37 глава

Ника

– Ну что? Вспомнила? – поинтересовалась Вика, когда я хоть немного пришла в чувства.– Вспомнила, как ты дала мне свой кардиган, – устало пошевелили покусанными до крови губами. – Как вытащила меня из «Masa», спасая от оборотней. А теперь…– Спасая? Ну… в принципе да. Только не тебя, а себя.– Я не понимаю, что с тобой случилось, Вика?  Откуда в тебе столько злости? Ты ведь никогда не была такой?– Была. Просто раньше у меня не было повода тебе это показать. Видишь ли, сестричка, смерть наших родителей не только на тебе оставила шрамы. Разница лишь в том, что твои находятся на поверхности, а мои глубоко внутри. Видишь ли, Ника. Если бы тогда, в ресторане, они узнали что мы сестры, я бы тоже попала  под удар. А мне этого совсем не хотелось! Особенно тогда! Когда меня впервые за столько времени купил ни какой-то рядовой волк, а правая рука самого Берсерка! Нет, я, конечно же, понимала, что этот вечер должен стать для меня судьбоносным. Но даже не предполагала насколько! Всё-таки не каждый день тебя путают с сестрой, на которой запечатлилась настолько важная особа! Я ведь только когда услышала,что он перехватил меня в холле, чтобы не дать уйти из ресторана, поняла, что это была ты,– недовольно скривилась Вика, смотря на меня как на кучку помоев. – Ты хоть понимаешь, каким шоком это для меня стало? Узнать что это счастливый билет выпал именно тебе! Той, которая куда скорее перегрызёт себе глотку, чем станет женщиной оборотня! – снова плеснула на меня кислоту, на этот раз, заставляя закричать от боли. – Но тогда меня это не особо беспокоило. Какая разница, что я заняла твоё место? Ты бы и так, и так от него отказалась. Тогда-то я и начала задавать вопросы врачам, пытаясь всё переиграть. Надеялась, что запечалившись на одной из нас, он запечатлился на обоих сразу. Но, как оказалось, я лишь отзеркаливала на себя вашу с ним связь. А значит, факт оставался фактом. Именно ты была его настоящей парой, а я очень хорошей подделкой. Но так как ты бы в любом случае не пошла на то, чтобы быть его женщиной, я не стала лишать хотя бы одну из нас нормальной жизни. Самым сложным было выдержать его укус. Видишь ли, Ники, когда оборотень ставит метку на обычной женщине – это больно. Причём чудовищно! Но с помощью обездоливающего и релаксантов я и бровью не повела, когда он грыз меня, считая своей самкой. И сначала всё шло хорошо. Очень хорошо! Он хотел моё тело – я давала его ему. Хотел от меня ребёнка – родила. Но вот когда ему в голову взбрело обратить меня в волчицу, стало совсем не весело. Пока я была человеком, он не мог чувствовать меня, так как это положено у волков. А значит и обман мой раскрыть не сумел бы. В противном же случае даже представить страшно, чем именно всё могло закончиться, – снова плеснула кислотой, на этот раз уже заставляя упасть на пол не в силах выдерживать подобной агонии.Я знала, что чем дольше я остаюсь в живых, тем выше шанс, что Макс успеет меня найти, но с каждым следующим ожогом терпеть оказывалось всё сложнее и сложнее.Зачем она вообще всё это делает? Почему не может просто убить? Почему заставляет проходить через самый настоящий Ад?!– Следующие несколько месяцев, я откладывала своё обращение, рассказывая ему о том, что ты из себя представляешь. Обо всей твоей ненависти к волкам. О твоём диагнозе и том, сколько раз ты лежала в психбольнице. Надеялась, что после того как я сбегу, у него уже не будет другого варианта кроме меня. Была уверена, что Берсерк точно откажется от такой бракованной девки, пусть она хоть сто раз будет его истинной. А даже если и не откажешься, то ты так точно не станешь жить с ним под одной крышей. Вот только кто бы подумал, что моя целомудренная и такая правильная сестричка окажется, настолько слаба напередок, что уже за пару месяцев забудет обо всей своей ненависти к ликанам! – со всей силы пнула меня в живот, заставляя прокашляться. – А ты молодец. Хвалю. Дотерпела до самого конца. А ведь я так надеялась, что ты потеряешь сознание от болевого шока, позволяя отправить тебя на тот свет не став смотреть тебя в глаза. Но ты снова меня обыграла, Ники. Выходя победительницей даже после настолько сложного испытания. В любом случае пора умирать, сестричка, – направила на меня пистолет. – Передавай привет родителям.