Глава 17. Звездная ночь

Глава 17. Звездная ночь

***

   Ближе к вечеру, компания остановилась на очередной привал, невзирая на недавние конфликты, каждый был спокоен и расслаблен. Погода только соблаговолила их состоянию: теплый ветерок, ясное небо, начинающее, потихоньку, окрашиваться в розово-ораньжевые тона, предвкушая прекрасный закат.

   Небесная твердь еще хваталась за остатки дня, однако, уже медленно уступала место вечернему дыханию: ветер был теплым и мягким, будто еле уловимый взмах крыльев бабочки, он был робким, нежно, внезапными порывами подхватывая цветочные лепестки, срывая их с сердцевины, унося ввысь, к деревьям, желая воссоединить небеса и землю, в этом, хрупком мгновении.

   Над линией горизонта, неспешно плыли облака, что были размазаны по небу большой кистью неведомых художников, возможно этот пейзаж рисовали, покинувшие бренный мир творцы. Они, бережно, кропотливо окрашивали края небесных перин, в золотистые оттенки, с трепетом и точностью, воплощая свою задумку. На вышине, небосвод напоминал лазурно-голубой, тончайший шелк, окутывающий пространство, как одеяния для сна, слишком застенчиво и интимно.

   Вокруг ощущалась легкая влажность, медленно опускающаяся на траву формируя маленькие росинки. Лучи солнца, плавно стремились к своему покою, игрались с капельками воды, словно дитя, пытающееся выторговать у родителя, последние мгновения веселья, перед сном. И пусть светило, еще не коснулось горизонта, но лес уже дрожит от предвкушения, птицы, звери как-бы завороженные, ожидали красочного завершения вечера, веселясь, точно это был праздник.

   Сегодня была именно та погода, которая обещала покой и умиротворение, отпуская тяготы прошлого, давая возможность облегченно выдохнуть, наблюдая, осязать этот мир, ощущать себя, не в суматохе, а в спокойных объятиях матери, которых порой так не хватает каждому взрослому.

   Это умиротворение, саваном опускалось на только что возведенный лесной лагерь путников. Заранее распределив все обязаности, Ли Вэй, медленно проходил между длинных сосен, выбирая сухие ветки для будущего костра. Хворост громко ломался, при легком нажатии, издавая короткий хруст. Время от времени, парень останавливался, вслушиваясь в вечерние звуки: стрекотание цикад, шуршание листьев и далекие крики птиц. Он был на страже, обращая внимание на любой чужеродный шелест.

   Уходя, не так далеко от разбитого лагеря, ища подходящие цветы и ягоды, Суми вспоминала о своих старых обязанностях, в них входило снабжение фейской деревни продовольственным. Высокая трава не давала ей нормально оценить окружающую их местность, так еще и благодаря отсутствию среднего крыла, вместо полноценного полета у феи выходили лишь короткие порхания с небольшим отклонением.

   Сюэлинь неспешно подготавливала место для костра, собирая рядом сухую траву, а после раскладывала заранее купленные припасы. Она опускалась на колени, шурша своим одеянием по земле, а меч небрежно болтался на поясе, иногда не давая ей возможности присесть, капризно упираясь в землю, благодаря этому, хозяйке смертоносного оружия, пришлось отложить его подальше.

   Достав из кожаного мешка, сверток с зерном, маленькую глиняную банку, наполненную маслом, несколько кусков вяленого мяса, приправленных сухими травами, она не раздумывая приступила к готовке. По ее аккуратным движениям, полных уверенности, было видно, что девушка привыкла к готовке в походных условиях. Будучи главнокомандующей отряда, она полюбила радовать вкусностями отличившихся воинов. Данное занятие приносило ей удовольствие, чувство обыденности несмотря на тяжесть и опасность работы.

   Легкий ветерок играл с ее прядями, вследствии этого, девушка начала чесать нос, ведь ей становилось щекотно, а сама она тихо подхихикивала, каким-то, своим мыслям. Но даже такие мелочи не мешали ей, ловкими движениями, кромсать мясо и складывать его на деревянную тарелку, подготавливая все к будущей готовке.

