Глава IV . "Финны"

Финские трупы лежали в снегу со знамёнами в руках, или- же с музыкальными инструментами. Генерал- майор Вейенгейм смотрит на это из бинокля, находясь в тёплом деревянном дзоте. Со стороны раздаётся хриплый голос старшего писаря:-Мы потратили двадцать литров водки на атаку. А эти sheiße (дерьмо. Нем) унесли её с собой- в мир иной. Полегли все!Венергейм сел на стул и тоже глотнул:-А про убитых гражданских ты забыл? Нам дадут что? -Signum laudis!(знак отличия. Лат.)- крикнул пьяный в стельку капрал.Наступило молчание, которое прервал старший писарь:-Heil! Mard russishe sweine!(Хайль! Убьём русских свиней! Нем.)- в "патриотическом" экстазе прокричал он.

А теперь переносимся к обычным солдатам...-Вот по моему лучшее сало- свиное! А когда оно стекает на подбородок...-Это грубо. Лучше гусиные шкварки- они тают во рту.И это были не кулинары, а обыкновенные солдаты.Вдруг подошёл капрал, человек с лицом кретина, да и душа такая. Удивительно, как он быстро продвигался в звании?

Сейчас он "повышал" боевой дух солдат примерно таким путём:-Курить кто будет?-МЫ!После этих слов ответившие летели в выгребную яму. А капрал говорил:-Терпите лишения- вы солдаты!Из выгребной ямы выбирались все, но на них оставалось клеймо позора.Лучше перейдём к пулемётной ячейке Вейерги. Он сидел у пулемёта MG-42 и дрыхнул. Влетает капрал:-Будешь курить?Сонный голос отвечает:Пошёл ты в...- нам пришлось зацензурить сей отрезок из- за сквернословияОшалевший капрал вылетает и падает со стремянки в выгребную яму к солдату. Детали, надеюсь озвучиватьне придётся.