Мама

Я проснулась от мягкого солнечного света, пробивавшегося сквозь шторы. Было тихо. Воздух пах чем-то родным — деревом, утренним хлебом и… Егором.Он лежал рядом, спал, обняв меня за талию. Его грудь чуть приподнималась, дыхание ровное, спокойное. Его рука крепко держала меня, будто даже во сне не хотел отпускать. Я прижалась ближе, улыбнулась и закрыла глаза на секунду — просто чтобы продлить этот момент.

Но вдруг…

— Егорушка! — раздался голос за дверью. — Завтрак готов! Вы спите, что ли?

Я резко распахнула глаза. Моё сердце замерло.

— Мам… да, спим! — прокричал он в ответ, даже не открывая глаз. — Через десять минут будем!

Я в панике села на кровати и прикрыла себя одеялом, хоть нас и никто не видел.— Господи… — прошептала я. — Она… слышала нас?

— Да ну, — пробормотал Егор, улыбаясь с закрытыми глазами. — Мы были тихо.

— Мы были *не тихо*, — прошептала я, краснея до ушей. — Ты сам меня чуть не разорвал…

Он рассмеялся, потянулся ко мне и поцеловал в плечо.

— Маша… ты слышала, как ты стонала? Да она подумала, что мы просто не выспались. Всё нормально.

— Не смешно! — я сжала подушку и попыталась встать с кровати, но он снова притянул меня к себе.

— Подожди, — прошептал он, поглаживая мою талию. — Мне ещё рано отпускать тебя. Я только проснулся с самой красивой девушкой на свете. Утро же.

Я закатила глаза, но внутри всё снова загорелось.

— Если твоя мама зайдёт, я просто испарюсь, — прошептала я, но осталась у него в объятиях ещё на пару минут. Он гладил мои волосы, касался губами виска.

— У тебя красные щёчки, Машуль, — прошептал он, смеясь. — Сразу видно — ночь была жаркой.

Я пихнула его подушкой, и он притворился, что падает на спину. А потом вдруг добавил:

— Кстати… папа точно всё понял. Он мне подмигнул, когда я сказал, что мы останемся в гостевой комнате.

Я закрыла лицо руками.

— Я не выйду отсюда никогда…

— Придётся, — сказал он, вставая с кровати. — Но сначала душ. Вместе?

Он протянул мне руку с самой наглой улыбкой на лице.