   Когда Ли Вэй возвратился, держа охапку хвороста, воздух уже пропитался начинающейся ночной прохладой и запахом влажной коры. Опустив ветки, подле будущего костра, присев на корточки, став медленно, с особым трепетным вниманием, перебирать сухие палки. Каждую из них парень внимательно оценивал взглядом, слишком толстые откладывал, чтобы воспользоваться позднее, а вот тонкие и ломкие оставлял для основы.

   Сперва, положив в центр маленькое гнездышко, переплетенное из сухих трав, заботливо подготовленное Сюэлинь: оно было легким, как птичье, готовое принять первые искры, затем брал тонкие прутики и осторожно ставил их вокруг сердцевины, один за другим, слегка наклоняя внутрь. Его движения неторопливы, точны, будто он не подготавливает костер, а вышивает изысканную картину на нежной ткани.

   Ветки постукивали друг о друга с мягким, сухим звуком. Пирамидка росла, обретая форму, становясь похожей на маленький домик, для будущего огонька. Приготовив основу, парень взял ветки потолще и уже начала укреплять ими конструкцию. Маленькая, четырехгранная коническая башня, выглядела хрупкой, хотя на деле, являлась чрезвычайно прочной.

   По лагерю разнесся звонкий щелчок его пальцев, на них нежно обволакивая руку, образовывался огонь, он не обжигая, а лишь обогревая своего хозяина. Но стоило ему оказаться в центре возведенной башни, сразу же начал обвивать поочередно каждую веточку, словно проголодавшийся зверь, разгораясь все сильнее.

   Над лесом медленно загорелись первые звезды, а пламя, уже разбушевавшегося, костра привлекло к себе ночных насекомых, которые начали танцевать вокруг, мешая Сюэлинь готовить. Однако, девушка терпеливо продолжала свое занятие, с особым сосредоточением, будто проводя важный ритуал.

   Суми вернулась уже затемно, так как ей пришлось тащить увесистый листок на своих двоих. Пусть было тяжело преодолевать такой непривычный путь, но она принципиально отказывалась использовать свою силу, ради такой мелочи. Уж лучше фея поднапряжется физически, чем залезет в долг перед Йин-Йин ради скорейшего выполнения поставленной задачи. Заметив, занятость костра, девушка без всяких слов уселась на землю, ожидая своей очереди.

   Сюэлинь совершенно не замечала происходящего вокруг, увлеченная своим кулинарным путешествием, стремясь приготовить как можно вкуснее, дабы порадовать возлюбленного, которого ранее сильно разочаровала своим агрессивным поведение по отношению к маленькой фее. Она, словно волшебница, кружила вокруг небольшого котла, добавляя в воду то крупу, то различные травы, чтобы улучшить вкус данного блюда. Когда девушка закончила, то вытерла пот рукавом своего паофу(1)

    — Почти готово, костер свободен, — нежно пролепетала Рыцарь отставляя посудину в сторону, дабы все настоялось.

   После этих слов фея с небольшим трудом поднялась на ноги, те немного поднывали из-за непривычной физической активности, но не желала подавать виду. Подтащив лист наполненный собранными ингредиентами, к заранее выставленному чайничку, попросила Ли достать, еще какую-нибудь, емкость для промывания ягод и цветов. Встав на колени, перед небольшой миской, девушка принялась аккуратно отделять нежно-розовые лепестки марьянса(2), стараясь их не повредить, чтобы наружу не вышел ядовиты сок, тоже самое сделала с лиловыми заостренными листьями лидеруса(3). После небольших приготовлений, Суми отправила не только растения, но и целиковые ягоды в воду, уведомив, что заварочный сосуд уже можно ставить на огонь. Стряхнув свои руки, от перенапряжения, фея отошла подальше усаживаясь недалеко от людей на холодную землю.

   Оказавшись на поутихшем огне, содержимое чайничка, постепенно начало нагреваться. Несмотря на добавленные ядовитые растения, при правильной технике приготовления, доступной лишь феям, все негативные свойства преобразуются, в полезные, для организма и магической энергии, тем самым, даруя легкость и успокоение тому, кто его выпьет.

