60.Костер

Дима...Дима...Дима...Я не могу перестать смотреть на него, он смеется над историей Грегория, которую тот рассказывает, размахивая руками в воздухе. Оба без рубашки, позади пляж. Морской бриз откидывает мои волосы назад, я сижу на бревне, наслаждаясь видом.Уже закат, я не знаю, как мы провели весь день в дороге, ведь до пляжа всего два часа, но на самом деле знаю: когда мы останавливались, мы шутили и разговаривали о всяких глупостях.Миша, Марк и Йоши играют с мячом, который мы купили на одной из таких остановок, бегают по песку, как дети. Лера гуляет по пляжу, наслаждаясь уединением и спокойствием.Сами садится рядом со мной на бревно.– Прекрасный вид, да?– Да, это того стоило.Она предлагает мне стакан.– Хочешь выпить?Я делаю глоток, резкий вкус виски обжигает мое горло.– Виски? – Я возвращаю стакан и смотрю, как она пьет, даже не морщась.– Думаю, общение с парнями повлияло на меня, я переняла их вкусы и манеры.Я провожу тыльной стороной руки по губам, будто это поможет.– У тебя нет друзей?– Нет, я всегда дружила с ними. – Она смотрит на Грегория, Диму, а затем на Марка и Мишу. – Но все хорошо, они никогда меня не обижали.– Наверное, классно, что ты знаешь их с самого детства, – замечаю я с любопытством.Сами смеется.– О, поверь мне, я знаю столько постыдных историй, хотя Клаудия знает куда больше, чем я.Я вопросительно смотрю на нее, и она, кажется, читает мои мысли.– Нет, я тоже не знаю, что происходит между ней,Сережей и Мишей.Я хмурю брови.– Мишей?Она распахивает глаза, поняв, что сказала лишнее.– Эм, – она убирает волосы за ухо, – то есть... Не то чтобы что-то происходило, я просто предполагаю... Просто забудь об этом.Я вспоминаю тот вечер в больнице, когда я заметила, что Сережа ударил Мишу. Я смотрю на Леру и понимаю, что мне нужно защитить ее, несмотря ни на что.– Между Мишей и Клаудией что-то есть?Сами ничего не говорит, поэтому я давлю на нее.– Сами, я не люблю давить на людей, но Лера – моя лучшая подруга, и ради нее я сделаю все что угодно. Мне нужно знать, стоит ли ей забыть о Мише.– Если бы я знала, что происходит, я бы сказала тебе, правда, Милана. Но я понятия не имею.Сережа – кусок льда, Миша так воспитан, что никогда не станет говорить о девушке, а Дима честен во всем, кроме того, что касается его братьев. Они невероятно верны друг другу.Я верю ей.Я пыталась выяснить у Димы, но безуспешно, я даже пыталась использовать секс в качестве информационного оружия, а в итоге меня просто трахнули и ничего не сказали. Дима присоединяется к другим парням, чтобы играть с мячом, а Грегори идет к нам.– Тропические красавицы!Я улыбаюсь, Грегорий такой веселый, в нем столько энергии, он напоминает мне Карлоса. Сами предлагает ему выпить.– Откуда у тебя всегда столько сил?Грегорий печально вдыхает и выдыхает.– Это все молодость. – Он садится на песок перед нами. – О чем говорили? Вы сидели с серьезными лицами.– Так, о всяком, – говорю я и глажу его по голове, как щенка. – Кто хороший мальчик?Грегори лает и высовывает язык, Сами отводит взгляд.– Из-за тебя он не взрослеет. – Грегорий бросает на нее взгляд обиженного щенка. – Я не собираюсь гладить тебя. – Грегорий  продолжает смотреть на нее, и я наблюдаю за этим спектаклем с улыбкой на лице. Сами вздыхает. – Ладно. – И гладит его по голове. Грегорий высовывает язык и облизывает ее руку. – Ай!Солнце вот-вот скроется.– Надо развести костер, пока солнце не зашло.Почему мне всегда приходят в голову такие идеи?Спустя восемь походов за дровами.В фильмах разжечь костер не так трудно, это выглядит легко и просто, но добро пожаловать в настоящую жизнь, это чертовски сложно. Мы все вспотели, уже темно, но, наконец, костер разгорелся. Мы сидим в кругу, пламя отражается на наших блестящих от пота лицах

