37.Пьяная

Пот...«Маргарита»...Смех...Музыка...Никогда не думала, что могу так потеть, но, видимо, это случается, когда танцуешь в толпе. Собираю волосы и ищу, куда сесть за столом. Все веселятся, слишком много алкоголя, чтобы кто-то остался трезв.Меня немного укачивает, поэтому я перестаю пить. Появляется Марк,и мы пересекаемся с ним взглядами.– Почему бы тебе не станцевать со мной, Милана?Смотрю на Диму, который разговаривает со своим другом, но все равно посматривает на меня. Мы с Димой в очень хрупком положении сейчас. Хотя я заставляю его завоевать мое сердце, я не хочу делать ничего такого, что вызовет недоразумение или неловкость. Кроме того, Марк не так уж дружелюбен ко мне.Марк ждет моего ответа.– Нет, не люблю танцевать с хмурыми.Марк ничего не говорит, только берет стакан и, не отводя от меня глаз, делает глоток.Грегорий дает мне пять.– Что будешь делать на Хэллоуин? Есть планы?– Если честно, нет, до него еще две недели.– Мы, наверное, пойдем на вечеринку в городе, надеюсь, ты тоже придешь.Дима об этом не говорил.– Может быть.Грегорий вздыхает.– Думаешь, мне лучше быть вампиром или сексуальным полицейским?Я громко смеюсь. Почему у него два таких разных варианта?Грегорий несильно толкает меня в плечо.– Серьезно, мне нужно знать мнение девушки.– Ну-у-у. – Представляю его в обоих костюмах. – Думаю, из тебя получится очень сексуальный вампир.– Я знал! – Кажется, он доволен собой, и я улыбаюсь ему.Чувствую, что кто-то смотрит на меня, и оглядываюсь. Андреа прожигает меня убийственным взглядом.– Твоя девушка, кажется, недовольна, – говорю я Грегорию,делая глоток «маргариты».Грегорий бросает на нее быстрый взгляд.– Она не моя девушка.Я ничего не говорю, не хочу в это лезть, но Грегори продолжает:– Она мне очень нравилась, но... – Он с тоской смотрит на нее. – Но она такая же, как ее подруги.– Ты о чем?– Все парни за этим столом из обеспеченных семей. – Я смотрю на каждого: Дима, Захид, Оскар, Луис, Марк – и останавливаюсь на Грегорий. – Наследники и будущие владельцы компаний, корпораций и бизнесов– Ох.Грегорий указывает на нескольких парней в черном у бара.– Видишь этих парней? – Киваю. – Это телохранители, мы никогда не одни, даже если так кажется.Но какое отношение это имеет к Андреа?Грегорий, кажется, замечает растерянность на моем лице.– Очень редко люди общаются с нами без какого-либо интереса... – Я слышу грусть в его голосе. – Скажем так, ее чувства не были искренними.Я пожимаю плечами.– Мне жаль.Он скрывает грусть за улыбкой.– Все в порядке. Я буду блистать на Хэллоуине в костюме вампира.Я широко улыбаюсь.– Не сомневаюсь в этом.Включается танцевальная музыка, Натали и Андреа встают и начинают танцевать перед сидящими парнями. Сами сидит, проверяя свой телефон. Андреа покачивается перед Грегорием, а я отвожу неловкий взгляд. Наблюдаю за Натали, чтобы ей даже не пришло в голову приблизиться к Диме.Натали танцует перед Марком, который даже не скрывает своего безразличия. Она двигается дальше к Луису, который хлопает и заигрывает с ней. Внимательно наблюдаю, как она подходит к Оскару, затем к Захиду. Следующий – Дима, и я перестаю дышать. Я не могу закатить сцену, если она начнет танцевать с ним. Что мне делать?Натали двигается к Диме, но он бросает на нее такой холодный взгляд, что я чувствую мурашки по всему телу. Я забыла, каким холодным может быть греческий бог. Она не замечает его взгляд и продолжает двигаться к нему, но, прежде чем она подходит, Дима встает и говорит, что ему нужно в туалет, оставляя ее одну.Ох, греческий бог, ты учишься.Униженная, Натали сжимает губы и возвращается на свое место.Я беру свой телефон и пишу Диме.