   Пока фея была занята своими чайными делами, Ли и Сюэлинь уже уютно устроились под боком друг у друга, устремив свои взоры на просвет меж сосновых ветвей, разглядывая усыпанное звездами небо. В эту ночь они сияли особенно ярко, будто сотни светлячков поселились на темном полотне, дабы создать невиданной красоты картину, вдохновившись прекрасным закатом, поражающий своей красочностью. Однако, им, никогда не превзойти яркости представления, небесных звезд, медленно, но уверенно сменяющих свои созвездия, диктуя пророкам новые предсказания.

   Ли глубоко вздохнул, ощущая освежающий ночной воздух, смешанный с запахом сосновых деревьев, свежеприготовленной еды и нежным заваривающимся чаем. Он ощущал полный покой, будто находился именно там, где должен быть. Сюэлинь трепетно держала его за руку, поглаживая тыльную сторону ладони, большим пальцем. Повисшую умиротворенную тишину, разрушил еле слышный вопрос парня:

   — О чем ты думаешь?

   Немного помедлив, девушка так же негромко, словно боясь спугнуть эту атмосферу ответила:

   — О звездах. Мой отец говорил, они знают о нас абсолютно все. Он собирался научить меня правильно толковать их, ведь небесные огни знают нашу судьбу. Хотел, чтобы я была в курсе, грядущих мне преград, могла предотвратить уготовленную судьбу.

   Ли Вэй тихо посмеялся на это заявление.

   — Знаю, он рассказывал мне это. Но я все же думаю, звезды просто наблюдают за нами, поддерживают, возможно иногда смеются, смотря на наш путь. Судьбу выбираем мы сами.

   Пара замолчала, погружаясь в свои мысли, наблюдая за вечным танцем звезд, которым, каждый давал свое, особое значение. Они волею чужой руки, или же своей, создавали невероятные картины, какие-то уже были запечатлены пространством на века, а другие только формировались, обретая свою сакральную силу.

   Ли Вэй ненароком задумался о словах господина Мо, из-за чего, сознание само собой проявило мысль: «Какая участь уготована мне? Вечные страдания, или же я, смогу найти покой, в этом грязном и жестоком мире, где, даже маленькую фею, готовы растерзать, ради ингредиентов могущественных зелий, или сделать рабыней»

  Воркование милующейся, под звездами, парочки привлекло внимание феи. По началу, она привычно закатила глаза, ощущая отвращение, от всех этих, очередных розовых соплей. Однако, данное чувство, постепенно, сменилось забытой теплотой, распространяющейся по всему телу, словно когда-то давно, она лежала с кем-то, смотря на безмятежное звездное небо. «Твои крылья подобны самой сияющей звездной ночи», — раздался мягкий мужской голос в голове Суми, а перед глазами снова начали проявляться прерывистые образы двух силуэтов, которые, при каждом новом поднятии век, будто исполняли элементы из какого-то совместного танца. От таких галлюцинаций, губы девушки начали немного подрагивать, дыхание спирало, а к горлу подступал ком, полный неприятной, ноющей боли. Почему все это вновь происходит? Кого же она могла забыть, настолько важного, чтобы даже при таких спокойных моментах, ее сердце разрывалось от боли, пытаясь заполнить образовавшуюся когда-то давно пустоту.

   Когда чайничек закипел, никто даже этого не заметил, пока бурлящая вода не стала изливаться, обволакивая своими смертельными объятиями, пылающий огонь, от чего, тот недовольно зашипел, в отчаянных попытках привлечь внимание кого-нибудь, дабы спасти свою жизнь.

   Ли Вэй подскочил первым, сразу же хватая раскаленную посуду голыми руками, но ему, как обычно, было хоть бы хны. Его демоническая кровь не реагировала на высокие температуры, благодаря чему, получеловек мог безпоследственно взаимодействовать с раскаленными предметами.

   — Чуть не упустили, — молодой человек усмехнулся отставляя посуду в сторону, на прохладную землю, усыпанную росой.

