18

Первые лучи утреннего солнца робко пробивались сквозь полуоткрытые жалюзи,окрашивая комнату в нежные,золотистые тона.Наташа аккуратно,чтобы не потревожить сон Нугзара,выскользнула из-под его тяжелой руки,которая даже во сне лежала на ее талии.Парень лишь глухо пробормотал что-то неразборчивое,перевернулся на другой бок и снова замер.Его дыхание выровнялось.Рядом с ним,свернувшись калачиком,громко мурлыкая,спал Люцифер.Его черная шерстка отливала синевой в утреннем свете.Девушка на цыпочках вышла из спальни и направилась на кухню.Тишина в квартире была блаженной,нарушаемой лишь мерным тиканьем часов.Она принялась за приготовление завтрака.Доставая продукты из холодильника,что-то тихо напевала себе под нос,а потом,пока жарились яичница и сосиски,принялась мыть посуду,оставшуюся с вечера,глядя в окно на просыпающийся город.Вдруг о ее ноги потерелся теплый,пушистый комок.Люцифер,проснувшись и учуяв запах еды,требовал своего.Нат:Ну что,проголодался,властитель? Сейчас я тебя покормлю.Лазарева насыпала ему в мисочку горку  корма.Котик благодарно мяукнул,бодаясь головой о ее руку,и с достоинством принялся за трапезу.Нат:Кушай-кушай,наш грозный защитник.И в этот момент сильные,мускулистые руки нежно,но властно обняли ее сзади за талию.Юноша прислонился к ее спине всем телом.Его тепло проникало сквозь тонкую ткань ее халата.Хер:Нехорошо... оставлять меня одного в постели.Холодно без тебя.Нат:Прости,великий.Такое больше не повторится.Хер:Отработаешь.Весь день.Он немного приподнял ее голову,откинув волосы.Ему открылся нежный,уязвимый изгиб шеи.Херейд прильнул к ней губами,жадно и нетерпеливо целуя кожу,оставляя на ней едва заметные,но горячие следы-засосы.Его вторая рука медленно,почти невесомо,скользнула под ее майку,ладонью водя по гладкому,теплому животу,заставляя ее вздрагивать.Нат:Нугз...Хер:Тихо.Ничего не говори.Его поцелуи спускались ниже,к ключице,а затем к плечу.Наташе нравилась эта его властность,эта уверенность,смешанная с нежностью.В эти моменты она чувствовала себя желанной,защищенной,его.Ей до боли не хотелось,чтобы это волшебное утро заканчивалось.Хер:Такая хрупкая... и такая сильная... МояГибадуллин в последний раз,почти с сожалением,поцеловал ее в плечо и опустил голову ей на спину,просто дыша ее запахом.Хер:Только с твоего разрешения.Всегда.Нат:Ты все равно свое получишь.Я же знаю тебя.Хер: уж девушки не касается.Я джентльмен.В коридоре послышались уверенные шаги Игоря.Нугзар мгновенно,но без резкости,отстранился от девушки.Его лицо снова стало привычно сдержанным.Интимный момент растворялся в воздухе,уступая место семейному утру.Иго:Доброе утро,птенцы мои.Не помешал?Нат:Привет,пап.Нет,что ты.Хер:Доброе.Он подошел к плите и поставил на огонь небольшую кастрюльку с водой.Нат:А что это ты сам собрался делать?Хер:Тебе сказать? Или догадаешься?Иго:Ты лучше не нарывайся.Она мне в прошлый раз чуть сковородкой по голове не отвесила.Фингал был знатный.Нат:Можем повторить.Для закрепления материала.Иго:До свиданья,дорогие,был рад вас знать!Нат:Да шучу я,шучу!Хер:Девушка,отойди от плиты,не мешайсь.Иди,сядь с отцом.Нат:Больно ты мне нужен со своей кухней. Спустя пару минут Нугзар расставил перед каждым на столе по глубокой миске.В них дымилась ароматная овсяная каша,щедро политую малиновым вареньем и посыпанную толчеными грецкими орехами.Хер:Чтоб силы были.И желудки не пустые.Нат:(пробуя) Боже... Походу,я скоро у тебя буду учиться готовить.Это объедение.Иго:А твоя привычка так завтракать осталась,как у Андрея.Спасибо,парень.Как дома.Нат:(обращаясь к отцу) Скажи,а сколько вы с Нугзаром вместе работали?Иго:Лет пять,наверное.Пока все не рухнуло.Хер:Игорь – друг моего отца.Взял меня на подхват после школы,помог с первой работой.Научил многому.Иго:Я очень рад... Невыразимо рад,что вы вдвоем нашли друг друга.Нат:Если бы не Даня и Миша,ничего бы у нас не вышло.Иго:Как так?Нат:Это долгая история.Я тебе потом когда-нибудь расскажу.Хер:Игорь,мне на почту пришли предварительные бумаги.Те,что мы вчера обсуждали.Думаю,они помогут тебе восстановить бизнес.После завтрака посмотрим.

