Часть 47

Pov. Лиса.Как только мы приезжаем домой, я впадаю в прострацию. Ибо порог нашего дома переступает регистратор на пару с адвокатом моего отца.– Вау, – Лу округляет сияющие глаза. Тянется своими маленькими ручками к подолу платья. – Ты такая красивая.Я натянуто улыбаюсь, совсем так не считая. Возможно. Но это последнее, что меня сейчас интересует. Регистратор уже на месте, как и юрист. Ждут только меня. И Лу подбадривающе прибежала ко мне, подгоняя.– Скажи, там много людей? – сажусь на корточки. Надеюсь, что нет. Я чувствую себя в этом платье, как посмешище.– Нет, – машет головой, и я чувствую долгожданное облегчение. – Кто-то приехал, папочка сказал валить отсюда. Подметил, что не видит в этом смысла, вот. А я думаю, что он просто не хочет, чтобы тебя кто-то украл! Ты ведь такая красивая! И, если кто-то тебя увидит, украдёт! Папочка опасается!Опасается, если бы…– Иди сюда, – тянусь ладонями к маленькой девочке, и та в ответ обвивает меня своими ручками.– Ты обнимаешь меня, потому что грустишь? – не в этом дело. Дело в малышке. Она так видит в Чонгуке всё хорошее, считает его богом, но не знает, какой он на самом деле.Но она спасает меня из того мрака, в который я валюсь от собственных мыслей. С каждым разом усугубляю положение. И как же мне хочется стереть себе память…– Нет, просто люблю тебя, вот и всё, – отвечаю искренне, прижимая сильнее.– Я тоже тебя люблю, но Чонгук больше, – наивная маленькая простота. – И, если мы сейчас не спустимся, он расстроится. А когда папа расстраивается, он делает другим больно. И себе тоже.Да-да, я помню про эту церемонию.Поэтому разрываю горячие объятия. Впитываю в себя эту тёплую энергетику от девочки. Становится легче.Беру малышку за руку и выхожу из комнаты, стараясь настроиться на эту волну.Жена Чонгука.Никогда не думала, что ею стану. Но чувствую, ничего не изменится после этого. Ни отношение, ни положение.Спускаемся вниз по лестнице, в привычную гостиную. Где уже нас ждут четыре человека. Чонгук, регистратор, юрист и девушка, присматривающая за Лу. Я рада, что всех так мало. Мне не хотелось видеть здесь Намджуна или того же… Джина.Последнего так точно.Но я была бы рада увидеть здесь своих подруг. Маму и брата. Но нет, им сюда нельзя.Хотя радуюсь и этому.– Пап, смотри! – пугаюсь, когда девочка так ярко и громко привлекает к себе внимание. А это и без надобности. Чонгук уже поворачивает голову и скользит оценивающим взглядом по фигуре. Зачем? Видел же меня уже в нём.Но в этот раз… Смотрит по - другому. Не только с оценкой, но и… вожделением. Как и всегда.– Начинаем, – он резко встаёт с кресла.– Погодите, господин Чон, – мы оба оборачиваемся в сторону юриста. Вальяжно встаёт с кресла, лезет в свой чемодан. – Перед тем, как начать церемонию, нужно несколько формальностей. Подпись. Для принятия наследования.– А если я не подпишу? – в один момент во мне просыпается надежда. Нет, не из-за того, что я откажу Чону. Скорее всего, этого не выйдет. Но, может, наша дальнейшая жизнь хотя бы… Станет более безопасной?– Бесполезно, – Чонгук за моей спиной так уверен в своих словах, что я уже жалею о вопросе. Но жду ответа от мужчины. – Они найдут рычаги давления.Я надеюсь, что юрист сейчас опровергнет это, но нет.– К сожалению, у меня есть указания, если вы вдруг решите отказаться от наследования. И, поверьте, Лиса, свадьба – меньшее из зол.– Я хочу услышать, – на удивление звучит твёрдо. Что это значит? Если я могу отказаться, и тогда всей этой игры на три года не будет, зачем вообще всё это? Так всё подстроить и потом пустить на самотёк? Его смерть зазря.– В случае отказа, – начинает мужчина, напрягая. – Я должен проинформировать вас, что пострадают все ваши родственники и друзья. Нам известны все люди, с которыми вы контактировали. Всё начнётся с друзей. Закончим вашей матерью и братом.Кровь в жилах стынет от страха, когда слышу последнюю фразу. Они не могут… распоряжаться чужими жизнями. Но делают это.Неужели так просто разделаются с ними? Я не хочу рисковать. Хоть они мне… И не родные. Но мама воспитала меня, как родную. А братика люблю всей душой.И если их не станет… Не могу.На одной стороне семья, на другой - Чонгук. Выберу семью – её убьют. Выберу Чона – за ним будут охотиться, чтобы убить. Я сама стану живой мишенью.Но так… Я буду мучить себя из-за их смерти всю оставшуюся жизнь. Лучше здесь, чем там, в горе трупов.– Я поняла, – киваю и беру ручку со стола. Бумажки с принятием наследования уже лежат передо мной. Я хотела бы, чтобы моя рука дрогнула на подписи, но нет. Непоколебимо ставлю вердикт моей жизни.– Благодарю за сотрудничество. Мы можем приступить к церемонии.Поджимаю губы и выпрямляюсь.– Наконец-то, – Чонгук недовольно цокает.Подходит ко мне.Думаю, что сейчас дотронется. Еле-еле это пытаюсь принять. Но он не трогает. Не касается руками. Скрещивает их на груди, пока регистратор встаёт, зачитывает стандартный текст. Смотрю лишь в пол, ощущая себя здесь куклой на витрине.Лу убежала, немного пугаясь нашего разговора. Юрист сидит и что-то пишет в своём смартфоне.Интересно, а если он умрёт? Как тогда свадьба будет действительной?Боже, Лиса… Откуда у тебя в голове такие мысли? Желать человеку смерти. Только из-за того, что становишься женой Чон Чонгука.– Вы согласны?– Давай быстрее, – и в этой ситуации Чон давит. Благо не на меня, а на ту, кто теперь тараторит с большей силой.– А вы, Лиса, согласны?Прикрываю глаза, и, не колеблясь, отвечаю:– Да.Смысла нет препираться, раздумывать.Сейчас, стоя на этом месте, я всё понимаю. Здесь относительно безопасно. Есть еда, кров. Семья живая.Чонгук… Будет отвозить меня в больницу. Надеюсь. Или нет. Кто его знает? По крайней мере, здесь всё есть. Я смогу вырастить своего малыша, и он не будет ни в чём нуждаться.Чон же позаботится об этом, да?– Тогда распишитесь.Мужчина делает это быстро. Размашистым большим почерком. От балды. И я. Следующая. Принимаю ручку из его пальцев, стараясь не коснуться. Подношу её к белой бумаге и вывожу свои инициалы. Закорючку.И понимаю, что теперь…Нас разлучит только смерть.И жаль, что всё именно так.– Можете поцеловать невесту.Сглатываю, когда слышу эти слова. Нет-нет-нет! Никакого поцелуя не должно быть! Это какая-то ошибка! Зачем? Это же фикция!– Это без надобности, – кидает безразлично Чонгук. Впервые в жизни его слова приносят облегчение. Я готова его поблагодарить, но хватаюсь только за ноющее сердце.Но как только на душе становится спокойно, юрист окатывает нас с бочки холодной водой. Причём вдвоём.– Как раз-таки это обязательно, господин Чон. Без этого я не могу подтвердить бракосочетание...