   Сюэлинь мягко улыбнулась на данный инцидент. Почему-то, ей привиделось это, чересчур обыденным, для их нестандартной компании, в которой, по большей части царили лишь конфликты, наполненные непониманием. На мгновение, даже показалось, что она очутилась, в своем первом военном походе, когда была еще простым слугой рыцаря, кой носил оружие, чистил его вместе с броней, выполняя мелкие поручения.

   Весь происходящий ужас путешествия, походил по атмосфере, с ее отрядом, когда она только впервые шла на военную вылазку по зачистке. Все часто ругались из-за стресса, напряжения, были и те, кто пытался защищать демонов аргументируя это тем, что они так же, как люди, просто хотят жить нормально, иметь процветающие земли, способные нести урожай, а также спасают себя от нападков таких, распространившихся по земле монстров, в человеческой коже, заставляющих отступить несчастных созданий обратно, беспросветно мёртвые земли, обрекая целую расу на мучительное вымирание.

   Пока Ли Вэй разбирался с чайничком, фея не сразу отреагировала на происходящий шум, находясь внутри своего сознания, от всех произошедших событий, кои ей пришлось пережить, благодаря этому, короткому, промежутку времени. Суми очнулась лишь после того, как остальные несколько раз окликнули ее, стараясь не подавать виду, девушка прилагая небольшое усилие встала, направляясь к костру. из-за убежавшего чая, она предложила вылить его, от греха подальше, дабы никто из них не отравился.

   Маг испытал легкое разочарование, поскольку уже мысленно наслаждался фейским питьем, отчетливо помня, его восхитительный букет, взрывных ощущений, на языке. Представляя, во рту мимолетное, приятное цветочно-травяное послевкусие, которое, лишь усиливало его желание попробовать новое творение. В детстве, он обожал посещать деревни фей, чтобы отведать их диковинные напитки и угощения, ведь они всегда отличались насыщенной яркостью, напоминая нектар богов, чудесным образом оказавшийся на земле, позволяя маленькому мальчику прикоснуться к волшебству божественного снадобья.

   — Ох... Жаль, — он постарался показаться более безразличным, чем был на самом деле.

   Сюэлинь, же лишь снисходительно улыбнулась, глядя на фею, хотя в ее глазах таился триумф. Сегодня возлюбленный будет восхищаться только ее кулинарными творениями.

   Вопреки ожиданию, лицо Суми оказалось почти безэмоциональным, обычно фея расстраивалась, если у нее что-то не получалось, пыталась исправить свою ошибку или начать заново, а сейчас у нее отсутствовали подобные мысли. Голова снова гудела, но девушка, лишь сжала свою челюсть, чтобы сдержать неприятные ощущения и не портить этим двоим вечер, своими неразрешимыми проблемами. Из-за испытанного ранее стресса, чувствовала, как желудок начал оплетаться пищеводом, затягивались болезненными узлами, заставляя ее испытывать неистовый голод, который нужно утолить как можно быстрее.

   Усевшись, на предусмотрительно разложенные Ли Вэем подушки, Сюэлинь распределила пищу по деревянным тарелкам, раздавая каждому, находящиеся в комплекте ложки.

   Зная, о существовании личного, миниатюрного набора посуды, идеально подходящего комплекции Суми, белокурая, сделав вид, будто потеряла его вынудила фею немного подождать, Сюэлинь получила удовольствие от своей, почти незаметной, маленькой шалости. После того, как все расселись, путешественники, молча принялись трапезничать. Изредка они обменивались короткими репликами о предстоящем маршруте, планируя наиболее быстрый способ добраться до Янгуана.

   Теплый свет костра создавал уютную обстановку, на фоне звездного неба. Сюэлинь наслаждалась мирным потрескиванием дров, кой казалось, участвовал, в их разговоре, о дальнейших планах, когда лучше всего проводить тренировки и как. Несмотря на то, что Рыцаря все еще бесило, обучение феей ее любимого, она старалась насладиться этой умиротворяющей атмосферой, ведь знала, такого больше не повториться.

   Поддавшись этой прекрасной, даже в определенной мере, романтичной обстановке, которой, неожиданно, не мешало, это маленькое, заносчивое создание, Сюэлинь подсела ближе к Ли, положив голову на его сильное плечо. Она мило улыбнулась своим мыслям, прикрывая глаза.

