Глава 3

Красивый сон и все смешалось,И встал вопрос: а где реальность?..

Алиса подскочила над кроватью.Кислород - наконец-то! - подобрался к легким и заставил её резко вздохнуть. Несколько минут она просто дышала, радуясь, что может так просто это делать. Грудная клетка болела, словно она бежала не во сне, а наяву. Расслабленности, какая бывает после сна, не наблюдалось, наоборот, все мышцы были напряжены и болели. Ноги невыносимо ныли. Алиса оглядела кровать и увидела, что простынь сползла практически на пол, а одеяло валялось где-то около двери.Девушка на секунду прикрыла глаза, пытаясь унять тяжело бьющееся сердце. Что же происходит?Поднявшись, она подошла к окну и распахнула его нараспашку, с наслаждением вдыхая предрассветный воздух. Он помогал расслабиться, вносил в мысли ясность, четкость, что было ей необходимо на данный момент.Немного поколебавшись, Алиса навела порядок в комнате, оделась и вышла в коридор. Идя по тёмному помещению, она в очередной раз радовалась тому, что у них небольшой дом. Не то что тот замок. Теперь можно было и подумать.Что вообще такое? Почему её сны настолько красочны и реалистичны? Будто вовсе и не сон. Как будто она действительно бегала от какого-то странного мужчины. Стейн, кажется? Почему это имя насколько знакомо ей? Она точно где-то его слышала... Может, просто кто-то произносил его на приеме, а она случайно запомнила? Или на улице... Или мама упоминала... Предположений было много, а смысла мало.Алиса попыталась собрать вместе все известные ей факты из снов.Во-первых. Есть две королевы-сестры. Та, в белом и другая, темная. Во-вторых, одна другую заточила в огромный замок. В-третьих, та, которую заточили, явно этим тяготится, и пытается выбраться с помощью приспешника. В-четвертых... В этот момент она вспомнила, как Стейн её догнал и...«Это ты?! Мерзавка!»Соответственный вывод: он её узнал. Но это не так. Она ведь впервые была там. Они не могут быть знакомы, а он не может узнать её! Или она не помнит этого? «А может быть эти два сна никак не связаны? - прошептал голосок внутри. - Может быть это все - бред, просто сон. Никто никому не угрожает, и всего этого не существует? Вполне возможно, что ты действительно сошла с ума!»Разум говорил одно, но сердце противилось: оно чувствовало, что всё это связано. Окончательно запутавшись, Алиса подошла к кромке воды и посмотрела на свое отражение. Внезапно в голове возникло воспоминание: вот она бережно держит в ладонях чье-то лицо. Черт не рассмотреть, но ясно видны большие зелёные глаза, полные боли и страдания. Алиса шепчет что-то успокаивающее, и глаза постепенно наполняются спокойствием и благодарностью...От воспоминания почему-то затрепетало сердце. Этот человек был ей знаком. Безумно, до боли знаком. Но... откуда?! Сердце сладостно заныло, обрадованное напоминанием о чём-то родном и близком. Такое было ей знакомо: однажды она влюблялась, очень давно. Алиса не помнила, в кого, но тело и душа помнили чувства, ощущения при состоянии влюбленности. Сейчас было точно так же. Неужели в этого человека она влюблена?.. Но кто он?В тот же момент появилась злость. Что за бред такой? Непонятные сны, воспоминания из ниоткуда, чувство к кому-то совершенно непонятному. Глу-пость! Она точно сошла с ума. Только одно Алиса понимала точно: всё это началось после того, как на приеме она сбежала от Хэмиша. До этого её посещали сны, но они были о... о чем же?.. Недоумение нарастало с каждой секундой.Девушка потерла виски. Память как будто атрофировалась.

