Защита настоящего важнее всего на свете

Жизнь на Восточном Побережье имела свои плюсы. К примеру, тут было много зон отдыха, несмотря на то, что Нью-Йорк считается одним из самых шумных городов. И одним из моих любимых мест был Coney Island зимой. Это объяснялось тремя причинами:

- пляж оставался пляжем. Он сохранял этот особенный морской запах, который проветривает сознание не хуже мощного кондиционера;

- на территории пляжа находился Луна-парк, который закрывался зимой. Это странно звучит, но мне нравилось смотреть на чертово кольцо в сумерках. В этом было нечто захватывающее и уютное одновременно;

- пляж был на территории Бруклина, а значит не нужно было выезжать из Нью-Йорка. Я привык к своему городу, где все были слишком заняты своими делами, чтобы всматриваться в других людей. В других американских городах (особенно в Лос-Анджелесе) меня начинали узнавать, поэтому собиралась небольшая толпа.

Мы с Розэ после школы сразу отправились на пляж. Она уселась в мою машину под удивленные взгляды некоторых учеников. Кажется, наше общение перестало быть таким уж большим секретом. В этом был плюс – вдруг кто-нибудь запостит фотографию в интернет. И тогда это бы стало довольно сенсационной новостью, чтобы Мина смогла прочитать. Странное дело, но мне впервые в жизни хотелось увидеть свою фотографию, которая была бы сделана без моего предварительного согласия.

- Твоя машина слишком выделяется – проворчала Розэ, забираясь в машину. – Ты никогда не подумывал о покупке минивэна?

- Нет, потому что к сожалению не являюсь женщиной с тремя детьми...

- О! Ты мечтаешь стать женщиной? Теперь я знаю, что даже у таких звезд есть странные мечты – рассмеялась Розэ.

Я не смог сдержать смешка из-за заразительного хихиканья Пак, пока выезжал из школьной парковки. Она умела передавать мне свое игривое настроение, даже если причин для радости у меня практически не было в последнее время.

- Можешь смеяться сколько угодно, но я бы хотел переродиться женщиной средних лет, если бы это сделало меня счастливым – неожиданно даже для себя признался я.

Просто в этот момент я представил, как живу обычной жизнью в окружении любящих меня людей в скромном пригородном доме. Никто из окружающих не давит на меня и не ждет чего-то великого. Если добавить к этой картине золотистого ретривера, с которым я мог бы прогуливаться по пляжу по вечерам, то это было более, чем идеальная жизнь.

- Совсем не весело дразнить тебя, когда ты такой серьезный – разочарованно вздохнула Розэ. Она устроилась на сиденье поудобнее, потом с беспокойством оглядела меня: - С тобой все в порядке? Ты сегодня выглядишь... как грустная знаменитость. А это делает вас еще шикарнее, что очень несправедливо!

- Правда? Может, в таком случае мне стоит почаще ходить с таким видом? – засмеялся я, выруливая к Бруклину.

Я краем глаза увидел довольное лицо Розэ. Она слегка покраснела, как будто теперь была смущена своим комплиментом, но при этом не жалела об этом.

- Нет. Грусть не стоит этого – ответила Пак, слегка взлохматив свои волосы. – Так, что же пошло не так в твоей идеальной жизни?

- Ничего смертельного. Хочешь вишневый попкорн?

Мы остановились рядом с маленьким мини маркетом. Я решил запастись снэками и напитками, прежде чем поехать на пляж. Это было обязательным ритуалом всех отдыхающих.

В мини маркете я закупился вишневым попкорном, шоколадками и содовой с мятным вкусом. Розэ ждала меня в машине, потому что продула в «КНБ». Хотя пятью минутами раньше уверяла, насколько она профессиональный игрок. Воспоминание о ее расстроенном и ошарашенном лице после проигрыша заставила меня улыбнуться. Эта поездка точно была отличной идеей.

Пляж Coney Island выглядел практически так же, как и в прошлом году. Разница была в том, что сейчас рядом со мной находилась Чеен. Она с большим интересом разглядывала пляж, параллельно делясь со мной своим впечатлением об этом месте.

