13

«Некоторые лица не забываются. Особенно те, за которыми спрятана чья-то сломанная душа.»

Глеб не мог уснуть.

Прошла неделя с той доставки. С той, на которой он не должен был её увидеть — но увидел.Снова.Внезапно.Как вспышку перед глазами.Как ожог.

Черри.

Так её называли.Или... малышка Д — он подслушал это, когда пару дней назад зависал в подвале у знакомых. Кто-то шепнул:— Черри — та, что теперь ходит как королева. Малышка Д, но с зубами акулы.

Он не подал вида, но сжал кулак под столом.Не из злости.От чувства, которое не имело названия, но точно рвалось наружу.

Он не мог понять, что в ней.Не знал её настоящего имени.Не знал, откуда она.Да даже не знал, кто она на самом деле.

Но знал, что она живая.

Такая, как он сам — с ранами, с пустыми местами внутри, с глухой болью за глазами.Её взгляд не оставлял его в покое.Этот момент у двери. Её дрожащие пальцы. Сильный голос — и хрупкость в спине.Как будто она держится за воздух.

Он знал таких.

Он был таким.

Всё началось с записки.

Он вспомнил бар "1988".Вспомнил ту стойку, где она сидела.Решил — вернётся туда. Может, найдёт бармена, вдруг тот знает хоть что-то.

Он пришёл в следующую пятницу, в то же время.Бар был полупустой — рано еще было.Он сел на то же место.И когда за бар зашёл тот же парень, что подавал ему пиво тогда, Глеб наклонился:

— Слушай, тут какое-то время назад сидела девчонка. Чёрная куртка, бокал джина, зовут Черри. Не знаешь её?

Бармен склонил голову.

— Много кто здесь сидит, брат. У меня память — как у старой кассеты.

Глеб достал пятитысячную купюру и положил на стойку.

— Кассета ожила?

Бармен хмыкнул, покачал головой, потом всё же вздохнул:

— Не связывайся ты с ней. Ты не первый, кто спрашивает. Кто-то хочет с ней переспать, кто-то — сломать. А кто-то — спасти. Ни у кого не выходит.

— Я не герой. Мне просто надо знать, где она и что с ней.

Бармен глянул на него чуть внимательнее.

— Зовут Черри. Но в городе её кличут ещё "малышка Д". Работа мутная, связи — тоже. Появляется и исчезает. Иногда через студии шастает. Один битмейкер говорил, что видел её у «БлицХаус».

— У студии? — Глеб напрягся. — Когда?

— Да недели две назад. С каким-то типом в меховой куртке, знаешь такого, Моджахед кличут. Барыжит и битами, и веществом.

Имя было знакомо.Он слышал про этого Моджахеда — он тусовался среди звукарей, предлагал "прибавку" к ночной сессии: наркотики, дешёвых баб и быстрые деньги.

Глеб почувствовал, как что-то холодное скользнуло по позвоночнику.Она среди них.И он среди всего этого — с музыкой, сценой, женой, интервью и контрактами — тут. Бред.

Он нашёл Моджахеда.

Через пару дней.Подвальное помещение. Кальян, шумные биты, синтетический дым.Глеб пришёл один.Без охраны, без понтов. Только взгляд — стальной.

— Ты с Черри работаешь?

Моджахед выдохнул дым, поднял брови.

— Кто спрашивает?

— Друг. — Глеб не моргнул. — Может, единственный.

— Бывало, да. Девка с характером, горячая. Теперь крутая стала. Свои каналы, своя движуха. Типа "малышка Д". С ней не шутят.

— Где её найти?

— А нафига тебе?

— Я хочу знать, где она. Пока вы тут гниёте, она тонет. А мне не всё равно.

Моджахед хмыкнул, покрутил в пальцах кольцо.

— Не знаю, где сейчас. Но говорят, снимает хату где-то у Таганки. Кто знает — молчит. Ближе только те, кого сама подпускает. А таких — единицы.

Глеб вышел, не поблагодарив.

Его бесило многое.

То, что не мог ничего изменить.То, что видел, как она тонет, и не знал, как вытянуть.То, что сам жил не своей жизнью — жена, лейбл, всё — не по любви. Не по себе.

А тут — девочка-призрак.Дикая.Неправильная.Но с настоящими глазами.

Он сидел ночью в студии. Курил.Трек писал второй день, не выходило.В голове — только её голос.

"— Лучше не стоит. У всех, кто хочет знать — начинаются проблемы."

А он хотел знать.Плевать, сколько будет проблем.

Он записал в телефоне:

"Вишенка. Малышка Д. Найду тебя. Даже если ты не хочешь быть найденной."

Пару дней спустя он снова пошёл в «1988».На том же месте, та же стойка.И бармен, увидев его, только вздохнул:

— Ты внатуре упрямый.

Глеб кивнул. Упрямство — это всё, что у него осталось.

— Ну тогда слушай, — тихо сказал бармен. — Вчера она была тут. Поздно. Пьяная в хлам. Танцевала как сумасшедшая, потом вырубилась в сортире. Я вызвал такси. Адрес записал. Не спрашивай зачем. Просто почувствовал, что пригодится.

Он протянул Глебу салфетку.На ней — адрес. Почерк торопливый.

Глеб посмотрел.Таганка.

Он встал, уже собираясь уходить, когда бармен крикнул:

— Эй! Не убейся, ладно? С такими девочками легко утонуть.

Глеб только усмехнулся.

— Я давно тону.