   Парень же мгновенно напрягся, от данного действия со стороны Сюли, а в сознании мгновенно появилось множество мыслей о том, как можно избежать слишком близкого контакта. Резко подскочив на ноги, сбрасывая ее с плеча, он обернулся на рядом сидящих девушек, немного нервно произнося:

   — Думаю пора начать тренировку. Отличное время! Луна яркая, все видно. Темнеет много, будет сложнее. Да, Суми? — попытался, как можно внятней и слаженно произнести.

   Фея, только под конец услышала свое имя, не имея ни малейшего понятия о контексте происходящего. Притворившись, что внимательно слушала весь разговор, рефлекторно ответила «да». После чего, довольно скоро оказалась обхвачена руками, стремительно уходящего, по направлению поля, парня, пронзенная замешательством происходящего.

   Белокурая остолбенела, вследствии такого, резкого поворота событий. Она уже распланировала, как они останутся наедине, спустя долгие два года, разлуки, воссоединятся в страстных объятиях друг друга, под присмотром небесных тел. Ведь эта ночь, так и кричала о том, что надо провести все умиротворенно, а не всецело отдавать себя тренировкам, даже если за их спинами, стоит сама смерть.

   Ли Вэй же, бойко удалялся все дальше, к дороге, где простиралось прекрасное цветочное полотно. Каждая частичка, тела будто была создана из камня, напрягаясь только от одной мысли, о необходимости остаться с Сюэлинь наедине.

   — Да... Отличное время, размять кости! — нервно произнес парень.

   Суми, до сих пор находящаяся в руках мага, недоуменно запрокинула голову назад, уставшим, но одновременно ошарашенным голосом вопрошая:

   — Это что сейчас было?..

   Полудемон едва опомнившись, посадил маленькое создание на плечо, так же резко, как и схватил до этого. Недоумевающе напоминая о том, как они, буквально пару минут назад, договорились о тренировке. Сюэлинь, нагнавшая их, недовольно буркнула:

   — Кроме тренировок, нам, словно нечем заняться...

   Путники пришли на место, где будет проводиться бой. Луна, под стать яркому солнцу, освещала поле, из-за чего, даже их собственная тень имела четкое очертание, а звезды будто немые зрители собрались на небосводе, чтобы наблюдать за этим прекрасным, боевым искусством. Отойдя подальше, вглубь закрывшихся бутонов, рассчитывающих на очередную мирную ночь, Ли Вэй разгонял умиротворенных светлячков, взлетевших в воздух, потревоженных чужим присутствием. Невзирая на недовольство, они создавали, красиво освещенный, нежно зеленым свечением, след, который сопровождал ученика и его учителя.

   Видя, нарастающую нервозность мага рядом с Рыцарем, маленький мастер не стала задавать лишних вопросов, молча соглашаясь, что ее ночному покою пришел конец. А значит, подвешенное состояние, она обязана упрятать куда подальше, чтобы их тренировка выглядела убедительной, хотя бы перед Сюэлинь. Оказавшись на устойчивой поверхности, фея вновь поместила себя внутрь теневой марионетки человеческого роста.

   — Сегодня буду оценивать твои навыки владения клинком, — спокойно произнесла фея, доставая одной рукой, из тени широкий двуручный меч, на лезвии его были высечены долы разной длины, формируя, своеобразный, витиеватый узор, метровая рукоять с гардой, украшенной такими же заостренными впадинами, готовыми разрезать ладонь того, кто попытается взяться за нее, начиналась где-то в районе ее лица. Встав в спокойную позицию, она продолжила: — Создавай.

   Ли выгнул бровь и недоумевающе уставился на подобие человека. Она требует, чтобы он создал, данную магическую приблуду, хотя он без понятия, каким образом это реализовать. Покосившись на Сюэлинь, которая выжидающе стояла на краю поля, соблюдая безопасное расстояние, тяжело вздохнул, стараясь сконцентрировать свой внутренний поток, рисуя в сознании то, что ему необходимо. Вопреки стараниям, все превращалось в прах.