***

- Белые, они должны быть белые! - матушка разъярилась не на шутку.Она уже около четверти часа пыталась объяснить конюху, что на свадьбу лошади в карете должны быть белой масти. Белой - и никак иначе. Вообще всеми этими делами, вроде кареты, лошадей, приглашением гостей, и тому подобным, должен заниматься специально нанятый человек. Но миссис Кингсли говорила, что все это ей интересно и в радость. А если человеку надо так мало для счастья, то почему же не дать ему это?Алиса стояла поблизости, рассматривая белые розы. Внезапное воспоминание взялось ниоткуда:« - Тупицы! Они должны были посадить белые розы! - гневный тон.- Их можно покрасить в красный цвет, - она сказала это так наивно.- Ох и странная... - недоверие в голосе.»Этот разговор между ней и леди Эскот прошел всего лишь несколько дней назад, но у девушки возникало такое чувство, будто со дня помолвки прошла целая вечность. Смесь сна, воспоминаний и чувств калейдоскопом прыгала в сознании, раздражая и создавая одну сплошную головную боль. Девушка тронула виски и, почувствовав тошноту, произнесла:- Мама, я буду на скамейке, - миссис Кингсли не обратила внимания, продолжая самозабвенно ругаться с конюхом. Она относилась к тому типу людей, которым раз в пару-тройку дней, для душевного спокойствия, надо было с кем-нибудь выяснить отношения. Алиса привыкла к этой её особенности и чаще всего уже не замечала её.Девушка прошла на скамейку рядом с большим кустом сирени. У неё раскалывалась голова, тошнота подкатывала волнами, лоб покрылся испариной. Было очень плохо.Стараясь дышать как можно глубже, Алиса положила руки на колени и согнулась пополам. Теперь болела не только голова, но еще и живот. Перед глазами мелькали красные пятна.Внезапно откуда-то раздался тоненький писк:- Алиса! Алиса! Та самая! Отзовись!С трудом повернув голову, она заметила маленькую мышку среди зарослей сирени. Та размахивала лапками и тараторила:- Алиса! Идём, Алиса, идём! Мы ждём тебя! Всё Королевство ждет! Он ждёт тебя!- Он? - губы резко пересохли, сознание норовило вот-вот подвести, и она с трудом, но держала себя на плаву.- Он, Алиса, он! Шляпник! - Шляп...ник? - почему-то от этого слова на сердце становится теплее.- Ну да, он! Идем! - мышка нервно пищала. Она подскочила к девушке и стала тянуть её за палец куда-то. На затворках сознания возникла мысль, что мыши не разговаривают. Какая глупость... Может это бред? Галлюцинация? Но тоненькие лапки на коже чувствовались очень явно. Девушка с трудом поднялась и, стараясь не потерять из вида мышку, пошла вперед. Сказать, что было плохо - как промолчать. Океан боли накрывал с головой, топил, лишал рассудка. Теперь боль была везде: в голове, ногах, руках. Пройдя несколько метров, она остановилась и прошептала:- Я... не... могу больше...- Можешь! - мышка подбежала к ней. - Тебе сразу станет легче! Там, у нас!- В...вас? - язык ворочался с трудом.- В Королевстве. Там, где тебе место! - мышка пищала и подпрыгивала на месте от нетерпения. - Идем со мной!- Дай мне... пару... минут... - она говорила со странными паузами. Глаза закрывались сами по себе, больше не хотелось ничего, кроме как лечь и уснуть. Присев на землю, она уже собралась это выполнить.Словно прочитав её мысли, грызун гневно пропищал:- Не спи, нет! Не смей, Алиса! Ты же не попадёшь туда одна! Ты сама не дойдёшь!Но было поздно. В затухающем сознании она успела уловить лишь последние слова странного животного:- Тебе будет лучше, но ненадолго. Потом ты умрешь. Алиса упала на землю, почувствовав на секунду последний приступ боли, вперемешку с облегчением: наконец-то этот ад кончился.

***

С человеческой кровью схожий,Понравился нам твой рубин.(с) Николай Гумилев

Болезнь - страшная вещь. Сознание находится где-то на грани. Между нормальностью и бредом. И каждая из этих крайностей тянет одеяло на себя. Там где тело перестает сопротивляться, мозг еще барахтается, пытаясь вырваться из стальных тисков болезни. Алиса боролась около трех дней, с того момента, как её нашла миссис Кингсли. Девушка лежала на земле и не двигалась. Испуганная женщина пыталась растормошить дочь, но та не реагировала ни на что.Тогда началась суматоха: приходили доктора, разводили руками и снова уходили. Ничего не понятно. У девушки был жар, она металась и бредила. Но обычные средства медицины помогали ненадолго. Температура спадала всего на несколько часов.На четвертый день, к радости нынешних и будущих родственников, Алиса открыла глаза, слабо прошептав:- Где я?Обрадованная миссис Кингсли тут же ответила на все вопросы и убежала писать письмо Эскотам.Через час в комнату больной зашел радостно улыбающийся Хэмиш.- Ты как, Алиса?- Не знаю. Вроде бы неплохо... - она села на кровати. - Что происходило за то время, пока я была без сознания?- Все ужасно волновались. Врачи ничего ясного сказать не могли. У тебя были жар, лихорадка... - Почему? - запоздало спросила девушка.- Никто не знает. - Хэмиш покачал головой.- Ясно. - Подготовка к свадьбе идет полным ходом. Ты ведь... не передумала? - с беспокойством спросил он.- Нет, - слабо и крайне фальшиво улыбнулась она.Темы для разговора кончились. Алиса явно обдумывала что-то своё. Хэмиш с таким интересом разглядывал потолок, словно обнаружил там, по меньшей мере, золотой прииск.- Ладно, я пойду? - спросил лорд Эскот.- Иди. Спасибо, что навестил.Он подошёл и поцеловал её в лоб, а потом вышел.Алиса откинулась на подушки. Она смутно начала вспоминать то, что было в бесконечном сне...