Тёркин ранен

На могилы, рвы, канавы,На клубки колючки ржавой,На поля, холмы - дырявой,Изувеченной земли,На болотный лес корявый,На кусты - снега легли.

И густой позёмкой белойВетер поле заволок.Вьюга в трубах обгорелыхЗагудела у дорог.

И в снегах непроходимыхЭти мирные краяВ эту памятную зимуОрудийным пахли дымом,Не людским дымком жилья.

И в лесах, на мёрзлой груде,По землянкам без огней,Возле танков и орудийИ простуженных конейНа войне встречали людиДолгий счёт ночей и дней.

И лихой, нещадной стужиНе бранили, как ни зла:Лишь бы немцу было хуже,О себе ли речь там шла!

И желал наш добрый парень:Пусть помёрзнет немец-барин,Немец-барин не привык,Русский стерпит - он мужик.

Шумным хлопом рукавичным,Топотнёй по целинеСпозаранку день обычныйНачинался на войне.

Чуть вился дымок несмелый,Оживал костёр с трудом,В закоптелый бак гремелаИз ведра вода со льдом.

Утомлённые ночлегом,Шли бойцы из всех берлогГреться бегом, мыться снегом,Снегом жёстким, как песок.

А потом - гуськом по стёжке,Соблюдая свой черёд,Котелки забрав и ложки,К кухням шёл за взводом взвод.

Суп досыта, чай до пота, -Жизнь как жизнь.И опять война - работа:- Становись!

* * *

Вслед за ротой на опушкуТёркин движется с катушкой,Разворачивает снасть, -Приказали делать связь.

Рота головы пригнула.Снег чернеет от огня.Тёркин крутит; - Тула, Тула!Тула, слышишь ты меня?

Подмигнув бойцам украдкой:Мол, у нас да не пойдёт, -Дунул в трубку для порядку,Командиру подаёт.

Командиру всё в привычку, -Голос в горсточку, как спичкуТрубку книзу, лёг бочком,Чтоб позёмкой не задуло.Всё в порядке.- Тула, Тула,Помогите огоньком...

Не расскажешь, не опишешь,Что? за жизнь, когда в боюЗа чужим огнём расслышишьАртиллерию свою.

Воздух круто завивая,С недалёкой огневойАхнет, ахнет полковая,Запоёт над головой.

А с позиций отдалённых,Сразу будто бы не в лад,Ухнет вдруг дивизионнойДоброй матушки снаряд.

И пойдёт, пойдёт на славу,Как из горна, жаром дуть,С воем, с визгом шепелявымРасчищать пехоте путь,Бить, ломать и жечь в окружку.Деревушка? - Деревушку.Дом - так дом. Блиндаж - блиндаж.Врёшь, не высидишь - отдашь!

А ещё остался кто там,Запорошенный песком?Погоди, встаёт пехота,Дай достать тебя штыком.

Вслед за ротою стрелковойТёркин дальше тянет провод.Взвод - за валом огневым,Тёркин с ходу - вслед за взводом,Топит провод, точно в воду,Жив-здоров и невредим.

Вдруг из кустиков корявых,Взрытых, вспаханных кругом, -Чох! - снаряд за вспышкой ржавой.Тёркин тотчас в снег - ничком.

Вдался вглубь, лежит - не дышит,Сам не знает: жив, убит?Всей спиной, всей кожей слышит,Как снаряд в снегу шипит...

Хвост овечий - сердце бьётся.Расстаётся с телом дух.«Что ж он, чёрт, лежит - не рвётся,Ждать мне больше недосуг».

Приподнялся - глянул косо.Он почти у самых ног -Гладкий, круглый, тупоносый,И над ним - сырой дымок.

Сколько б душ рванул на выбросВот такой дурак слепойНеизвестного калибра -С поросёнка на убой.

Оглянулся воровато,Подивился - смех и грех:Все кругом лежат ребята,Закопавшись носом в снег.

Тёркин встал, такой ли ухарь,Отряхнулся, принял вид:- Хватит, хлопцы, землю нюхать,Не годится, - говорит.

Сам стоит с воронкой рядомИ у хлопцев на виду,Обратясь к тому снаряду,Справил малую нужду...

Видит Тёркин погребушку -Не оттуда ль пушка бьёт?Передал бойцам катушку:- Вы - вперёд. А я - в обход.

С ходу двинул в дверь гранатой.Спрыгнул вниз, пропал в дыму.- Офицеры и солдаты,Выходи по одному!..

