21❄

— Ответь, а то твоё солнышко уже иззвонилось. Переживает.Игорь фыркнул, но телефон взял.— Как определился номер?— Что? — не поняла я вопрос.— Прочитай, что написано на экране, — потребовал Титов.— Женя Солнце.— Вика, Женя — это мой знакомый, я у него свои машины постоянно обслуживаю. А Солнце — это его фамилия, — с лукавым видом пояснил мужчина и ждет мою реакцию.Несмотря на недавнюю выходку Титова, почему-то на душе полегчало, и я еле сдержалась, чтобы не улыбнуться.— Почему трубку не берешь? — как можно строже спросила я.— Есть причина, но тебе о ней знать совсем не обязательно.— А ты чего такой довольный? Всё! Отпустило! Больше не переживаешь?— Нет, — от его наглости у меня отвисла челюсть. — Что переживать, если ты больше не злишься.— А кто тебе сказал, что я не злюсь, да я в бешенстве.— Глаза твои сказали. Они, кстати, намного тебя откровенней и честней. Видела бы ты себя, когда я вернулся с ужином. У тебя был вид выброшенного котёнка под дождём.— Титов, немели чушь!— Это не чушь, и ты об этом прекрасно знаешь. И три года назад я видел искренний к себе интерес, но ты поторопилась и уже…— Хватит! — закричала я. — Я в сто первый раз тебе говорю, я не спала с твоим отцом!— Спала!— Если ты сейчас не замолчишь, отправишься обратно на пол, — пригрозила я.Игорь, сверкнув глазами, демонстративно укрылся одеялом и перевернулся на другой бок.*Сквозь сон чувствую, как какая-то назойливая мушка щекочет моё лицо, проворно перебирая лапками. Помотала головой, а она опять за своё — гадина летучая.Зима!Какие мухи?Открываю глаза, а Игорь с довольным лицом лежит рядом и играет с перышком.— Проснулась, соня, — мягким голосом сказал Титов и слегка улыбнулся. На лицо Игоря падают солнечные лучи, и он, чуть прищурившись, ласково смотрит на меня своими необыкновенными голубыми глазами. — Ты чертовски мило морщишь свой носик, — оповестил мужчина и ещё раз провел перышком по моему лицу.— Знаешь, Игорь, иногда мне кажется, что у тебя раздвоение личности или у тебя есть злобный брат близнец, — призналась я и сладко потянулась.Титов грустно усмехнулся и ничего не ответил. Он дал мне несколько минут на сборы, и мы оба с превеликим удовольствием покинули гостиницу.Белый пушистый снег хрустел под ногами и, переливаясь на солнце голубовато — розовыми оттенками, слепил глаза. По дороге не могла налюбоваться великолепием зимнего леса. Ещё вчерашние голые и поникшие деревья, одевшись в белоснежную одежду, преобразились и поражали своей красотой. За созерцанием прекрасного, время пролетело незаметно. И вот мы с Игорем уже свернули с основной трассы и подъезжаем к дому.Игорь обогнал автомобиль. Я бы и внимания не обратила на него, но он был той же марки, что и моя «колымажка». Только этот экземпляр любят и холят. Не единой вмятины, цвет ровный, как из покраски. Фары, лампочки — всё работает. Совсем другая машина не то, что моя.Игорь загадочно на меня покосился.— Не узнала?! — спросил Титов и улыбается.— Кого?— Машину свою. Только что её обогнали.— Мою-ю-ю! — резко обернулась и всматриваюсь в номер.— Номер мой, а машина нет, — резюмировала я. А Титов, услышав мой ответ, расхохотался. — Ты её отремонтировал! — догадалась я.Игорь кивнул.Когда Игорь припарковался, я пулей вылетела из его автомобиля и козочкой заскакала возле своей обновлённой «колымажки».Новая зимняя резина, с бампера испарилась вмятина, также, как и с правого бока, ни единой царапины и никакой ржавчины на кузове. Охая и ахая, я бегала вокруг машины и не могла налюбоваться.Из моей уже совсем не раздолбаной машины вышел коренастый паренёк и с довольным видом сказал:— Принимайте работу.Заглянув в салон, я обомлела: сиденья, обшивка, и даже магнитола — всё поменяно.— Она как новая! — обрадовалась я.— Лучше новой, ну, по крайней мере, дороже точно, — уточнил парень, шлёпнув по крыше автомобиля. — Я говорил Игорёхе, что проще купить… — парень притих, потому что Титов недовольно шикнул на него, а до меня только дошло, я должна Игорю кругленькую сумму.— Игорь, как же я теперь с тобой рассчитаюсь?! — простонала я, а Титов обреченно закатил глаза.Мужчины попрощались, парень сел в такси и уехал, а Титов молча направился в дом.— Игорь, подожди! — я рванула за ним и, догнав его, преградила путь. — Мы не договорили.