21 часть

На следующий день Джису написала сообщение, что ушла на секс-выходные с Бульдозером, поэтому сама найдет меня в понедельник. У меня не было сил наставлять ее на путь истинный и предупреждать о нежелательных последствиях случайных связей, поэтому я ответила простым «Ок», а сама продолжила обильно смачивать подушку слезами. Мои слезные каналы снова заработали с тройным усердием, и в голову начала прокрадываться мысль, что мне придется покупать новую подушку.Вернувшись от Тэхена, я долго оттирала свою кожу под горячим душем. Мне казалось что я какая-то грязная и испорченная, и все только потому, что мой первый секс был в почти беспамятном состоянии с парнем, который мне даже как следует не нравился. События предыдущей ночи отрывками возвращались в воспоминания, позволяя хотя бы сделать вывод, что Тэхен не совсем скотина. Когда я сказала ему, что девственница, он пообещал позаботиться обо мне. И он не был груб, не вел себя, как подонок. Но это не смягчало того обстоятельства, что он воспользовался состоянием пьяной девушки. Я зарычала, вновь вспомнив все это. Мне хотелось частично стереть себе память.В понедельник я сидела за партой в самом конце класса, в ожидании начала занятия по философии. Моя голова была опущена, рука выводила витиеватые узоры в тетради, а спадающие по обеим сторонам лица волосы обеспечивали надежную защиту от лишнего внимания сокурсников. Я не хотела, чтобы кто-то видел мои опухшие глаза. Никакие утренние маски, приложенные огурцы и пакетики с чаем не помогли скрыть следов выходных, проведенных в слезах в обнимку с подушкой.Джису так и не появилась, но регулярно информировала меня о том, как проходят ее выходные.«У него действительно огромный, Джен!»«Кажется, я влюбилась. Это нормально: влюбиться в орган?»«Собеседник он так себе, но я к нему и не разговаривать приехала»«Джен, а может быть передозировка от секса?»«Боюсь, что у меня скоро будут там мозоли»«Подумываю сбежать от него, чтобы не умереть от секса»«Кажется, я слегка переборщила, но этот монстр обещал не трогать меня до завтра. Я еще на одну ночь остаюсь у него. Увидимся завтра на занятиях. хохо»

Аудитория гудела от голосов студентов, которые делились друг с другом событиями прошедших дней, а у меня в наушниках негромко играла музыка, пытаясь заглушить мою внутреннюю войну, и голоса сокурсников. Но крик, раздавшийся минутой позже, я бы, наверное услышала, даже если была бы в противошумных наушниках.– Дженни! На выход!Слегка закатив глаза, я подняла взгляд на Джису. Она стояла в дверях с встревоженным лицом. Во мне сразу поднялось волнение. Я подскочила со своими вещами и побежала вниз. Как только мы покинули аудитории, Джису отвела меня в сторону.– Джису, что случилось? – спросила я. Меня начало потряхивать от переживаний.– Чонгук.– Что с ним? Господи, да не молчи.– Он избил Тэхена до полусметри.– Что?Она кивнула.– Да. И декан отстранил его от футбола до конца учебного года, приказал посещать занятия с психологом по управлению гневом, и участвовать в общественных работах в университете.– А Тэхен?– Чонгук потрепал парня, но жить будет.– Он будет выдвигать обвинение?– Насколько я знаю, нет.– Откуда ты все это знаешь?– Утром Бульдозеру позвонил кто-то из команды и рассказал.– Господи, – выдохнула я. Я злилась и переживала одновременно. Злилась на себя за то, что мне должно было быть наплевать на Чонгука, но это был второй раз, когда он избил человека ради меня.– Еще ему приказано возместить ущерб, нанесенный имуществу братства, – продолжала Джису.– Но как он возместит? После ухода отца у них туго с деньгами. Может, я…– Даже не думай, – прервала Джису.– Но это все по моей вине. Я сказала ему в то утро…– Господи, Джен, да что бы ты не сказала, он не должен был избивать парня. То, что Чонгук не умеет держать себя в руках, это его проблема, не твоя.– Я должна увидеть его. Не знаешь, где он?– Наверное, собирает вещи, – ответила Джису, пожимая плечами.– Вещи? Зачем?– Ему также приказано покинуть дом братства, потому что он из него исключен.– О, боже, Джис, из-за меня у него проблемы, – простонала я.– У него проблемы, потому что кулаки постоянно чешутся. А ты лишь повод дать выход своей неконтролируемой агрессии.Скорее всего, Джису была права, но я все равно должна была увидеть его и поговорить. Возможно, мое участие могло облегчить его участь. Я быстро поцеловала подругу в щеку.– Спасибо, что рассказала. Я должна найти его, – быстро сказала я, и зашагала в сторону выхода из здания.– Дура! – крикнула Джису мне в спину.– Я знаю! – ответила я, не поворачиваясь.