Тишина. Полоска света.Что там дальше - поглядим.Никого, похоже, нету.Никого. И я один.

Гул разрывов, словно в бочке,Отдаётся в глубине.Дело дрянь: другие точкиБьют по занятой. По мне.

Бьют неплохо, спору нету,Добрым словом помяниХоть за то, что погреб этотПрочно сделали они.

Прочно сделали, надёжно -Тут не то что воевать,Тут, ребята, чай пить можно,Стенгазету выпускать.

Осмотрелся, точно в хате:Печка тёплая в углу,Вдоль стены идут полати,Банки, склянки на полу.

Непривычный, непохожийДух обжитого жилья:Табаку, одёжи, кожиИ солдатского белья.

Снова сунутся? Ну что же,В обороне нынче - я...На прицеле вход и выход,Две гранаты под рукой.

Смолк огонь. И стало тихо.И идут - один, другой...

Тёркин, стой. Дыши ровнее.Тёркин, ближе подпусти.Тёркин, целься. Бей вернее,Тёркин. Сердце, не части.

Рассказать бы вам, ребята,Хоть не верь глазам своим,Как немецкого солдатаВ двух шагах видал живым.

Подходил он в чем-то белом,Наклонившись от огня,И как будто дело делал:Шёл ко мне - убить меня.

В этот ровик, точно с печки,Стал спускаться на заду...Тёркин, друг, не дай осечки.Пропадёшь, - имей в виду.

За секунду до разрыва,Знать, хотел подать пример:Прямо в ровик спрыгнул живоВ полушубке офицер.

И поднялся незадетый,Цельный. Ждём за косяком.Офицер - из пистолета,Тёркин - в мягкое - штыком.

Сам присел, присел тихонько.Повело его легонько.Тронул правое плечо.Ранен. Мокро. Горячо.

И рукой коснулся пола;Кровь, - чужая иль своя?

Тут как даст вблизи тяжёлый,Аж подвинулась земля!

Вслед за ним другой ударил,И темнее стало вдруг.

«Это - наши, - понял парень, -Наши бьют, - теперь каюк».

Оглушённый тяжким гулом,Тёркин никнет головой.Тула, Тула, что ж ты, Тула,Тут же свой боец живой.

Он сидит за стенкой дзота,Кровь течёт, рукав набряк.Тула, Тула, неохотаПомирать ему вот так.

На полу в холодной ямеНеохота нипочёмГибнуть с мокрыми ногами,Со своим больным плечом.

Жалко жизни той, приманки,Малость хочется пожить,Хоть погреться на лежанке,Хоть портянки просушить...

Тёркин сник. Тоска согнула.Тула, Тула... Что ж ты, Тула?Тула, Тула. Это ж я...Тула... Родина моя!..

* * *

А тем часом издалёка,Глухо, как из-под земли,Ровный, дружный, тяжкий рокотНадвигался, рос. С востокаТанки шли.

Низкогрудый, плоскодонный,Отягчённый сам собой,С пушкой, в душу наведённой,Стращен танк, идущий в бой.

А за грохотом и громом,За бронёй стальной сидят,По местам сидят, как дома,Трое-четверо знакомыхНаших стриженых ребят.

И пускай в бою впервые,Но ребята - свет пройди,Ловят в щели смотровыеКромку поля впереди.

Видят - вздыбился разбитый,Развороченный накат.Крепко бито. Цель накрыта.Ну, а вдруг как там сидят!

Может быть, притих до срокаУ орудия расчёт?Развернись машина боком -Бронебойным припечёт.

Или немец с автоматом,Лезть наружу не дурак,Там следит за нашим братом,Выжидает. Как не так.

Двое вслед за командиромВниз - с гранатой - вдоль стены.Тишина. - Углы темны...

- Хлопцы, занята квартира, -Слышат вдруг из глубины.

Не обман, не вражьи шутки,Голос вправдашный, родной:- Пособите. Вот уж суткиТочка данная за мной...

В темноте, в углу каморки,На полу боец в крови.Кто такой? Но смолкнул Тёркин,Как там хочешь, так зови.

Он лежит с лицом землистым,Не моргнёт, хоть глаз коли.В самый срок его танкистыПодобрали, повезли.

Шла машина в снежной дымке,Ехал Тёркин без дорог.И держал его в обнимкуХлопец - башенный стрелок.

Укрывал своей одёжей,Грел дыханьем. Не беда,Что в глаза его, быть может,Не увидит никогда...

Свет пройди, - нигде не сыщешь,Не случалось видеть мнеДружбы той святей и чище,Что бывает на войне.