалился.

— Не может быть! — ахнула Лили.

Люпин отпустил Блэка и повернулся к ней.

Лили устремила  на Люпина дикий взгляд — Вы... ТЫ..

— Лили ...

— Римус ты  с ним...

— Лили , успокойся...

—  Как ТЫ мог ?! Ты мой крёстный! Ты предал меня , предал всех нас ! — взорвалась Лили .

— Лили, пожалуйста, выслушай меня! — гаркнул Люпин. — Я все сейчас объясню...

Девочку заколотила дрожь, но уже не от страха, а от злости.

— Я верила вам! — от волнения у неё срывался голос. — А вы все это время были его другом!

— Это не так! — возразил Люпин. — Я не был ему другом двенадцать лет... Но теперь стал им снова... Дай мне объяснить...

— Не верь ему! — надрывалась Гермиона. — Не верь,  Лили . Это он помогает Блэку проникать в замок, он тоже хочет тебя убить.  Убить Лили !

- О его планах я не знаю , мне известно лишь то , что Он оборотень!

Наступила звенящая тишина. Теперь все взоры были прикованы к Люпину. А он оставался на удивление спокоен, хотя и побледнел.

— Не все меряется обычной меркой, Лили. Ты угадала из трех раз всего один. Я не помогал Сириусу проникнуть в замок и, уж конечно, не желаю ни Гарри , ни тем более тебе смерти... — Непривычная судорога пробежала по его лицу.

— Но не буду спорить — я действительно оборотень..

Рон предпринял еще одну героическую попытку подняться, но, застонав, тут же повалился обратно.

Люпин с тревогой поспешил к нему, но тот лишь с отвращением отпрянул: «Отойди от меня, оборотень!» Лицо Люпина окаменело.

С видимым усилием он повернулся к крестнице и спросил:

— Давно ты узнала?

— Давно, — нехотя призналась та. — Когда писала реферат для отца .

- Отца ?! Что ты несёшь?! Джеймс погиб !- Сириус

— Он будет в восторге, — холодно заметил Люпин. — Снейп  и затеял этот реферат, потому что надеялся, кто–нибудь да сообразит, что означают симптомы моей болезни... Ты, наверное, проследила по лунному календарю, что я заболеваю всегда в полнолуние? Или обратила внимание на то, что, увидев меня, боггарт превращался в луну?

— И то и другое, — ответила Лили .

Люпин невесело засмеялся.

— Для своих лет ты исключительно умная колдунья.

— Вовсе я не умная, — гневно отозвалась та. — Была бы поумнее, я бы давно всем рассказала, кто вы такой!

— Да все и так знают. По крайней мере, преподаватели.

— Дамблдор пригласил вас преподавать, зная, что вы оборотень? — Рон задохнулся от изумления.

— Он что, с ума сошел?

— Многие именно так и думают, — кивнул Люпин. — Как только он ни убеждал преподавателей, что я не опасен!

— На этот раз он ошибся! — не выдержал Гарри. — Вы все время помогали ему! — Он указал на Блэка.

Но Блэк был явно чем то взволнован . Он подошло к Лили и схватил её за шею , прижимая к стене .

-Отвечай, твой отец-это же Джеймс Поттер?!

- Сириус, прошу отпусти её ! -Римус

- Отстаньте от моей сестры ! - сказал Гарри , тогда Блэк направил свою палочку на него

- Лили !!- Гермиона и Рон

- Ещё хоть один шаг , щенок ..- сказал он совсем не свойственно для себя . Но при этом всё сильнее сжимая шею девочки

- м-мм..мой отец..- хрипло произнесла она- Северус Снейп . Преподаватель зельеварения. - произнесла он уже с более твёрдой ноткой голоса

- Что ?! -Блэк

Лили метнула в него на этот раз шар воды, Блэк на минуту опешил и этого хватило , чтобы высвободиться из хватки мужчины

Лили встала на против него .

- Мой отец - Северус Снейп. Моя мать -Лили Поттер . Доволен ?!

