Глава 1

По нашим венам льётся ток.

И души постепенно гаснут.

А наши чувства точно яд.

Нам совершенно неподвластны.

******

У каждого человека свои звезды. Одним — тем, кто странствует, они указывают путь.

Для других это просто огоньки.

6 лет назад:

У каждого есть секреты. У каждого свои скелеты в шкафу. Это можно понять, просто посмотрев человеку в глаза. Я каждый день смотрела своей матери в глаза и ожидала, когда она мне всё расскажет. День изо дня становилось всё тяжелее, это было мучительно видеть, как твой близкий человек погибает у тебя на глазах и не иметь возможности помочь. Безысходность просто разрушала меня.

— Все люди кричат, когда падают, — низкий голос раздаётся прямо рядом со мной. Я покачала головой, чтобы избавиться от навязчивых мыслей. Встретившись взглядом с мальчиком, который смотрит на меня снизу вверх. Я крепче сжимаю деревянный турник руками, моё дыхание становится прерывистым. Я внимательно рассматриваю детей, которые также как и я висят на проклятом турнике и даже не шевелятся, а я чувствую, что вот-вот упаду. Тогда и проверю его теорию.

Повернув голову в его сторону, я краем глазом заметила, что он не сводит с меня пристального взгляда. Должно быть, отсчитывает секунды до моего падения. Мне не хотелось смотреть на остальных, потому что когда я смотрела на всех, то стены комнаты будто грозились сузиться. В один момент мои руки соскальзывают, и я приземляюсь на мягкий пол, больно ударившись коленками. Позади слышаться смешки, люди любят радоваться чужим неудачам, но никогда не радуются чужими успехами.

—Ты молодец, — раздаётся голос прямо над моим ухом, и я замечаю, как мальчик садится рядом со мной, наплевав на взгляды других. Несмотря на что я вижу его впервые, он со мной общается, словно мы знакомы несколько лет.

—Твоя теория не работает, — сделав глубокий вдох, отвечаю я.

— Теория? — нахмурившись, спрашивает он, и я задерживаю взгляд на его тёмных глазах. Они похожи на бездну.

— Люди не всегда кричат, когда падают.

— Они кричат, когда им становится страшно, тебе не было, — его губы слегка расплылись в искренней улыбке, и мне показалось это всё иллюзией. — Тебе всё равно, что подумают другие.

Поднявшись с пола, я последний раз взглянула на него, и отступила на несколько шагов назад.

— Да мне всё равно, что подумают люди, — краем глазом наблюдая за девочками, которые осуждающее смотрели на меня, ответила я. Не дав возможности ему что-либо сказать, направилась к выходу.

— Мне тоже, — это было последнее, что я услышала перед тем, как за мной захлопнулась дверь.

***

По телу пробежала дрожь, когда я увидела, как по полу разбросана таблетки, это были мамины препараты, которые она употребляла каждый день. Внутри у меня всё сжималось в тугой узел, когда я видела их количество. И самое страшное было то, что они не помогали. Вокруг её глаз были синяки от болезни, она буквально убивала её не по дням, а по часам.

— Ты не забыла, что сегодня мы ужинаем с новыми соседями? — уставшим голосом спросила она. Покачав головой, я неотрывно смотрела в тетрадь, прекрасно понимая, что я забыла. Каждый раз, когда рядом с нашим домом селились новые соседи, моя мать не упускала возможность с ними познакомиться. Она была общительной, а я нет.

— Ты же понимаешь, что должна быть дружелюбной? — вновь задёт вопрос, отвлекая меня от мыслей.

— Почему нельзя быть собой?

— Эмили!

—Хорошо ради тебя я постараюсь, — прикрыв глаза, сказала я, и моя мать немного расслабилась. Я старалась, чтобы по моему тону, она поняла, что со мной всё в порядке. Но в тоже время внутри я истекала кровью при виде её опустошённого взгляда.

Громкий стук в дверь прервал мои размышления.

— Твой шанс, — тихо произнесла моя мать, указав рукой на дверь.— Постарайся быть с ними дружелюбной.

К входной двери я не торопилась, но всё же открыла.

На пороге стоял тот самый мальчик, и я только сейчас поняла что гораздо выше меня и старше на год или даже два. В его глазах словно загорелся огонёк, и я поняла, что он знал. Он знал, что живёт напротив меня. В этот раз я смогла его рассмотреть получше: футболка обтягивала его тело, через которую просвечивались еле заметные мышцы, а джинсы сидели низко на бёдрах. Рядом с ним стояла совсем молодая женщина и приветливо улыбалась.

— Ты должно быть дочь Мелиссы, — произнесла женщина, не сводя с меня оценивающего взгляда. Несмотря на то, что она была молода, в её движениях была некая грациозность.

— А вы должно быть миссис Скотт, — я сложила руки на груди, и она кивнула проходя в дом.