Возле дома братства уже был идеальный порядок и я предположила, что наводил его виновник устроенного беспорядка. Я постучала в дверь и, переминаясь с ноги на ногу, ждала, пока мне откроют. До дома я практически бежала, чтобы поскорее увидеть Чонгука. Джису была права, выставляя мне диагноз. Я и правда была идиоткой, снова питая иллюзии о том, что Чонгуку была нужна моя поддержка. Я слабачка, и признавала это. Просто не могла оставаться в стороне, пока его разрывают на части из-за меня.Дверь открылась, и на пороге появился Кай. Прикрыв за собой дверь, он вышел на крыльцо, оттесняя меня дальше от входа. Он смотрел на меня, а на симпатичном лице играла кривоватая улыбка.– Дженни.– Привет. Кай, мне нужно увидеть Чонгука.– Уверена? Потому что из того, что я слышал, ты хреновенько влияешь на парня. Вон сколько радости ты ему приносишь.– Кай, – зло выдохнула я.Он тут же перестал улыбаться.– Идем присядем. – Кай указал на скамейку возле крыльца.– Я не хочу. Где Чонгук?– Я не отниму много времени. Идем.Кай начал спускаться с крыльца, а я бросила последний взгляд на входную дверь. Так было бы легко сейчас броситься вперед и влететь в дом. Но Каю было, что сказать мне, и я решила его выслушать. В конце концов, он хорошо сдружился с Чоном и, возможно, я могла узнать от него что-то новое о своем бывшем друге.Мы присели на скамейку, и Кай облокотился о крыльцо, вытянув длинные ноги.– Сейчас не самое лучшее время, чтобы разговаривать с ним.– Я хочу сказать ему, как мне жаль, что я стала причиной этих событий.– Джен, он большой мальчик, и самостоятельно делает выбор. Независимо от того, как поступила ты, у него была возможность избежать проблем. Поэтому, я думаю, что ему вполне логично назначили встречи с психологом. Ты сейчас ничем не поможешь. Наступил тот самый момент, когда надо дать Чонгуку пространство и возможность разобраться в себе.– Но я…– Дженни, позволь ему решить свои проблемы, и он придет к тебе сам.– Я только не могу понять, что с ним случилось. Кай, мы были так дружны в школе, а потом все внезапно полетело к чертям после того, как его отец изменил матери.– Да, я в курсе истории. И теперь он боится привязываться к людям, которых может полюбить. Или отталкивает тех, кого уже любит.Я резко подняла голову и посмотрела на него. Он был серьезен, и даже слегка кивнул в подтверждение своих слов.– Ты думаешь…– Я знаю, Дженни . Но тебе нужно дать ему время.Сердце заколотилось сильнее от осознания того, что, возможно, для нас еще не все потеряно. Бабочки в животе встрепенулись и закружили, разгоняя кровь. К щекам прилил румянец, кружа голову от желанных мыслей.– Тогда кто будет рядом с ним?– Я буду, не волнуйся. Мы все будем, потому что считаем, что Тэхен поступил неправильно, переспав с тобой.– Почему?Кай вздохнул, пропустив волосы через пальцы.– Чонгук прикончит меня, если узнает, что я тебе рассказал.– Пожалуйста, Кай, – попросила я. – Мне важно знать. Я не расскажу ему.– Чонгук предупредил всех парней, что ты принадлежишь ему. – Бабочки еще сильнее расправили крылья, разнося по кровеносным сосудам вожделенное «Ты принадлежишь ему». – Он устраивал потасовки со всеми, кто осмеливался флиртовать с тобой. Вспомни хотя бы нашу с тобой ситуацию. – Кай усмехнулся, вызвав ответную улыбку. – Это позже он узнал, что у меня есть своя особенная девочка. Но сначала он устроил мне хорошенькую взбучку. – Он снова стал серьезным. – Чонгук всем объявил, что не даст спуску любому, кто хотя бы начнет флиртовать с тобой. Можно было себе представить, что он может сделать с тем из членов братства, кто переспит с тобой. И Тэхен естественно прочувствовал на себе весь его гнев.– Боже, – выдохнула я, поставила локти на колени и зарылась руками в волосы. Чувство вины накрыло меня с головой. Я не должна была ему предаваться, но оно упрямо цеплялось за мысли и терзало мою душу.– Ты ни в чем не виновата, – как будто прочитав мои мысли, сказал Кай. – Чон сам выбрал этот путь.– Куда он теперь пойдет?– Мы будем вместе снимать квартиру на кампусе.– Но чем он будет оплачивать ее?– Он будет искать работу.– Чем я могу помочь ему сейчас?– Все, что ты можешь сделать для него, это оставить парня в покое. Ему надо прийти в себя.– И как долго я должна игнорировать его существование?– Как я уже сказал, он сам придет к тебе.– А если не придет? – с отчаянием в голосе спросила я, сверля взглядом газон перед собой.– Джен, я знаю, что это может даться тебе тяжело, но ты должна отпустить его. И постарайся сделать это сейчас, чтобы потом не разочароваться еще сильнее.– Ты бы отпустил?– Я уже отпустил, – пробормотал Кай.Я повернулась и посмотрела на него.– О чем ты?И снова на его лице появилась эта кривоватая ухмылка.– У меня тоже есть своя история дружбы, Джен.Я кивнула. Мне не нужно было объяснять или рассказывать его историю. Глядя на Кая, я могла сказать, что его история была не менее болезненной и сложной, чем наша с Чоном. Поблагодарив за разговор и попросив присмотреть за ним, я тепло обняла Кая, попрощалась и ушла. Второй раз за последние три дня я уходила от дома братства с тяжелым сердцем.Бросив последний взгляд на дом, я поплелась в общежитие. У меня оставалось на этот день еще одно занятие, но вряд ли я могла сосредоточиться на чем-нибудь, кроме сжигающей боли, что разъедала мои внутренности. Боль, смешанная с удовольствием от слов Кая о том, что Чон объявил меня своей перед всем братством. Обычно первокурсники не такие дерзкие, но Чонгук был особенным во всем. И теперь мне предстояло забыть обо всех его особенностях и о нем самом. Мне было нужно дать ему пространство и надеяться, что он все же найдет дорогу назад ко мне. И как бы ни было чертовски больно и даже где-то нелогично, я все равно собиралась дождаться этого момента.