— Ты мне ничего не должна, — сообщил Титов.— Нет, прости, но я так не могу. Если я не компенсирую тебе ремонт, я не смогу пользоваться машиной.— А ты пока и так не сможешь ею пользоваться, за тобой, возможно, следят. Забыла? Проблема решена! — хохотнул мужчина и, отодвинув меня, пошёл дальше.— Игорь! — зашипела ему в спину.— Ты на этот ремонт не соглашалась. Моя инициатива — мне и платить, — пытался отделаться от меня Титов. Но увидев мой хмурый вид, сдался и предложил:— Хорошо, я дам тебе возможность отработать.— Как? — поинтересовалась я.— У меня недавно хобби появилось, — как-то со смущением начал Игорь. — Фотография. До этого времени я всё природу снимал, хочу и людей попробовать. Мне нужна модель. Вот я и подумал, может, это будешь ты. Одна фотосессия — и считай мы в расчете.— Я не смогу, — тут же выпалила я.— Почему? — удивился Титов.— Надо будет крутиться, вертеться, позы различные принимать. Помимо того, что я так не умею, я ещё жутко стесняюсь.— Ерунда это всё. Я тоже далеко не профессионал, вот вместе и поучимся, — уговаривал меня Игорь.Сначала хотела всё же отказать, но как-то неудобно стало. Он всё-таки мою машину после аварии отремонтировал, она ведь даже не на ходу была. И я кивнула.Титов расцвел и открыл мне дверь, приглашая первой зайти в дом. Только я сделала шаг, как мне в голову пришла мысль — «А какого рода фотосессия?»— Игорь, я же не на что тако-о-ое не соглашалась, да?— Какое тако-о-ое? — съехидничал Титов.— Игорь, — легонько толкнула мужчину в бок, — ты отлично понял. Это же приличная фотосессия?— Ну, как сказать, — с загадочным видом пропел мужчина. Но увидев мою реакцию, перестал ерничать и пояснил. — Виктория, обнажаться не заставляю.Удовлетворенная ответом, я направилась в свою комнату.— Жду тебя через час, — кинули мне вдогонку.Я обернулась и устало спросила.— На работу, да? — я так надеялась, что он увидит в моих глазах мольбу и скажет: «Ладно, посиди-ка ты сегодня дома, отдохни». Но нет, я услышала бессердечное «Да!».После душа, я хоть и приободрилась, но после ночи, проведенной в гостинице, всё равно чувствовала себя разбитой и уставшей. По дороге в офис Титов сжалился и сообщил, что домой вернемся пораньше.Не успела я занять своё рабочее место, как мне позвонил начальник службы безопасности и вызвал к себе. Герман Александрович всегда внушал мне страх. Хоть всё наше с ним общение и сводилось к нескольким фразам, но каждый раз, когда я встречалась с ним взглядом, у меня подгибались колени. Да и не одна я старалась обходить его стороной, остальные сотрудники фирмы тоже шарахались от него.Немного помявшись возле кабинета Носова, я зашла. И правда странный он человек. Тёмные почти чёрные жалюзи на окнах плотно закрыты и если бы не светила тусклая настольная лампа, в кабинете бы царила непроглядная мгла. Мебель чудная. Мне кто-то говорил, что он раньше в правоохранительных органах работал и не последнюю должность занимал. Обстановку, видимо, оттуда прихватил. Герман Александрович, низко склонившись, изучал какие-то бумаги. Он лишь на секунду от них отвлёкся и, приказав мне сесть напротив него, снова уткнулся в документы.«И долго мне тут сидеть?»«Зачем, спрашивается, вызывал, если занят!?»«Или это у него тактика такая? Вывести человека из равновесия».Наконец Герман Александрович выпрямился, аккуратно сложил документы в папку и убрав её в ящик, обратился ко мне.— Ну что, Виктория Александровна, начнем. Игорь Павлович рассказал мне о вашей проблеме, постараюсь вам помочь. Для этого мне нужно, чтобы вы предельно честно ответили на ряд моих вопросов, — мужчина говорил медленно и бесстрастно.Он начал задавать невинные, но абсолютно бессмысленные вопросы. Где родилась. Где училась. Прописка. Всё это он мог прочесть в моём личном деле. Затем он перешёл к кругу моего общения. Выспрашивал о всех друзьях. По большей части его интересовали мои знакомые мужчины. Но когда его вопросы перестали касаться фактов, а перешли к непосредственно моему отношению к тому, либо другому человеку, я взбунтовалась. Доходчиво объяснив Носову, что я не понимаю, как может помочь в расследовании есть за мной слежка или нет, характер наших отношений с Титовым старшим. И я, хлопнув дверью, ушла.