Я: Хороший ход. Горжусь своим другом.:)Он быстро отвечает.Дима: Тебе это нравится, да?Я: Пф-ф, нет.Дима: Ты сдашься, «подруга».Я: Нет, и я твоя подруга, без кавычек.Дима: «Подруга», которая стонет мне на ухо и просит не останавливаться, когда я жестко беру ее.По коже пробегают мурашки, и я чувствую жар на своем лице.Я: Слишком неприлично, друг.Дима: Неприлично то, что я хочу с тобой сделать, ты даже не представляешь.Уф, как быстро стало жарко. Как настоящая трусиха, я ему не отвечаю, мне страшно от того, что он может мне сказать.Время пролетает незаметно, и нам пора идти. Не могу поверить, что уже три часа утра. На парковке все прощаются. Сами не очень хорошо чувствует себя на холоде, когда мы выходим, Марк держит ее и помогает сесть в машину.Мы все садимся в машину, Дима заводит мотор, и я наслаждаюсь теплом.Марк обдувает лицо Сами.– Эй, Саманта.– Наверное, я пьяная, – говорит Сами и хохочет. Мне ее жаль.Дима смотрит в зеркало заднего вида.– Думаешь?Марк вздыхает, поддерживая ее на заднем сиденье.– Мы не можем отвезти ее домой, мать ее убьет.– Я знаю. – Дима трогается. – Лучше пусть она останется у меня

Я до боли в шее быстро поворачиваю голову и с недоверием смотрю на Диму. Марк проводит рукой по волосам.– Да, я тоже останусь у тебя, чтобы помочь.Успокойся, Милана, они друзья.Марк тоже будет там, это нормально, они друзья, которые остаются друг у друга. Но ревность пожирает меня изнутри. Когда мы приезжаем к моему дому, я не хочу выходить из машины, но не хочу закатывать сцену, особенно перед Марком.Сдерживая себя, улыбаюсь.– Спасибо, доброй ночи.Открываю дверь машины, но Дима берет меня за руку и подносит к своим губам.– Доверься мне, ведьма.Глубоко вздыхаю и хочу сказать, что доверие надо заслужить, а не просить, но проглатываю свои слова и выхожу из машины.В нежной осенней прохладе смотрю, как машина исчезает в конце улицы.«дмитрий ицков»–Дима, она не хочет выходить из машины, – недовольно ворчит Марк.Я закрываю дверь со стороны водителя и иду к задней двери. Сами лежит на сиденье, ее ноги свисают из машины.– Сами, – зову я ее, и она на меня смотрит. – Нужно выйти из машины сейчас.– Нет, – бурчит она, – все кружится.– Пойдем, Сами, – говорю ей и осторожно просовываю руки под ее ноги и спину, чтобы поднять. Марк закрывает за мной дверь. Мы заходим с заднего двора, Марк открывает мне дверь. Сами крепко держится за мою шею и шепчет:– Мой темный принц.Марк с грустью смотрит на меня, когда слышит, как она меня называет. Она зовет меня так с детства, по ее словам, потому что я всегда был рядом, чтобы спасти ее, но она забывает, что Марк тоже всегда был рядом с ней.– Я хочу есть. – Он идет на кухню, а я в гостевые комнаты, потому что не смогу подняться вместе с ней по лестнице.Захожу в комнату и опускаю ее, она шатается, но с моей помощью стоит на ногах.– Тебе не стоило так много пить.Она неуклюже гладит свое лицо.– Мне было нужно.Ее черные глаза находят мои, и я понимаю, что не должен спрашивать, но она ждет, что я это сделаю.– Почему?Она тычет меня в грудь.– Ты знаешь почему.Между нами царит молчание, ее лицо становится все печальнее.– Дима...– Да?– Ты всю ночь смотрел только на свою девушку, веселился, а на меня даже не взглянул.– Саманта...– Я смотрела на тебя издалека и так скучала. – Мольба в ее голосе терзает меня, она дорога мне, возможно, не в том смысле, в каком ей хотелось бы, но она очень важный для меня человек. – Ты по мне ни капли не скучал?Я хочу сказать ей, что скучал, чтобы она не чувствовала себя плохо, но вспоминаю лицо Миланы, ее улыбку, как она морщится, когда ей что-то не нравится, но она не говорит об этом, ее прикосновения... Как будто она трогает меня очень глубоко, будто ее руки могут достать до моего сердца и согреть его. Поэтому я не отвечаю Сами, не хочу давать ей ложные надежды, потому что мое сердце принадлежит Милане.Ее черные глаза наливаются слезами, и я провожу рукой по волосам.– Не плачь.– Ты идиот. Знаешь об этом? – В ее голосе пронзительная ярость. – Зачем? Зачем ты переспал со мной? Зачем ты играл со мной, как с остальными? Я думала, что я другая, что дорога тебе