Я сижу рядом с Димой, положив голову ему на плечо, наблюдаю за пламенем, его голубые вспышки успокаивают меня. Ветер, шум волн, парень рядом со мной, друзья вокруг – идеальное мгновение, и я запоминаю каждую деталь, чтобы сохранить ее в особом месте в сердце.– Я буду скучать по вам, – Грегорий нарушает молчание, и мне кажется, он озвучивает то, о чем думают все.Миша бросает полено в костер.– Ты тоже поступишь в университет, Грегорий. Я останусь один в школе.Лера смотрит на него, в ее глазах читаются чувства. Интересно, выгляжу ли я так же очевидно, когда смотрю на Диму?«Конечно, да», – мысленно бормочу я.Марк возвращается из машины с пакетами маршмеллоу.– Вот и еда.Сами помогает ему с сумками.– Ура! Я так хочу что-нибудь сладкое.Грегорий кашляет.– Марк может дать тебе кое-что сладкое пососать.Сами гримасничает:– Ты отвратительный.Лера находит что сказать:– Это совсем не сладко.– Ох-х-х-х-х-х!Я только прикрываю лицо. Лера краснеет, осознав, что совершила серьезную ошибку. Это то, что я называю вербальным самоубийством. Над ней теперь всю жизнь будут издеваться.Пока все подшучивают над Лерой, Дима шепчет мне:– Пойдем прогуляемся по берегу?Боже, я люблю его голос.Выпрямляюсь, поднимая голову с его плеча, чтобы взглянуть на него.– Только если пообещаешь хорошо себя вести.Он широко улыбается мне.– Я не могу обещать такое.– Дима.Он берет меня за руку, с ехидной улыбкой на губах.– Хорошо, я обещаю не делать того, чего ты не хочешь.Я прищуриваюсь.– Хорошая попытка, ты уже использовал эту стратегию, я не сдамся.Он сжимает губы, притворяясь разочарованным.– Не думал, что ты вспомнишь.Я касаюсь его лба.– Я помню все, греческий бог.Он хмурит лоб.– Это очевидно. Кто бы мог забыть, как прекрасно я тебя трахнул утром? Ты так стонала и... – Я затыкаю ему рот.– Ладно, пойдем прогуляемся. – Резко встаю. – Скоро будем, – быстро говорю я.Дима молча следует за мной, но я чувствую его глупую улыбку, хотя не вижу ее. Мы приходим к берегу, и я снимаю обувь, чтобы нести ее в руке, позволяя волнам мочить мои ноги, когда они скрывают берег. Дима делает то же самое.Мы гуляем, наши руки переплетаются, в тишине очень хорошо. Мы оба знаем, что у нас осталось несколько дней, но мы не говорим об этом. Какой смысл говорить об этом? Так или иначе, Дима уедет, и я лучше наслажусь каждой секундой с ним, не говоря об этом, чтобы не страдать раньше времени.Как сказала бы моя мама: «Не страдай раньше времени. Когда придет время пройти по этому мосту, ты это сделаешь».Однако по выражению Димы я понимаю, что он хочет что-то сказать об этом, поэтому решаю поговорить о другом, прежде чем он откроет рот. Я вспоминаю разговор с Сами.– Могу я тебя кое о чем спросить?Он поднимает мою руку, переплетенную со своей, и целует ее.– Конечно.– Клаудия и Миша, между ними есть что-то?– Я ведь уже сказал...– Хорошо, хорошо, просто скажи мне одну вещь. – Я выбираю слова. – Лера сильно влюблена в него, и я не хочу, чтобы она страдала, Дима. Я не прошу рассказать, что именно происходит, просто скажи, надо ли моей подруге забыть о нем или у нее есть надежда, пожалуйста.