— Где твоя мама? — осматриваясь, спрашивает она. Мне пришлось улыбнуться, когда из — за угла вышла моя мама, и в её глазах светились огоньки радости. Она выглядела так словно ничего с ней не происходило. Всё боль она старательно спрятала и даже я не увидела у неё синяком под глазами из-за большого количества косметике. Можно сделать лишь один вывод: ей важно мнение этих людей.

— Я знал, что мы ещё встретимся, — раздался голос за моей спиной, когда моя мать и миссис Скот скрылись на кухне. — Когда мы переехали сюда, я каждый день видел тебя из окна, не было возможности с тобой пообщаться.

Он сделал несколько шагов ко мне, и я снова невольно заглянула в его глаза.

— Ты боишься меня?

— Боюсь что ты псих, — произнесла я, скрестив руки на груди.

Он скептически посмотрел на меня, и на его губах появилась улыбка. Даже не успела отреагировать, как он оказался слишком близко ко мне, и я с удивлением отметила, что все черты складываются в приятное лицо. Он был довольно симпатичным

— Тебе и правда стоит боятся, Эмили, — после этих слов он спокойно обошёл меня, оставив наедине меня с моим мыслями. Откуда он узнал моё имя? Возможно, он нашёл меня в социальных сетях, но не захотел добавляться в друзья. Это всё неважно, поскольку я не знаю, как его зовут. Это стало моей некой целью на ближайший вечер.

Узнать его имя.

                                                                                           ******

В комнате повисла нагнетающая тишина. За окном видны кроны деревьев, которые с усилением ветра ударяются об стёкла. Я стараюсь смотреть куда угодно лишь бы не на него. Моё сердце учащённо бьётся, когда миссис Скотт, начинает рассказывать какой он молодец. Меня это раздражает.

—Любит математику, — говорит женщина, улыбаясь, переводит взгляд на меня — Не представляю, как можно считать огромные числа в голове. Один раз он мне рассказал всё про бесконечность.

—Знак бесконечности? — нахмурившись, спросила я. Это всё казалось мне безумным, разве про бесконечность можно что—то рассказать?

Она кивнула, и больше не стала ничего рассказывать, поскольку он грозно на неё посмотрел.

Больше мы не говорили. Просто смотрели по сторонам, пытаясь скрыть это неловкое молчание. В один момент я встала со стула, понимая, что моя мать злиться на меня.

— Мне нужно заниматься, — твёрдо произнесла, и не глядя, направилась в свою комнату. Уже предвкушаю сегодня, как она будет отчитывать меня.

Моя комната располагалась на втором этаже, где было всегда тихо, здесь я могла всегда уединиться. Иногда полезно оставаться в одиночестве. Беззвучно захожу в свою комнату и закрываю дверь. Тихий скрип половиц разрезает тишину и я, вздрогнув, включаю свет в комнате. Почему-то в темноте я всегда представляю его глаза, и они чёрные как бездна. Балконная дверь ударяется об стену и -за сильного ветра. И вмиг преодолев расстояние комнаты, я выхожу на свежий воздух. Холод сразу проникает под одежду, и пробирается до костей. Гроза успокаивается, тучи рассеиваются и открывают вид на звёзды. Несмотря на то, что крыша мокрая и скользкая мне удаётся на неё залезть, поскольку отсюда их лучше видно. Это млечный путь. Обычно на звёзды любят смотреть влюблённые пары, но мне и одной хорошо. Зачем мне кто-то ещё?

— Решила спрыгнуть? — раздаётся его низкий голос, и он тут же оказывается рядом со мной. Я игнорирую его вопрос и, подавив дрожь в теле, задаю давно мучающий меня вопрос:

— Как тебя зовут?

Повернув голову в его сторону, я заметила, что выражение его лица стало совершенно непроницаемым.

Внезапно мои руки соскальзывают с мокрой поверхности и перед глазами всё темнеет. Я почувствовала, как он вцепился в мою руку не давая упасть.

— Всему своё время принцесса, — его голос до сих пор звучит мягко. Он первый человек, который находится так близко от меня. Всего каких-то пару дюймов, я буквально чувствую его дыхание.

Больше не сказав не слова, он отпускает мою руку и одним рывком спрыгивает с крыши. А я остаюсь, чувствуя как кожа горит после его прикосновений. Возвращаюсь в комнату лишь, когда тучи вновь заслонили звёзды. На мокром стекле написано слово, которое мне удается прочитать не с первого раза, поскольку капли дождя наполовину смысли его.

Джейсон.

Его имя.

Видимо он написал его, пока я была на крыше. Тогда я ещё не думала, что мы будем друзьями. Тогда я не думала, что этот человек станет для меня целой вселенной. Но наша дружба началась с того момента, когда он не дал мне упасть.

Дружба, которая стала самой большой ошибкой в моей жизни.