Глава 11

Мартин

Наверное, я схожу с ума. К чему бы не прикоснулся, все рушится. Целиком и полностью.Непутевый братец совсем попутал — он пропал неизвестно куда, а мне, конечно, приходится нервничать, как законченной няньке. До самых чертиков раздражает то, что он так безалаберно относится к своей жизни. Да и я далеко не ангелочек, но Байрон явно переходит все границы. Кажется, употребляет запрещенные вещества, хоть я и не хочу в это верить, предстоящее начало академического года его не волнует, одни девчонки на уме, однако... не только у него. Назойливые мысли не покидают мою голову, воздуха начинает не хватать. Сильно бью кулаком в стену, но не чувствую должной боли. Возможно, я уже не психиатр, а чертов псих, который сам не может справиться с собой, собственными проблемами и эмоциями. Еще раз ударяю стену, только сильнее. В подростком возрасте такие манипуляции помогали справиться со стрессом. Так может, сейчас помогут? Не открывая тяжелых глаз, чую запах крови. И еще один удар, последний. Наконец заставляю себя взглянуть на руку, и это зрелище не вызывает никаких эмоций. Абсолютно.Идиот.Подхожу к раковине, включаю кран и наблюдаю за слабой струей воды, смывала которая алую кровь и холодила кожу. Уверен, пару дней, и все заживет, словно ничего и не было. Если бы не отпуск, я бы сдержался, не совершил такую глупость, не позволил бы эмоциям завладеть собой. Обработав рану, я беру мобильник и звоню брату, но тот — чего и требовалось ожидать, — не берет трубку. Очутившись в лоджии, я закуриваю сигарету. Внезапно в голове всплывает образ Ники, такой маленькой и хрупкой... Девочка будто с небес спустилась, околдовала меня и исчезла. Давно я не чувствовал себя настолько дерьмово, вина застряла в горле и не давала дышать полной грудью. Если бы я знал... Если бы я знал, что ей девятнадцать. Да еще и тот поцелуй. Что мной руководило в тот злополучный момент? Готов был врезать самому себе, стоило мне отойти от нее. Испуганные и одновременно злющие глаза смотрели в мои, слегка дрожащие губы, шелковистые волосы, в которые я так мечтал запустить свои пальцы. Мне хотелось обнять ее и никогда больше не отпускать. Я и подумать не мог, что мы вскоре встретимся вновь, но это случилось.Одинокая девушка шла, судя по всему, к себе домой, обняв себя двумя руками, наверняка чтобы спрятаться от холода. Мне хотелось ее прижать к себе, укрыть от холода, просто вновь почувствовать ее опьяняющий запах, но понимал — так нельзя. Это неправильно. Боже, я точно об этом думаю?~~~Глубокая ночь, а мне в дверь пятый раз кто-то настойчиво и назойливо стучит, и этому человеку явно плевать, что сейчас три часа ночи. Скидываю с себя одеяло и протираю глаза. Что за придурок решил побеспокоить меня в столь поздний час? Подхожу к двери и смотрю в глазок, но ничего не вижу из-за мрачной темноты.Стук повторяется, и я со психу открываю дверь и вижу пьяного брата — он был в своем самом нетрезвом состоянии. Под глазом красовался синий фингал. Но что меня еще больше удивило — Байрон был в одних трусах Calvin Klein.— Господи, ты определенно идиот! — цежу я сквозь зубы. Схватил его под мышки и понес на диван. Безжалостно кидаю почти неживого брата, а затем сам присаживаюсь на кровать напротив.— Давай без нотаций, прошу! — причитал он, схватившись за голову. — Я пить хочу!— Щас я тебе принесу, попьешь.Налив почти полный стакан, я подхожу к брату и выливаю на него всю воду. — Ты идиот?! — мгновенно протрезвев, в гневе выкрикивает он.— Слушай меня, Байрон, мы с тобой сколько раз обсуждали эту тему, а? Сколько раз мусолили эту тему, а ты, похоже, до сих пор ничего не понял? Быть может, тебе как в тот раз стукнуть по морде? Бросай это дерьмо, возьмись за учебу, за ум. А если ты и в этот раз не поймешь, то мне придется лишить тебя карманных денег.— Ладно, прости, бро. Реально виноват, признаю, — прохрипел он тихо.— Еще раз, Байрон, такое повторится, то пеняй на себя. Я не твоя мать, которая будет прощать твои никчемные поступки и вестись на твои глупые оправдания.— Да понял я, все будет нормально, вот увидишь! Возьмусь за учебу, брошу... — запинается он. — Брошу пить. Так что, Мартин, в самое ближайшее время ты увидишь изменения в моем поведении.— Я очень на это надеюсь, — с надеждой отзываюсь я.Накрываю брата одеялом и сам ложусь на еще теплую кровать. Закрываю глаза, но Картер нарушает молчание:— Знаешь, меня порой так выводит одна тварь, и именно из-за нее, наверное, я себя так веду. — Брат неожиданно рассмеялся. — Эта мразь все хочет у меня отнять, а если быть точнее, самое дорогое... Я хочу, чтобы ее жизнь покатилась к чертям собачим, понимаешь, Мартин? Хочу, чтобы эта сука страдала. Я напрягаюсь — никогда не слышал от собственного брата подобного. Голос был буквально пропитан ненавистью.