Ночные посиделки

Николай берет Сигму за подбородок, поворачивая к себе. Сигма вздрагивает, его взгляд устремляется в гетерохромные глаза. Когда же к Сигме приходит осознание того, насколько он сейчас близко к Николаю — его щеки покрываются заметным розовым румянцем. Гоголь заметив это лишь хихикает и отстраняется от Сигмы, что сразу прикрывает лицо рукой. Сердце бьётся очень быстро. Внутри все словно переворачивается. — О чем задумался?Спрашивает Николай, смотря на Сигму.— Ну... Просто детство вспомнил..Отвечает сероглазый немного подавлено.— Расскажешь? Я же вижу, что что-то не так. Гоголь пододвигается ближе к Сигме, тем самым показывая, что готов выслушать младшего. Сигма замирает. Стоит ли довериться Николаю? По-сути, Сигма очень хотел бы кому-то высказаться, но в том же время, это очень тяжело для него. Вдруг Коля не так поймет или тоже отвернется от него. Сигма садится ближе к Николаю, решая всё-таки рассказать ему о себе чуть больше. — Можно я... Обниму тебя?..Сигма сам не ожидал от себя такого вопроса, он словно вырвался сам. Щеки сероглазого покрылись румянцем, выдавая смущение своего обладателя. — Можно. Отвечает Гоголь с лёгкой улыбкой на лице. Руки санитара неуверенно обвивают тело Николая. Он прижимается к чужой груди. Сигма обожал эти объятия. Только Гоголь мог видел такого Сигму. Без сомнений, Сигма доверяет Николаю. Как оказалось, Сигма рос в строгой семье, где его совсем не принимали. Говорили, что длинные волосы могут иметь только девочки. А на желание покрасить их — могли довольно жестоко наказать, под предлогом, что это вообще ненормально для парня. Семья Сигмы была строга во всем. Сам сероглазый относился к ней нейтрально. Для него люди в этой семье были, как чужие. Ненависти он к ним не питал вообще, просто что-то внутри не позволяло. Когда Сигма уезжал из дома своих родителей, он испытывал огромную радость. — И прям вообще никого не было, кто бы тебя ценил? Спрашивает Николай, легонько поглаживая сиреневые прядки волос. Покрасился. И видимо краситься до сих пор.— Я был в хороших отношениях со своей тетей. Но она умерла, когда мне было 15. Это, кстати, ее квартира. У нее не было своих детей, она говорила, что любит меня, как своего ребенка...Сигма утыкается в чужую грудь, тяжело вздыхая. — Тяжело... У меня обычная семья была, только слишком опекающая. Сигма поднимает взгляд на Николая.— Из-за гетерохромии.Отвечает на немой вопрос Сигмы Гоголь.

_____________________________Спасибо за прочтение. Возможно были допущены грамматические и пунктуационные ошибки, извините.Мой ТГК — https://t.me/My_World_Bsd_Telegram