ii; "smile, eva"

✕

✕

"И каждый раз я смотрю на него с огромной нежностью. Прекрасная роза любви расцветает в моем сердце, когда его коньячные глаза изучают с интересом мое лицо. Его глаза. Самые красивые. Таких больше ни у кого нет. В них есть все - нежность, печаль и любовь. Вселенские чувства, которые придают этому человеку красок. Он не просто белое полотно, как многие в наше время, он - картина. Он настолько живой, что на его фоне я кажусь живым мертвецом. Его улыбка, оголяющая чуть желтоватые, но зато здоровые зубы, едва заметные морщинки в уголках раскосых глаз и родинка над пухлой розовой губой. Я люблю зарываться в его густые волосы своими тонкими бледными пальчиками, перебирая каждую кудряшку, которая кажется букетом шелковых нитей, когда его голова лежит на моих коленях. Я люблю обнимать его за плечи в нашем саду, наблюдая за тем, как подрагивают светлые ресницы, обрамляющие любимые глаза. Я люблю его тонкие, но в то же время крепкие руки, что пронизаны сетью голубых вен. Мне нравится, когда он говорит с моей мамой о красивых цветах и предстоящей погоде, а ему нравится горячий шоколад, который я готовлю по утрам. Аромат напитка заполняет весь дом, пробирается в самые узкие щели и, щекоча ноздри, будит его по утрам.

"Посмотри на небо, - он указывает пальцем на бархатное полотно, что расшито бриллиантовыми звездами и, широко улыбаясь, продолжает, - Я вижу там твои глаза. Они всегда указывают мне дорогу, когда я не знаю куда мне идти."

А мое сердце перестает биться. Я безмолвно глотаю воздух, глупо открывая рот, как рыба. Легкие обогащаются кислородом, но мозг все еще не работает. Я просто смотрю на него, а он, не отрывая взгляда, смотрит на небо. Но зачем оно ему, если рядом я?

А потом резко как скажет: "Улыбнись, Ева" и я умираю, в который раз оставаясь живой. Он касается губами моей шеи, при этом случайно задевая рычаг разума. Отключен. И я падаю в его объятия. Сдаюсь ему. Проигрываю в жестокую игру "Кто кого с ума сведет?". Он целует меня еще и еще, касаясь сухими губами моих ключиц, но не оставляет и следа. Словно испаряется, и мне становится страшно. Боюсь, что открою глаза, а его нет. Поэтому мне так хочется, чтобы он оставил на мне синеву, раскрасил своими красками мое белое полотно. Но любовь это не засосы и потные тела, трущиеся друг о друга, а ласковые объятия душ и умопомрачительные поцелуи в разум. Он ласково гладит мое тело горячими руками, и оно тает под натиском его пылающих чувств.

"Смотри на небо, Ева," - тяжело дыша, произносит он, продолжая целовать мое тело, а я смотрю в его глаза. Я нахожу в них то же бархатное полотно, только вместо звезд там любовь ко мне.

В этот момент я понимаю, что люблю не только его волосы и руки, лицо и глаза, родинки и улыбки. Я люблю его самого. Всего и без остатка. Люблю его душу. Люблю моего Эвана. Люблю до безумия. Люблю так сильно, что готова шепнуть ему это на ухо, а не кричать на весь мир. Потому что он для меня все, и я хочу, чтобы только он знал об этом. Чтобы он знал меня. Чтобы он любил меня так же сильно.

Спасибо, что выслушал мой фанатизм.Я всё ещё надеюсь на то, что Эван не плод моих фантазий, а реальный человек, целующий меня в разум."