Перед глазами помутнело. Тело лихорадило от боли и кровопотери. И всё о чём я могла думать в этот безумно жестокий момент, так это о моём маленьком, лежащем в кроватке волчонке. И том, как же сильно я не хочу от него уходить! Не хочу оставлять одного! Не хочу, чтобы он плакал! Не хочу, чтобы хотя бы одна другая женщина прикасалась к моему сыну!«Я здесь! – мысленно прокричала Максвеллу, вкладывая в него всю свою волю. Всё свою силу и желание жить! – Я здесь, Максвелл! Я ЗДЕСЬ!»Ну уж нет! Так просто я не умру! Не от её руки! У меня ещё так много дел! Я должна вернуться домой! Должна вырастить своего сына!Должна увидеть его первые шаги! Сохранить первый выпавший зубик! Услышать первое слово!Хочу знать, каким оно будет!Папа или Мама? Или мой малыш отдаст предпочтение чему-то другому?Должна мазать ему зелёнкой сбитые коленки! Рассказывать сказки! Учить рисовать!Хочу посмотреть, каким мальчиком станет мой волчонок! Хочу быть рядом, когда он пойдёт в школу! Хочу радоваться вместе с ним, когда он принесёт первую пятёрку! И успокаивать, когда будет плакать из-за неудач!Хочу быть рядом, когда он влюбится! Пойдёт на свидание! Хочу видеть это своими собственными глазами, не упуская не единого момента!И именно поэтому я не могу сдаваться! Поэтому, я снова и снова буду кричать своему любимому мужчине, мысленно срывая связки:– Я ЗДЕСЬ! МАКСВЕЛЛ! Я ЗДЕСЬ!Ведь если кто и придёт за мной. Если кто и спасёт, то только ОН! Только ОН!– Прекрати орать, дура. Он никогда не найдёт тебя здесь. Легче просто лечь и сдохнуть, чем питать себя пустыми иллюзиями.Сама не знаю, откуда взялись силы пнуть Вику ногой, лишая её равновесия. Но как только она уронила пистолет, я нанесла её ещё один удар. Понятное дело, что бороться со связанными за спиной руками было практически невозможно, но я всё равно пиналась, задевая её ногами, стараясь как можно дольше удерживать подальше от оружия. Не знаю, где именно был Ромэн, но до техпор, пока он не приходил у меня появился реальный шанс на спасение.– Вот ведь тварь! Нужно было не сопли жевать, а сразу тебя прикончить! – никак не унималась сестра, отбиваясь, ползя к пистолету.– Прейди в себя! Сделаешь это, и Макс тебя не пожалеет! Ни тебя, ни Ромэна, ни вашего ребёнка! Он всё равно вас всех найдёт! И тогда у тебя уже не будет возможности спастись!– А это мы ещё посмотрим! – всё-таки дотянулась до рукоять.Горячие пули прошили меня насквозь, оставляя в ушах едкий звон, а в теле два пылающих отверстия.Вот так вот просто? Вика выстрелила в меня, ни на секунду не задумываясь. Не колеблясь и не сомневаясь.А ведь я до последнего верила что она не сможет. Что в решающий момент в ней проснётся хоть что-то мало-мальски напоминающее совесть.Наивная! Какая же я всё-таки наивная дура! Это уже давно не та Вика, с которой я делила все наши печали и радости. Не та женщина в которой осталась хоть капля сострадания к родному человеку.Ни рождение Куина, ни второй ребёнок, так и не смогли посеять в её сердце хотя бы каплю человечности! Жажда наживы выкарчовывала любое её проявление, превращая её в ещё большего монстра, чем обычные ликаны.Взбешенный звериный рёв разорвал пространство маленькой комнаты, когда я уже была на самом краю сознания. Огромная волчья фигура пробила деревянные двери, оставляя после себя лишь дыру и качающиеся на петлях ошмётки.И пусть до этого момента я ещё ни разу не видела Максвелла в облике зверя, сразу поняла, что это именно он! Разъяренный волк мчался на Вику, превращая в мусор всё, что оказывалось у него на пути.– Нет! – закричала, когда тот замахнулся массивной, когтистой лапой на перепуганную, вжимающуюся в стену Вику, собираясь разодрать её на куски. – Не трогай её! Она беременная!Остановившись, прежде чем обрушиться на неё когтями, тяжело дыша, распахнутой пастью, он посмотрел на меня широко раскрытыми, налитыми кровью, звериными глазами. И только когда осознал что время идет на секунды, отскочил от Вики, оплетая меня звериными лапами.Хотелось бы мне сказать:«Я знала, что ты придёшь! Знала, что не бросишь! Знала, что не позволишь причинить мне вред»Но сил хватило только на еле слышное:– Спа-сибо…