21

Лошади мчались вперёд, их копыта заглушали тишину ночи. Холодный ветер бил в лицо, но Амира только крепче прижималась к гриве своего коня, чувствуя, как сердце стучит от предвкушения. Рядом с ней Алаэддин мчался вперёд с таким же рвением, будто хотел оставить позади не только лагерь Касыма, но и все их мучения. Вскоре впереди показались огни бейлика Османа. Сердце Амиры сжалось от волнения. Дом. Они вернулись домой. Когда часовые увидели их, сначала они замерли в шоке, а потом один из стражников закричал:— Амира Хатун Алаэддин Бей они вернулисьВесь бейлик будто ожил. Люди выбегали из шатров, кто с факелами, кто в одной накидке, но с радостью и смехом. Кто-то заплакал, кто-то хлопал в ладоши, а дети бегали вокруг, громко радуясь. Амира повернула голову и увидела своего отца — Мирза Бея. Он стоял, не веря своим глазам. Рядом с ним была Бала Хатун, её глаза блестели от слёз.— отец — Амира спрыгнула с лошади и бросилась к нему. Он подхватил её в объятия, крепко прижимая к себе.— жива моя девочка жива — его голос дрожал от эмоций.— жива, отец, я здесь — Бала подошла и, не сдерживая слёз, обняла и Амиру и Алаэддина.— мои дети вы вернулись — Бала отпустила Амиру и Алаэддина. Но вдруг раздался новый голос.— сестра — Амира обернулась и увидела своих братьев Исмаила, Мансура, Селима, Халида и Джавида. Они, не скрывая радости, бросились к ней, обнимая её по очереди.— ты жива, сестра — Джавид рассмеялся, смахнув слезу.— всё позади — слабо улыбнулась Амира — я домаМножество людей собрались вокруг, приветствуя их с восклицаниями. Осман Бей, его глаза наполнились гордостью, когда он увидел своих детей — Алаэддина и Орхана, а Малхун Хатун с улыбкой следила за происходящим. Орхан, сдержанный, но с явным облегчением в глазах, подошёл к брату.— Алаэддин, ты не представляешь, как мы переживали — сказал Орхан, обнимая брата.Алаэддин, улыбаясь, ответил.— я сам переживал, Орхан, но всё закончилось хорошо Фатьма, его единственная сестра, стояла рядом с ними и тихо сказала.— мы так рады, что вы вернулись всё будет хорошо, и нам не о чём переживать — с этими словами они подошли к главному шатру, где было подано множество яств. Здесь собрались все, кто был дорог Амире и её семье. Когда они все устроились за столом, Алаэддин, отведя взгляд к своему тестю, сдержанно, но решительно сказал.— Мирза Бей, у меня есть просьба я прошу вашего разрешения на свадьбу с вашей дочерью — все в шатре мгновенно замолчали, и вся комната погрузилась в тишину. Это было неожиданно, и атмосфера напряглась. Мирза Бей, как будто забыв об обстоятельствах, внезапно произнёс.— Слава Аллаху это наконец-то случилось — Мирза поднял руки — я даю своё разрешение и благословляю ваш бракПосле того как Мирза Бей дал своё благословение, в шатре повисла тишина, но не напряжённая, а скорее наполненная радостью. Все присутствующие почувствовали, как воздух вокруг них изменился. Это было начало новой главы для двух семей, и каждый присутствующий в шатре осознавал важность момента. Амира с Алаэддином обменялись взглядами — в их глазах было облегчение, но также и скрытое волнение. Это была не просто свадьба, это был момент, который должен был объединить их семьи и принести мир. Алаэддин, чувствуя поддержку своего тестя, с лёгким улыбкой повернулся к Осману Бею, его глазам было видно, что он чувствует гордость за сына и согласие с решением.— пусть этот брак будет крепким и радостным — сказал Осман Бей, и его голос был наполнен глубокой мудростью, как будто он уже видел все испытания и испытания, которые предстоят их союзу. — Пусть ваши сердца всегда будут едины, а ваш дом наполнен счастьем.Малхун Хатун, стоявшая рядом с мужем, поддержала его взглядом и мягким словом.— мы все счастливы, что вы нашли друг друга пусть этот союз будет благословлёнВечер уже близился к завершению, и шатёр, наполненный смехом и разговорами, начал постепенно опустошаться. Гости расходились по своим палаткам, и всё вокруг погружалось в тишину. Амира уже очень устала и отправилась в свой шатер. Переодевшись в легкое белое платье Амира сняла с головы головной убор она стала расчёсывать волосы. Услышав странный звук за шатром Амира вытащила кинжал. Амира, стоя у входа в свой шатёр, держала кинжал в руках, глаза её сверкали от внезапного страха и настороженности. В темноте за шатром появился силуэт, и прежде чем она смогла разглядеть, кто это, её реакция была мгновенной. Схватив незнакомца за руку, она приложила кинжал к его горлу.