- Но..как ? -ошарашенно спросил Блэк , смотря на Люпина

- Ты уже был а Азкабане, когда это выяснилось

- а я то думаю, почему она мне так напоминает Нюниуса . О Боже ..*тяжёлый вздох* Джеймс знал об этом ?

-Да, и считал Лили своей дочкой

Блэк подошел к кровати и сел, закрыв лицо трясущимися руками. Живоглот вспрыгнул на постель рядом и, мурлыча, уселся беглецу на колени. Рон, придерживая ногу, отодвинулся.

— Я не помогал Сириусу, — повторил Люпин, наконец обернувшись к остальным — И если вы дадите наконец мне возможность, я вам все объясню.

Определив, какая палочка кому принадлежит, он одну за другой бросил их хозяевам. Лили растерянно поймала свою.

— Ну вот. — Люпин засунул собственную палочку за пояс. — Вы вооружены, мы — нет. Теперь вы готовы слушать?

Четвёрка не знала , что и думать. Может быть, это военная хитрость?

— Если вы не помогаете ему, как вы узнали, что он здесь? — спросил Гарри,  с ненавистью глядя на Блэка.

— Помогла Карта, — ответил Люпин. — Карта Мародеров. Я проследил по ней у себя в кабинете...

— Вы знаете, как она действует? — усомнились Гарри и Лили в один голос

— Разумеется, знаю. — Люпин нетерпеливо взмахнул рукой. — Я ведь принимал участие в ее создании. Лунатик — это я. Меня так называли друзья еще в школе.

— Значит, это вы ее создатель... -Гермиона

— Сейчас важно другое. Я весь вечер не отрывал от нее глаз, поскольку догадывался, что вы четверо  непременно попытаетесь тайком выбраться из замка и навестить Хагрида до казни гиппогрифа. И я оказался прав, не так ли?

Он прошелся по комнате взад и вперед, поднимая пыль и поглядывая на друзей.

— Скорее всего, вы укрылись старой мантией твоего отца, Гарри...

— Откуда вы знаете про мантию? -Гарри

— Я много раз видел, как Джеймс исчезал с ее помощью. Фокус в том, что даже если вы скрыты мантией–невидимкой, на Карте Мародеров вас все равно видно. Я видел, как вы пересекли поле и вошли в хижину Хагрида. Через двадцать минут вы оттуда ушли и отправились обратно в замок. Но теперь с вами был еще кое–кто.

— Никого больше не было! — возразил Рон.

— Я не поверил своим глазам, — по–прежнему меряя комнату шагами и не обращая внимания на слова Рона, продолжал Люпин. — Решил, что в Карте, должно быть, произошел какой–то сбой. Как он мог оказаться с вами?

— Да не было с нами никого! -Гарри

— И тут я заметил еще одну точку. Она быстро приближалась к вам и была помечена именем Сириуса Блэка... Я видел, как вы столкнулись, наблюдал, как он затащил двоих под Гремучую иву...

— Одного из нас! — мрачно поправил его Рон.

— Нет, Рон. Двоих.

Люпин вдруг остановился, устремив взгляд на Рона.

— Не возражаешь, если я взгляну на твою крысу? — спросил он ровным голосом.

— Что? — на секунду Рон даже забыл о больной ноге. — При чем тут Короста?

— Очень даже при чем, — уверил его Люпин. — Пожалуйста, дай мне ее.

Поколебавшись, Рон сунул руку под мантию, и на свет показалась Короста — она дико металась, и мальчику пришлось крепко ухватить ее за длинный лысый хвост.

Живоглот на коленях у Блэка вскочил и протяжно мяукнул.

Люпин подошел к Рону. Казалось, он даже задержал дыхание — так внимательно рассматривал крысу.

— Ну что? — еще раз спросил Рон. Он с трудом удерживал ее, и ему было явно не по себе. — Причем здесь моя крыса?

— Это не крыса, — процедил сквозь зубы Сириус Блэк.

— Что вы такое говорите? Конечно, крыса. -Гермиона

— Нет, не крыса, — негромко подтвердил Люпин.

— Ты держишь за хвост волшебника. — По имени Питер Петтигрю, — добавил Блэк. — Он анимаг.Продолжение следует..