– Сами, ты мне очень дорога.– Ложь! Если бы я была тебе дорога, ты никогда бы не допустил, чтобы это превратилось во что-то большее. Ты знал, что у меня были к тебе чувства, если ты не мог на них ответить, то не надо было допускать, чтобы они крепли.Я подхожу к ней и пытаюсь коснуться, но она отстраняется, будто мои прикосновения ядовиты.– Саманта...Слезы текут по ее щекам.– Зачем, Дима? – Ее голос срывается. – Зачем ты поцеловал меня в ту рождественскую ночь? Зачем ты начал что-то, зная, что ничего не чувствуешь?– Саманта...– Скажи правду впервые в жизни. Зачем?!– Я запутался! Я думал, что у меня есть чувства к тебе, но оказалось не так... Мне жаль. – От боли на ее лице мое сердце сжимается. – Мне правда жаль.– Жаль? – Она смеется в слезах. – Как легко тебе говорить такое, ты разрушаешь все хорошее вокруг себя и хочешь исправить, сказав, что тебе «жаль». В жизни все не так, Дима.Ты не можешь постоянно причинять людям боль, ожидая прощения, как будто это так просто.– Я знаю, что я облажался, Саманта, но я...– Ты знаешь, что облажался, но продолжаешь вредить людям. Ты ничего не делаешь, чтобы это изменить.– Ты не знаешь, о чем говоришь, я пытаюсь стать другим.– Из-за нее? Ты хочешь измениться ради Миланы, да?– Да.Она прикусывает губу.– И... ты не мог попробовать это со мной? Может, я была недостаточно хороша для тебя?– Речь не об этом, Саманта. Я не могу контролировать свои чувства. Ты мне очень дорога, но она... – я замолкаю, – она... То, что я чувствую с ней, это... совсем другое.Крупная слеза стекает по ее щеке.– Ты ее любишь?Она выглядит такой ранимой, я не хочу делать еще больней.– Тебе нужно отдохнуть.Она кивает и, шатаясь, идет к кровати, ложится на бок и смотрит в мою сторону, поднимает руку, подзывая меня.– Побудешь со мной, пока я не усну?Я сомневаюсь, но она выглядит настолько разбитой, что я больше не могу причинять ей боль, поэтому ложусь рядом с ней, и наши лица остаются на разумном расстоянии. Она смотрит на меня, по ее лицу стекают слезы.Я глажу ее по щеке.– Прости.Она говорит слабым голосом:– Я люблю тебя до боли.Она впервые говорит о том, что любит меня, но почему-то я не удивлен, наверное, я уже об этом знал.Она понимает мое молчание и грустно улыбается.– Мне нужно отдалиться от тебя на какое-то время, нужно избавиться от этих чувств. Потому что, как твоя лучшая подруга, я хочу быть счастлива за тебя, потому что ты наконец нашел человека, ради которого хочешь измениться, который делает тебя счастливым, но эти глупые чувства все портят.– Столько времени, сколько понадобится, я буду здесь, когда ты вернешься

Она берет меня за руку.– Сделай все возможное, Дима.Ты можешь стать счастливым, не испорти все, это нормально – открыть свое сердце, это не делает тебя слабым. Не поддавайся страхам.– Страхи? – Я усмехаюсь с сарказмом. – Я в ужасе.– Я знаю. – Она сжимает мою руку. – Я знаю, что тебе сложно доверять людям, но Милана хорошая девушка.– Знаю, но не могу не чувствовать себя таким чертовски уязвимым. – Вздыхаю. – Она может разрушить меня, она может так легко это сделать, если захочет.– Но не сделает этого. – Она закрывает глаза. – Спокойной ночи, Дима.Я наклоняюсь и целую ее в лоб.– Спокойной ночи, Сами