- Так вот где ты пропадаешь все время – вдохнула в легкие побольше воздуха Розэ. – Мне здесь нравится. Тут очень спокойно.

Я почувствовал облегчение после ее слов. Мне важно было мнение Чеен, потому что эта поездка была настоящей, даже если строилась на идее фиктивных отношений.

Мы с Розэ уселись на пластиковые стулья. Начинался красивый закат, который окрасил небо в фиолетовый цвет. Я любовался не только пейзажем, но еще смотрел на улыбающееся лицо Розэ. Она сладко потянулась, как сонный котеночек. И у меня появилось ощущение, что я никогда не забуду этот день. Он показался бы обычным для других людей, но только не для меня.

- Ты предупредила своих родителей, что будешь поздно? – спросил я у Чеен, открыв упаковку шоколадных черепашек.

- Об этом можешь не беспокоиться. Мы можем переселиться здесь на неделю... и тогда они вспомнят обо мне только ближе к Рождеству. И это только если им срочно понадобится клюквенный сироп или что-то вроде того.

- Ты шутишь? – неуверенно рассмеялся я. – Шутишь, так?

Розэ несколько секунд просто смотрела на меня, а потом расхохоталась:

- Расслабься! Конечно, я пошутила. Твое лицо было таким серьезным...

Моя соседка хоть и издавала звуки смеха, но ее лицо при этом выглядело грустным. Она будто хотела замаскировать свою боль. Я научился распознавать настроение людей на съемочной площадке. И сейчас был благодарен за этот навык, потому что мне хотелось подбодрить Чеен. Она все время возвращала мне хорошее настроение. Пришло время отплатить ей тем же.

- Я уверен, что твои родители уже скучаю по тебе. И твоя сестра тоже.

- Вот уж не думаю! – фыркнула Розэ, откинувшись на стул.

Вот оно! Кажется, я затронул больную точку. Лицо моей соседки помрачнело, как только мы заговорили о ее сестре.

- А я думаю, что твоя семья очень тебя любит – сказал я Пак на полном серьезе. – Твои родители...

- Все время говорят о Суен, потому что обо мне ничего хорошего сказать нельзя – закончила за меня Пак, прикрыв глаза. – И не смотри на меня с такой жалостью. Я чувствую твой взгляд...

- Вообще-то они все время говорят о тебе – произнес я с легкой улыбкой. – Твой папа всегда хвалит твои шоколадные панкейки, а твоя мама каждый раз рассказывает о твоих победах на летних фестивалях по поеданию бургеров. Они о тебе болтают гораздо чаще, чем о твоей сестре. Я знаю только то, что она учится в Принстоне. А вот о тебе мог бы написать целый справочник со слов твоих родителей.

- Правда? – недоверчиво приоткрыла один глаз Чеен, а потом ворчливо довольным голосом сказала: - Хотя мои шоколадные панкейки очень вкусные. Было бы большой ошибкой, если бы никто о них не болтал. И насчет моих побед... Я ем гораздо больше, чем ты можешь вообразить.

- Вообще-то могу – многозначительно посмотрел я на пустое ведерко от вишневого попкорна. – Розэ, ты сверх человек. Если бы ты была супер героем, то твоей силой было бы быстрое поглощение еды. А я так надеялся растянуть этот вечер подольше...

- Хватит! Если бы ты был супер героем, то твоей способностью было бы смертельное ворчание. Я даже соскучилась по своей семье из-за тебя.

- Видишь? От моей супер способности есть польза!

Розэ назло мне съела всех мармеладных мишек за секунду, сквозь приступ своего очередного заразительного смеха. И я в этот момент решил больше не лгать о своих взаимоотношениях Мине. Моя соседка было одной из тех немногих настоящих людей, которые окружали меня. Я не хотел потерять ее из-за своей неспособности контролировать своих родственников. Чеен за довольно короткое время добилась моего полного доверия к ней. И я должен был ответить ей тем же самым, даже если придется сходить на встречу с этой Юкино.