— стой, стой — Алаэддин растерянно поднял руки, сдаваясь перед её решительным жестом. Его голос был полон удивления, но также и лёгкой иронии, когда он осознал, с кем столкнулся. Амира, всё ещё не отпуская его руку, слегка расслабила хватку, но кинжал остался наготове.— ты что, с ума сошла — с улыбкой, но в то же время немного серьёзно спросил он, стараясь вернуть в свои слова немного спокойствия — я бы не мог напасть на тебя, ты же знаешь этоАмира, наконец, опустила кинжал, почувствовав облегчение. В его глазах не было угрозы, только нежность и усталость.— ты мог бы предупредить, что заходишь, — буркнула она, но в её голосе уже не было прежней резкости. Алаэддин усмехнулся, отряхивая рукав, который она сжала в своей хватке.— я думал, что имею право зайти к своей будущей жене без предупреждения, — с лёгким смешком сказал он — но, похоже, мне придётся объявлять о своём прибытии заранее, если не хочу оказаться с кинжалом у горлаАмира закатила глаза, но уголки её губ дрогнули в улыбке.— прости, просто привычка — она убрала кинжал, скользнув им по ремню у пояса — последние месяцы научили меня не доверять даже собственной тениАлаэддин сделал шаг вперёд, мягко взял её руки в свои.— теперь ты в безопасности, — тихо произнёс он — мы дома всё позадиАмира вздохнула, позволив себе на миг опереться о него. Тепло его рук, уверенность в голосе — всё это заставило её сердце сжаться от чувств.— я знаю — прошептала она. Алаэддин провёл пальцем по её щеке, заставляя её поднять на него взгляд.— я просто хотел увидеть тебя — признался он — убедиться, что ты действительно здесь, что всё это не сонАмира улыбнулась, теперь уже искренне, и её глаза наполнились тёплым светом.— разве я похожа на сон — шутливо спросила она.— порой мне кажется, что да — с лёгким вздохом ответил он — потому что всё, что связано с тобой, всегда было чем-то невозможным но теперь это правдаНекоторое время они просто стояли, наслаждаясь близостью друг друга. Ветер мягко шевелил ткань шатра, ночь была тиха, словно весь мир замер, оставив их вдвоём.— ладно, тебе пора идти — наконец сказала Амира, хоть в её голосе и слышалось нежелание отпускать его. Алаэддин чуть склонил голову, всё ещё держа её руку.— тогда пожелай мне спокойной ночи, невеста моя — Амира усмехнулась, но её взгляд был полон тёплой привязанности.— спокойной ночи, Алаэддин — он медленно наклонился и мягко коснулся губами её лба.— спи спокойно, Амира — Алаэддин отпустил её руку и вышел, оставляя её наедине с мыслями. Амира ещё долго стояла, глядя ему вслед, прежде чем, наконец, закрыла шатёр. Она потушила светильники, скользнула под тёплое покрывало и закрыла глаза. Сегодня был трудный день, но она была дома. Она была с семьёй. Она была рядом с Алаэддином. И впервые за долгое время ей было спокойно.Утро в бейлике Османа выдалось тихим и прохладным. Первыми проснулись часовые — они уже сменяли друг друга, проверяя границы поселения. Небо на востоке окрасилось мягкими розово-золотыми оттенками, и лёгкий туман ещё стелился над землёй, создавая ощущение уюта и спокойствия.Утро в бейлике Османа выдалось тихим и прохладным. Первыми проснулись часовые — они уже сменяли друг друга, проверяя границы поселения. Небо на востоке окрасилось мягкими розово-золотыми оттенками, и лёгкий туман ещё стелился над землёй, создавая ощущение уюта и спокойствия. В шатре Амиры было тихо. Она всё ещё спала, укрывшись лёгким покрывалом. Волосы её разметались по подушке, дыхание было ровным, спокойным. После долгих дней тревоги и усталости она, наконец, смогла почувствовать себя в безопасности. Тем временем в шатре Алаэддина тоже начали просыпаться. Фатьма первой выглянула наружу и увидела, что Орхан уже занимается утренними тренировками с воинами. Через некоторое время шатёр Амиры наполнился мягким светом, и девушка медленно открыла глаза. Она потянулась, на мгновение забыв, где находится, но затем почувствовала тёплый воздух родного бейлика и улыбнулась. Это было первое утро за долгое время, когда она чувствовала себя по-настоящему дома.