Часть 21

Лина

Я просыпаюсь и вижу, что Гриша растянулся поперек кровати: одна рука закрывает его лицо, а другая свисает с края кровати. Его футболка на мне – мокрая от пота, и я чувствую себя неприятно. Быстро поцеловав его в щеку, спешу в ванную.

Выхожу из душа, Гриша уже проснулся – как будто ждал меня. Он приподнимается на локте.

– Боюсь, меня исключат, – говорит он.

Меня поражает его интонация, но еще больше я поражена его признанием.

Сажусь на кровать рядом с ним, и он даже не пытается стащить с меня полотенце.

– Правда?

– Да. Я знаю, что это глупо… – начинает он.

– Нет, это не глупо. Любой бы боялся на твоем месте, и я тоже. Это нормально.

– Что я буду делать, если больше не смогу там учиться?

– Пойдешь в другой университет.

– Я хочу поехать домой, – говорит он, и от этих слов у меня разрывается сердце.

– Прошу, не уезжай, – тихо говорю я.

– Мне придется, Лина. У меня не хватит денег на учебу в универе, где ректором будет уже не мой отец.

– Мы что-нибудь придумаем.

– Нет, это ведь не твои проблемы.

– Мои. Если ты уедешь в Тюмень, мы никогда друг друга не увидим.

– Ты поедешь со мной, Лина. Я знаю, что тебе не хочется, но придется. Я не смогу опять быть далеко от тебя. Пожалуйста, поедем со мной.

Его слова так наполнены эмоциями, что у меня их и вовсе не остается.

– Гриша, все не так просто.

– Все как раз просто: ты найдешь точно такую же работу, как здесь, и может, даже с зарплатой побольше, переведешься в престижный университет.

– Гриш… – Я не отвожу взгляда от его обнаженной кожи.

Он вздыхает.

– Ты не обязана решать прямо сейчас.

Я едва не выпаливаю, что соберу вещи и поеду с ним в Тюмень, но все-таки молчу.

Я снова струсила и решила отложить новости о Москве на другой день. Я переворачиваюсь на бок, и он прижимает меня к себе.

Этим утром впервые за все время он уговорил меня забраться назад в постель, к нему. Успокоить и поддержать его для меня намного важнее всех остальных дел.

– Хозяин, может показаться придурком, но вообще он классный, – рассказывает мне Гриша, когда мы подходим к небольшому кирпичному зданию.

Гриша открывает мне дверь, и над головой звенит колокольчик. Мы заходим внутрь – Ира и Тема уже на месте. Ира сидит в кожаном кресле, а Тема рассматривает… эскизы тату?

– Что-то вы долго!

Когда мы с Гришей подходим к ней, Тема делает вид, будто хочет пнуть нас, но он хватает его за ботинок.

– Вижу, уже начинаешь всех доставать…

Он закатывает глаза и пытается подвести меня к Теме, но я отпускаю его руку и остаюсь рядом с Ирой.

– Ему и со мной неплохо, – говорит она ему, а он сердито смотрит на нее в ответ, но молчит.

Гриша и Тема стоят метрах в пяти от нас. Гриша берет еще одну черную папку, как у Темы, и начинает перелистывать страницы.

– Я тебя тут раньше не видел, – поднимает на меня взгляд парень, протирая кожу на животе Темы.

– Я здесь никогда и не была, – отвечаю я.

– Я Илья. Хозяин этого местечка.

– Приятно познакомиться. Я Лина.

– Собираешься что-нибудь себе набить? – с улыбкой спрашивает он.

– Нет, не собирается, – отвечает за меня Гриша, обнимая меня за талию.

– Она с тобой, Ляхов?

– Да, со мной.

Гриша притягивает меня еще ближе. Он явно делает это напоказ. Он сказал, что Илья кажется ему придурком, но я ничего такого не замечаю. Он довольно милый.

– Классно-классно. Тебе давно пора было найти себе девушку, – смеется Илья. Гриша слегка отпускает руку, но все равно не опускает меня. – Почему бы тогда не набить что-нибудь, приятель?

Слышится гул машинки для тату; я перевожу взгляд на Тему и с изумлением наблюдаю, как на коже его живота появляются линии. Илья вытирает лишние чернила салфеткой и продолжает.

– Может, и набью, – отвечает ему Гриша.

Я поднимаю глаза, и он ловит мой взгляд.

– Правда? Что ты хочешь сделать себе? – спрашиваю я.

– Пока не знаю, что-нибудь на спине.

Спина – практически единственная часть тела Гриши, на которой мало татуировок.

– Серьезно?

– Да. – Он упирается подбородком в мою голову.

– Если он все испортит из-за болтовни с вами, то платить будешь ты. – Тема смотрит на Гришу, и я смеюсь.

– Я ни хрена не собираюсь платить, – в один голос говорят Гриша и Илья.

К нам наконец подходит Ира – она берет стул и садится рядом с Темой, а затем берет его за руку. На коже Темы появился небольшой рисунок. Он и правда выбрал для него удачное место. Илья подает зеркало, чтобы Тема мог рассмотреть его получше.

– Кайф! – Он улыбается и возвращает зеркало Илье, а потом встает.

– Что ты собираешься себе сделать, Гриш? – тихо спрашиваю у него я.

– Написать твое имя.

Моя челюсть отваливается чуть ли не до пола, и я с изумлением отодвигаюсь от него назад.

– Тебе не нравится эта идея? – спрашивает он.

– Нет! Господи, нет, это… не знаю, это безумие, – шепчу я.

– Безумие? Не совсем. Это показывает, что я предан тебе и что мне не нужно надевать кольцо или вступать в брак, чтобы сохранить свою преданность.

Его голос звучит так ровно, и я уже не уверена, шутит он или нет. Как за три минуты мы успели перейти от веселых шуток к разговору о браке и преданности? С нами всегда так, поэтому, наверное, мне уже пора к этому привыкнуть.

– Готов, Гриша?

– Конечно. – Гриша отходит от меня и снимает футболку.

– Цитату? – Илья озвучивает мои мысли.

– Да, поперек спины вот эти слова: «Я не хочу расставаться с тобой с этого дня». Сделай сантиметра два в высоту, своим крутым фрихендом, – поясняет Гриша и поворачивается к Илье спиной.

– Гриша, можно тебя на минутку? – прошу я.

Он точно узнал о моих планах поехать в Москву и решил меня поддеть этой татуировкой. Он выбрал идеальную цитату, но жестокую своей иронией, учитывая, что я никак не могу рассказать ему о своем переезде.

– Нет, Лин, я хочу ее сделать, – говорит он, отмахиваясь от меня.

– Гриша, я правда думаю, что это не…

– Да ладно, Лина, это же не первое мое тату, – шутит он.

– Просто я…

– Если ты не замолчишь, я набью твое имя и номер социальной страховки на всю спину, – со смехом грозится он, но я чувствую, что он действительно пойдет на что угодно, лишь бы меня переспорить.

Я молчу и пытаюсь придумать, как это сказать. Надо сделать это прямо сейчас, прежде чем игла коснется его чистой кожи. Если я буду тянуть…

Раздается уже знакомый гул тату-машинки, и на спине Гриши появляются черные линии.

– А теперь иди сюда и держи меня за руку. – Он с ухмылкой протягивает мне ладонь.