7

«Хэй, Макс, если я буду достаточно красивой, я буду счастлива?», - спросила как-то раз она меня. Мы были в её квартире на балконе. Она открыла все окна, и душный ночной воздух смешивался с запахами перегара, табака и пота. «Наверное. Но все говорят, что красивые люди несчастны». Она рассмеялась. Наверное, в этот момент ей хотелось мне сказать, что она выжила только благодаря своему миленькому лицу, но она лишь хохотала, как сумасшедшая. С ней иногда такое бывает. «Меня все тогда будут ценить». «Но тебя и так все ценят». «Будут ценить ещё больше». Она пододвинулась ко мне поближе и зашептала на ухо, тыкая пальцем в компанию парней, сидевших в комнате. Отсюда было их прекрасно видно через огромное окно, занавешенное грязными белыми шторками. «Смотри на них. Они обсуждают, что хотели бы переспать со мной. Никто из них даже в меня не влюбился, я для них вещь. А была бы красивой, они бы так обо мне не говорили», - глаза её горели. Я моргнул. А потом погладил её по голове. «Если бы ты была красивой, то ничего не изменилось». Волосы у неё были мягкие и гладкие на ощупь. Правда, немного жирные, потому что она не мыла их уже дня четыре. В её квартире отключили воду за неуплату. И мы пока собирали со всех, кто приходил сюда, деньги, чтобы заплатить. Какой-то парень зашел на балкон. Он не стоял ровно на ногах и бессвязно бормотал что-то. В руке у него была зажата сотня. Он подковылял к нам и протянул ей деньги. Она улыбнулась и взяла: «Это же на воду?». Он ничего не ответил. Только вдруг резко навалился на неё, пытаясь поцеловать. Она ответила ему, обвив руками шею. Может быть, с её стороны это было чем-то вроде благодарности. Когда он ушел, она спросила меня: «Хэй, Макс. А теперь он влюбится в меня?». «Не думаю». «Жаль». Сомневаюсь, что она хоть что-то почувствовала, когда тот тип полез её целовать. Наверное, даже отвращения не почувствовала. На самом деле, ей всё это не нужно. Совсем. Мы расстались с ней только на рассвете. Люди начали расходиться. Ушел и тот парень, точнее, его унесли друзья. Я ушел самым последним. Напоследок я тоже дал ей денег. Она радостно приняла их и засунула в задний карман джинсов. «Это на воду. И целовать меня не надо». «Спасибо». На душе у меня было прескверно.