14

Она плакала во сне. Я узнал об этом случайно, когда пошел ночью попить воды на кухню. Она свернулась калачиком на диване в гостиной и еле слышно хныкала. Бормотала что-то себе под нос. Я не стал её будить. Вдруг, если она проснется, то заплачет по-настоящему. Волосы поблескивали в лунном свете. Сегодня на небо выкатилась круглая серебристая луна. Хотел бы я когда-нибудь достать до неё рукой. Я попил воды и потушил за собой свет на кухне. Кот мирно спал на стуле. Хвост его поддергивался, как будто бы ему угрожала какая-то опасность. Как же все-таки они с ней похожи. «Ты опять всё видел, да?», - прошептала она, когда я хотел уже пройти мимо неё и вернуться к себе в комнату. «Опять». «Вечно ты становишься свидетелем моих слабостей». «А ты бы не хотела?». «Нет». Она повернулась лицом к креслу и накрылась одеялом посильнее. Забавная. С самой первой встречи она всегда разгоняла мою скуку. Раньше, до неё, я коротал день за днем, не зная, куда себя деть. Делать ничего не хотелось. Окружающий мир представлялся мне жидкой резиной, в чан с которой меня скинули при рождении. Я слишком увяз в этом всем. Даже шелохнуться не могу. И чем больше проходило времени, тем глубже я погружался в это болото. «Хэй, Макс! Полежишь со мной?». «Хорошо», - я даже ждал, что она попросит что-нибудь такое. Она подвинулась, освобождая мне место. Я лег. Лунный свет теперь освещал и моё лицо. Так странно. Я отчетливо слышал её дыхание, чувствовал тепло её тела. Казалось, я даже ощущал все её эмоции. Я никогда раньше не был настолько близко к ней. «Расскажи мне что-нибудь», - попросила она. «Тебе не спится?». «Ну ты же видел». «Я не знаю, что могу тебе рассказать». «Это неважно. Главное – говори», - тон у неё был холодный, даже равнодушный. Можно было подумать, что ей совершенно наплевать, буду я хоть что-нибудь говорить или нет. В конце концов, я рассказал ей, как жил до переезда в эту квартиру. У меня была своя комната, компьютер с огромным монитором, приставка. Я почти никогда не выходил из комнаты. Ужинал отдельно, за компьютером. Мама частенько ругалась на меня за грязные тарелки, которые я так и не удосуживался уносить на кухню и которые скапливались на столе целыми горами. Отец бывал дома мало. Но зато его присутствие всегда ощущалось. Он разводил такую кипучую деятельность, что даже мне с матерью приходилось принимать в этом участие. Вскоре я обнаружил, что она заснула. Луну на небе скрыли сиреневатые облака. Где-то истошно вопила автомобильная сигнализация. На этот раз она не плакала.