— Ты про кого? — грубо спрашиваю я.— Про Нику. — Оставь эту Нику в покое, вот такой я тебя дам совет. Пусть живет своей жизнью, а ты, собственно, своей.— Не могу! Эта дура не выходит из моей головы! А знаешь почему? Потому что вытворяет за моей спиной такие вещи, которые я просто не могу игнорировать!— Байрон, вы давно не общаетесь, и она в праве делать то, что ей вообще вздумается. Прими это и начни жить своей жизнью, — пытаюсь вразумить его я. Хотя кажется, что это сделать невозможно.— Нет, Мартин. Либо эта дура будет просить у меня прощения, либо его ущербная жизнь покатится к чертям собачим, — почти шипит он, а его шипение словно змеиное, пропитанное ненавистью к девушке.Родной брат на данный момент кажется диким животным. Не так его воспитывали. В детстве маленький Картер был хорошим и прилежным ребенком, который никогда не поднимал руку на девчонок, не повышал голоса на старших, но что-то его сломало, и я даже догадываюсь что именно. То, что сломало меня, сломано и его.— Не думал, что ты настолько гнилой, Байрон. Повторюсь, оставь девчонку в покое.Тот цокнул языком, переворачиваясь на другой бок. — Ты меня понял?— Да понял я, защитничек женского пола!~~~Мой старый приятель Давид, осматриваясь по сторонам, входит в ресторан и, направляясь ко мне вальяжной походкой, весело подмигивает. Черноглазый крашенный блондин с широкими плечами. Мы с ним учились вместе в школе, но в параллельных классах. Я — тихий парнишка, привыкший к одиночеству и жестоким подросткам, Давид — лицемерный хулиган, которому плевать на всех и на все, кроме самого себя. Познакомились мы в туалете, как бы это не было странно. Давид курил травку, пялясь в окно — он не ожидал, что во время урока кто-то захочет в туалет и побеспокоит его величество. Когда я скрипнул дверью, парень выкинул окурок в окно. Конечно, моя «проделка» не осталась безнаказанной — школьник оставил мне несколько синяков и слился. А через несколько дней хулиган первый подошел и извинился, якобы я потревожил его в столь нервный день. С того дня мы стали дружить, если, конечно, это можно назвать дружбой. Я делал за него домашнее задание, Давид делился со мной травкой. Друг садится на диванчик и одновременно поправляет свой идеально выглаженный воротник.— Здравствуй, приятель. — Он оголяет свои белые зубы, сложив руки в замок.— И тебе привет. Давид, давай перейдем сразу к делу? В общем, я хочу попросить у тебя одолжить мне денег. — Я отпиваю глоток вкусного вина. Он щурится и забирает мой бокал. Делает большой глоток, затем выплевывает обратно. Прямо в стакан.— Что за мразь? — имеет в виду вино. — Картер, зачем тебе? Не уж-то психушка надоела? — Не надоела, просто я в отпуске, с деньгами проблемы временные. Надо учебу Байрону оплатить.— Без проблем, дружок. Можешь даже не возвращать. — Кажется, для него деньги — это абсолютно ничего.Пока мы болтали с другом на нейтральные темы, не успели заметить, как около нас вдруг оказались три девушки. Яркий макияж, дорогие платья и жутко приторный аромат. А вот и они — любительницы легких денег. Одна из них, не долго думая, плюхается на колени к Давиду. Девушка с зелеными волосами что-то шепчет другу, а потом переводит взгляд на своих подружек.— Я Агата! — представляется она, снова поворачиваясь к Давиду. Я растерянно посмотрел в черные глаза друга. Но ему, судя по всему, все нравилось, да еще как. Он бесстыдно лапал девушку, а она же тихо хихикала в свой кулачок. Ее подружки присаживаются рядом со мной, с двух сторон, и мой комфорт в эту же секунду меня покидает. — А это мои девочки! Шикарная блондинка Виола, а рыженькая Джил! А вас как зовут, молодые люди?— Думаю, мне пора, — резко оживляюсь я, вставая с дивана.— Шутишь? Ты только посмотри, кто решил составить нам компанию. — Давид слегка склонился ко мне и прошептал: — Бро, ты многое упускаешь, оставайся. Джил схватила меня за локоть и потянула на себя.— Не парься, парень, — подала голос Виола и похлопала меня по спине.— Вот именно, Мартин, девочка дело говорит! — замечает мой друг и весело продолжает: — Как вы уже поняли, этот задира Мартин, мой старый приятель. А я Давид, можно просто Дэв. Девушки в один голос рассмеялись, и, словно сговорившись, похлопали в ладоши. Зачем? Непонятно.— Дэв? Только что придумал? — иронизирую я. Он ехидно мне улыбается. — Нет, дорогой Мартин. Полагаю, нам всем тут нужно расслабиться, — определяет он. Ловит официанта и, подозвав его, просит: — Принеси нам нормального вина, пожалуйста.