   — Это невозможно! Объясни, нормально? — разочарованно выкрикивал парень, посмотрев на грудь марионетки, где скрывался его учитель.

   — Для начала закрой глаза, детально прорисуй свое оружие. После чего пропусти магическую энергию через руки, прикасаясь к чему-нибудь. Подумай, как вытаскиваешь из ножен, и просто потяни, — немного уставшим голосом, произнесла фея, опираясь на двуручник.

   Ли слегка кивнул головой, выполняя инструкции, перед его сознанием само собой вспыхнула картина:

   Готический рыцарский меч, воплощение мрачной элегантности, лезвие не тяготело к непомерной длине, выкованный ради тесных схваток, подобно прекрасному танцу клинков, в пекле битвы. Изящно заостренная гарда, устремлялась к самому острию, хищными когтями, готовая впиться в плоть. Однако, истинное коварство таила не сталь, а украшающее основание огненного жало, плеть терновника, словно живое пламя, сковавшее металл. Тот, кто нечаянно вкусит его, познает помимо боли от удара, еще и муку извлечения. Каждый рывок, каждая попытка освободиться лишь множила рваные раны, превращая спасение в агонию. Клинок был изощренным орудием пытки, обещавшим мучительную кончину.

   На мгновение, когда Ли склонился к земле и попытался достать свой меч, он ненадолго появился, почтил своим вниманием присутствующих, будто считая их взоры на себя недостойными.

   — Еще раз, — раздался безразличный голос феи.

   Маг издал тихий, еле слышный, раздраженный рык. Зубы крепко сжались, а ногти пронзили ладонь, от досады. Неприязнь таких мгновений неудач, тяготила душу, заставляя, отчетливо осознавать, свою бесполезность и слабость. Внутри сгущались те опасные чувства, кои ныне являлись губительными.

  Сюэлинь, стоя в том же месте, беспокойно нахмурилась, видя его провалы, прекрасно зная, как сильно Ли Вэй себя корит за них. Она, еле заметно кивнула, улыбнувшись, пытаясь подбодрить парня, ощущая мимолетный взгляд.

  Бывший воин повторил еще несколько попыток, которые увенчались повторной неудачей, однако вскоре, он совладал с собой и внутренним потоком, наконец презентуя этому миру, свое духовное оружие воплоти!

   Лицезрев сие прекрасное, олицетворяющее, лишь нескончаемые муки владельца, Сюэлинь отшатнулась, поняв насколько многого не ведает о нем, насколько маг не раскрывает, пред ней, свои душевные терзания, стараясь нести неподъемную, уничтожающую изнутри, ношу. Ее грудь сдавило от пронзающей боли. Сердце, буквально разрывалось на куски, а перед глазами всплывали образы из детства, где несмотря на трудности, молодой слуга стремился поддержать или решить проблемы маленькой Сюэлинь.

   Постигнув масштаб собственной глупости, капризов и сложности жизни, сознание рыцаря, словно сложило пазл, кой она так отчаянно силилась игнорировать. Однако кусочки, вопреки воле хозяйки, проявили полноценную картину, заставляя чувствовать нескончаемую вину. 

1. Паофу (袍服) состоит из китайских иероглифов пао (袍), что буквально означает «халат», и фу (服), что буквально означает «одежда».

2. Марьянец - пионовидный цветок, обладающий мягким и сладковатым запахом. Ядовитой частью считается только сок, содержащийся во множестве слепленных между собой лепестков.

3. Лидерус - стесняющийся цветок. Его сладкая и нежная сердцевина находится за множеством островидных листьев, устремленных вверх. Это позволяет отгонять от себя травоядных животных и сохранять свою популяцию, распространяясь с помощью пыльценосных насекомых.

Интересуетесь процессом создания глав, хотите задать вопрос нашей команде конфиденциально, наблюдать за прогрессом проектов и наслаждаться творчеством талантливого художника? Присоединяйтесь к каналу "ДАЦО" в Telegram.

Мечтаете поближе узнать создателей контента, поднять себе настроение или оказать поддержку в нашем нелегком деле написания книг? Подписывайтесь на канал "Два_ДисА" в Telegram.