4 глава

– Прошу прощения за опоздание, – появилась на пороге девушка лет на десять старше меня. – Хозяин распорядился помочь вам принять ванную и переодеться. Если у вас есть какие-либо отдельные пожелания, говорите. Я всё выполню.– Я хочу есть. Очень, – к этому моменту пустой желудок практически прилип к позвоночнику, заставляя откинуть и страх, и стыд, и неловкость. – Могу я съесть что-нибудь, пока буду лежать в ванной? Только вегетарианское. Я не употребляю мяса.– Только мясо или всего животного?– Только мясо, – после случая с родителями, оно не вызывало у меня ничего общего с едой.– В таком случае я могу принести вам яичницу на тосте или шоколадные круассаны. Всё остальное придёт готовить как минимум полчаса.– Яичницу. И принесите мне её, пожалуйста, сразу.– Вы не должны обращатьсяко мне на «Вы», – улыбнулась девушка, стараясь скрыть, с каким интересом рассматривает меня. – Для вас я просто Анна или Аня. Называйте как удобнее.– А я Ника.– Да. Я знаю. Хозяин сказал, как к вам обращаться. Мне помочь вам раздеться сейчас или после возвращения?– Я ещё не настолько разбалована и разденусь сама, – отослала прислугу и сразу же прошла в ванную комнату, избавляясь от мокрых носков.Честно сказать, только с приходом Анны я поняла, что выгляжу куда хуже здешних горничных. Да и вообще вся эта безумная роскошь заставляла чувствовать себя не в своей тарелке.Не хватало ещё испытывать стыд перед горничной!Позавтракав прямиком в ванной, я ещё около часа не могла покинуть её, пока девушка выполняла приказ Берсерка, вымывая меня так, словно я несколько лет не принимала душа!– Скажи, пожалуйста, ты была знакома с моей сестрой до того как она ушла? – наконец-торешила поинтересоваться, когда Аня, закончила смывать шампунь.– Была. Но говорить мне о ней запрещено.– Запрещено? Почему?– Потому что после её ухода начался Ад, – сглотнула девушка, заматывая меня в полотенце. – Хозяин… – испуганно мотнула головой, вжимаясь в плечи. – Если бы не его сын, даже представить страшно что бы могло случиться… Только благодаря ему хозяин… остаётся человеком…«Он настолько сильно её любил? – слышать о том, что волк может страдать, было чем-то противоестественным. – Или же её уход задел его самолюбие?»Но почему она ушла? Что заставило Вику убежать без оглядки и от сына, и от Берсерка, и от всей этой роскоши? И почему она ни разу за это время не попыталась связаться со мной?– Ты знаешь…– Простите, – перебила меня девушка, окончательно и бесповоротно закрывая эту тему. – Но я итак уже сказала больше, чем следовало. Всё что касается госпожи Тейлор имеет право рассказывать только хозяин.– Понятно, – недовольно хмыкнула, кутаясь в безразмерный махровый халат.– Здесь всегда очень холодно, так что попытайтесь одеваться теплей. Особенно после душа.– Я уже заметила, – в огромном особняке было настолько свежо, что легко можно было заболеть. – И как только ваш хозяин не боится за здоровье ребёнка?– Ну, он же не простой ребёнок. Пусть Куин и маленький, а в его венах течёт кровь волка, которым не страшны никакие перепады температуры.– Как давно ты работаешь на Берсерка? – может хотя бы эта тема поможет мне приоткрыть завесу его личности.– С восемнадцати лет, фирма всегда отправляет нас работать после достижения совершеннолетия.– Фирма?– Так называется социальный проект для детей-сирот. Нас берут под опеку государства, содержат, обучают, а затем распределяют по профессиональным сферам. Девушек, чаще всего делают горничными, а парней рассматривают в зависимости от физических способностей.Так вот значит, куда бы мы с Викой попали, если бы нас не взяла под своё крыло бабушка?– Почему так рано? Восемнадцать совсем не тот возраст чтобы начинать работать?– Потому что это возраст сексуального согласия. Довольно часто горничных берут не только для ухода за домом и хозяевами, но и для их личного удовлетворения. За таких девушек будущий хозяин платит фирме в три раза больше чем за более взрослую прислугу.– Вот как, – сглотнула вязкую слюну. Значит, когда она сюда попала, её первым мужчиной стал Берсерк? Уверена, можно было спросить об этом напрямую, тем более что Аня совершенно этого не стыдилась. А у меня всё равно этот вопрос застрял как кость в горле. – Скажи, Берсерк это ведь не его настоящее имя. Я имею в виду не то, которое дали ему родители.– Да. Но если хозяин представился вам именно так, значит, не хочет другого обращения.– Обещаю, что не стану называть его по имени, но можешь сказать, хотя бы как его зовут?– Максвелл Грэм.– Максвелл… – повторила его имя пересохшими губами, и по телу мгновенно прошла волна жара, словно я произнесла что-то интимное и безумно пошлое.Сама не понимаю почему, но мне нравилось, как оно звучит. Сладко и тёрпко, заставляя судорожно покусывать губы.Поблагодарив Анну за помощь, я подошла к Викиной гардеробной, выбирая подходящую одежду. Только после этого осознав, что осталась без собственного белья. И как бы близки мы когда-то с сестрой ни были, но надевать её… казалось уже слишком! Тем более что ни одного комплекта с бирками я не нашла.– Прошу, прощения, – постучалась ко мне няня Куина, – Номне нужна ваша помощь.– Да-да, одну минуту, – спряталась за дверями гардеробной, поспешно натягивая первые попавшиеся джинсы и кашемировый свитер.Не хватало еще, что бы она нажаловалась Берсерку, что я увиливаю от своих прямых обязанностей. Уверена, стоит дать повод этой зверюге и от меня мокрого места не останется. Уж это я отчётливо прочла в его взгляде.– Всё. Я готова.– Тогда пройдите со мной. Пора вам уже познакомиться с сыном.Каждый раз, когда Куина называли моим сыном, становилось не по себе:– Можно не называть его так? По крайней мере, пока его отца нет рядом. Я ведь не его родная мать.– Если хозяин сказал что это ВАШ сын, значит он ВАШ, – произнесла таким суровым тоном, словно я нерадивая мамаша, которую силком приволокли выполнять её долг. – Простите, но я не имею права поступить иначе.– Понимаю. Знаете, я ведь до этого дня ни разу не имела дела с такими маленькими детьми и не имею никакого понятия, что делать и как себя вести.– Материнский инстинкт один из сильнейших, так что поверьте, как только вы возьмёте его на руки сами поймёте: что и как.– Надеюсь.