Неспешное утро перетекло в насыщенный день.Нугзар,Наташа и Игорь с головой погрузились в документы,раскладывая их по стопкам,делая пометки и строя планы.Воздух в кабинете был наполнен сосредоточенной тишиной,прерываемой лишь шелестом бумаг и редкими репликами.К девяти вечера,закончив с основным объемом,они переместились в зал,чувствуя приятную усталость.Иго:А ты до сих пор играешь? Не закинул?Хер:Иногда.Несколько раз в месяц.Когда настроение.Иго:Талант от Андрея передался.У того был настоящий дар.Нат:Я впервые слышу! Нугз,что за дела? Скромничал все это время?Хер:Не люблю говорить про себя.Музыка... она и так все скажет.Херейд встал,взял гитару и опустился с ней прямо на ковер,по-деревенски удобно устроившись.Его пальцы привычно пробежали по струнам,настраивая инструмент.Звук был тихим,но чистым.Хер:Будет грустно.Не обессудьте.Иго:Давай.Песни в твоем исполнении... они надолго в памяти остаются.Прожигают.Парень глубоко вздохнул,опустил голову и заиграл.Первые же аккорды повисли в воздухе,тяжелые и пронзительные.А потом зазвучал его голос.Не певческий,немного хриплый,но невероятно искренний,в каждой ноте которого была прописана боль.Хер: Этот день мной был прожит тысячи раз...Он вгрызается холодом в душу...Он царапает память осколками фраз......И опять пустота...Пульсом бьет у виска...Пусть я вас не увижу уже никогда...Когда последний аккорд растаял в тишине,девушка сидела,не в силах вымолвить слово,с горящими глазами.Нат:Нугз... это... это прекрасно.И ужасно грустно.Иго:Если не знать твою историю... А я знаю.Я понял,про кого ты... про что ты.Знаю,ты это не любишь,но мне,сынок,невыносимо больно смотреть на твои мученья.На то,что ты носишь в себе.Хер:Сам выбрал такой путь.Другого не было.Иго:Ты не дал себя в обиду.Ты отстаиваешь честь своей семьи.И я,пока сидел в той конуре,не только планы побега строил. Он вытащил из внутреннего кармана сложенный в несколько раз листок. Иго:Я подготовил кое-что.Один деловой план.Думаю,тебе стоит просмотреть его.Возможно,это наш шанс.Нат:Секретики на секретиках.Вы как два конспиратора.Хер:Суровая жизнь.Суровая. Его пальцы снова коснулись струн,но на этот раз мелодия была иной: более резкой,бунтарской,полной внутреннего огняХер:Первый пункт я скажу все, что было в голове...Я так устал,но горит огонь во мне...Горит огонь во мне.Во-вторых...Я не буду никогда тем,кем захотите вы...Я один в этом море, мои правила просты...А правила просты...Даже в детстве был подавлен...И изнутри как будто отравлен...Писал стихи,но лишь для других...Кто смог бы понять,что хранил я внутри...И с болью в душе,я пою...И все то,что должен сказать,я скажу...И всем,что узнал,сейчас я делюсь...Пройдя сквозь тоску я нашел красоту..В этот момент в зале воцарилась абсолютная,звенящая тишина.Словно каждый из них – Лазаревы и сам Гибадуллин – задумался о своих собственных битвах,ранах и надеждах,которые они хранили в самых потаенных уголках своих сердец.