Когда все собрались в шатре Османа, атмосфера была тёплой, но в то же время серьёзной. Все понимали, что этот разговор не просто семейное обсуждение, а важный шаг к будущему союзу. Осман Бей сел во главе, рядом с ним Малхун Хатун. Бала Хатун расположилась немного ближе к Амире, словно защищая как родную дочь. Орхан и Фатьма сидели по другую сторону, а Алаэддин внимательно слушал, ожидая начала разговора.Шатёр Османа наполнился тёплым светом от множества ламп, а в воздухе витало лёгкое напряжение. Это был важный разговор, решавший судьбу двух семей, и все понимали, что слова, сказанные сейчас, повлияют на будущее.— мы не будем откладывать свадьбу — наконец заговорил Осман, его голос был твёрдым — нужно начать приготовления союз между нашими семьями укрепит бейликАлаэддин кивнул, полностью соглашаясь. Он уже был готов это обсудить, но тут Бала Хатун спокойно, но с явной твёрдостью заявила.— мы что, просто так устроим свадьбу — в шатре повисла тишина. Все взгляды устремились к ней.— а как иначе — слегка приподняв бровь, спросил Осман. Бала повернула голову к сыну бейя и чуть сузила глаза.— я должна знать, насколько ваш сын любит мою дочь — Алаэддин хотел было возразить, но Бала подняла руку, останавливая его.— мама — попытался было сказать он.— я сейчас на стороне невесты — твёрдо заявила Бала и посмотрела на Османа — как он докажет, что достоин еёОсман тяжело вздохнул и, покачал головой.— Бала, моя луноликая, они прошли через столько испытаний вместе разве этого мало дай им возможность наконец быть счастливыми — но Бала не собиралась сдаваться.— нет, так просто не выйдет — она повернулась к Амире и мягко спросила.— доченька, а ты как думаешь— ответь, дочь — добавил Осман, расслабившись, уверенный, что Амира сейчас поддержит его. Однако её ответ заставил всех мужчин в шатре мгновенно напрячься.— я согласна с мамой Балой— что — выпалил Алаэддин, недоверчиво глядя на невесту. Орхан прикрыл рот рукой, чтобы скрыть усмешку, а Фатьма даже фыркнула от смеха.— Амира — Алаэддин посмотрел на мать, надеясь на поддержку — Мы с Амирой не раз защищали друг друга и спасали от смерти я готов ради неё на что угодно— Бала, пожалей нашего сына — устало попросил Осман. Но Бала Хатун только гордо вскинула подбородок.— ладно, я не буду слишком строга но тогда — она на мгновение задумалась, а затем с невозмутимым лицом произнесла — 150 козВ шатре воцарилась тишина. Осман и Алаэддин переглянулись, словно надеясь, что ослышались.— что — переспросил Осман.— и 40 верблюдов, — продолжила Бала, делая вид, что не замечает их реакцию Фатьма уже не могла сдерживать смех и прикрыла рот ладонью — и 1000 дирхам золота.— Бей — Алаэддин растерянно посмотрел на Османа, но тот только покачал головой, вздохнул и неожиданно громко выкрикнул.— я согласенАмира, которая до этого молчала, вдруг подняла руку.— стойте, стойте — все удивлённо обернулись к ней.— а меня вообще кто-то спросил — с вызовом посмотрела она на Балу.— что ты хочешь, доченька — мягко спросила Бала, не скрывая гордости за будущую невесту. Амира с лёгкой ухмылкой скрестила руки на груди и твёрдо заявила.— к этому я хочу пять новых платьев таких, чтобы похожих не было ни у кого в бейлике — Амира — простонал Алаэддин.— и пять пар серёжек с драгоценными камнями — в шатре снова повисла тишина. Алаэддин ошарашенно уставился на свою невесту. Осман медленно прикрыл глаза, словно в молитве о терпении.— хорошо, пусть будет пять платьев — быстро проговорил Алаэддин.— десять — неожиданно вставила Бала, подыгрывая Амире.— что — Осман резко повернулся к жене.— уже десять платьев — со смехом проговорил Орхан.— мы согласны — наконец выпалил Алаэддин, уже понимая, что спорить бесполезно.— вот теперь можно забирать невесту — радостно объявила Бала. Шатёр наполнился смехом и разговорами. Все поздравляли жениха и невесту, обсуждая будущую свадьбу. Осман только тяжело вздохнул и посмотрел на своего сына.— ты даже не представляешь, во что ты ввязался, сынАлаэддин с лёгкой улыбкой взглянул на Амиру.— я представляю, отец и ни о чём не жалею