Дима смотрит на меня, сжимая губы, я вижу, как он колеблется.Наконец, он говорит.– Скажи, чтобы она забыла о нем.Мне больно слышать это, а ведь я не Лера. Я думаю, что так всегда с лучшими подругами, ты чувствуешь ее, делишься не только историями, но и эмоциями. Дима больше ничего не говорит, и я знаю, что и не скажет, поэтому закрываю тему. Я просто наблюдаю, как он идет рядом, и вспоминаю столько всего, что у меня сжимается сердце.Думаешь, я не знаю о том, что ты с детства в меня влюблена?Да, я хочу тебя, ведьма.Всегда к твоим услугам, ведьма.А ты красивая.Останься со мной, пожалуйста.Я могу быть твоим Кристианом Греем в любое время, пошлая ведьмочка.Я влюбился, Милана.Я вижу только его профиль, пока вспоминаю все это.– Ах, я мазохистка, – говорю я шепотом.Дима смотрит на меня.– В сексуальном плане? Я заметил, что тебе нравится, когда я шлепаю тебя и...– Заткнись! – Он тут же замолкает. – Нет, я имею в виду эмоционально, ты был таким идиотом со мной в начале.– Что значит «идиот»?Я высвобождаю его руку и показываю средний палец.– Я понял.– И как ты додумался отдать мне телефон сразу после нашего первого секса? Здравый смысл, Дима , здравый смысл.Его лицо тут же тускнеет.– Прости, я не устану извиняться за все, мне нет оправдания. – Он снова протягивает мне руку. – Спасибо, что не сдалась, я изменился к лучшему благодаря тебе.Я изображаю недотрогу.Дима подпрыгивает и показывает пальцем рядом со мной.– Краб!– А! Где? – Я инстинктивно прижимаюсь к нему.Он приобнимает меня.– Иди, я тебя защищу.Я толкаю его, осознавая, что он все выдумал, чтобы я его обняла.– Ах.Дима обходит меня и опускается на колени, предлагая мне залезть ему на спину.– Давай, залезай.Я вспоминаю, как он нес меня в ту ночь, когда меня ограбили, как я почувствовала себя в безопасности рядом с ним, как мило он себя вел.Да, я не уйду. Не в этот раз.На следующий день, во время завтрака он нежно взял меня за руку, уверяя, что ничего со мной не случится. Тогда я впервые увидела нежную сторону Димы. Я забираюсь к нему на спину, он поднимается, и я обхватываю ногами его бедра и руками шею, чтобы удержаться.Дима несет меня по берегу, и я осознаю, что этот день полон идеальных мгновений. Я ложусь на его плечо. Шум волн в ушах, тепло наших тел. Как я выживу без тебя, греческий бог?

Я выбрасываю этот вопрос из головы.– Дима.– А?Я поднимаю голову.– Я люблю тебя.На мгновение он замолкает, и я прищуриваюсь, пока он не говорит:– Я останусь.– Что?– Ты знаешь, если ты попросишь, я останусь. Да?– Я знаю.– Но ты не попросишь.– Нет.Он вздыхает и замолкает.Я никогда не смогу попросить его остаться, отказаться от своей мечты ради меня. Я не могу быть такой эгоисткой, я не могу лишить его этого. Будет несправедливо, если, пока я иду к своей мечте и учусь в университете, о котором мечтала, он будет изучать то, что не хочет, чтобы просто быть рядом.Я всегда думала, что, когда говорят: «в любви нет эгоистов», это самообман, будучи уверенной в том, что себя надо ставить на первое место, но, когда речь идет о благополучии другого, лучше закрыть глаза на свои чувства ради его счастья. Мне кажется, что нет большего доказательства любви, чем это.Я снова кладу голову ему на плечо, слышу, как он шепчет так тихо, что я едва слышу:– Я тоже тебя люблю, ведьма.С этими словами я позволяю ему нести себя по берегу, наслаждаясь мгновением.

_______________спасибо за комментарии и звезды,скоро будет конец♡