-Идиот

~Slipping Away - Jacob Miller, Matt Naylor, Steven Stern.~P.O.V. Ангелина. Я проснулась с хорошим настроением, и сразу пошла в душ. Сегодня у меня по плану сходить в магазин. На студию не надо, так что можно отдохнуть. Я хотела приготовить какой-то лёгкий салат чтобы брать с собой в студию, и приготовлю пожалуй суп-пюре с брокколи, овощи на пару, и...всё. Да, всё. Над одеждой я долго думать не стала, и просто надела чёрные джинсы и водолазку. Взяв с собой сигареты и ключи с кошельком, я вышла, капаясь в телефоне в поисках номера своего очень старого друга. Услышав то, как лифт поднимается, я притормозила с поиском. Металический скрип, означал то, что лифт остановился. Он открылся на моём этаже, и я увидела Ника, который был с гемотомой над щекой. -Никит...Неожиданно для себя, я сказала его имя, но сама боялась и настороженно смотрела на него. Я не хотела чтобы он сейчас зашел в свою квартиру, хлопнув дверью, и оставил меня без ответа.-Кто тебя так?-Никто. -парень шикнул, и прошел к двери, доставая ключ.Чёрт, вот я уверенна что он сейчас на меня наорёт. Когда у меня плохое настроение, я могу вспылить.Но он, не я. -Постой.

P.O.V. Автор. Парень обернулся, и посмотрел на девушку, которая боялась даже подойти, но сделала шаг вперёд. Она не боится его. Даже если наорёт. Шатен просто стоял, и ждал вопроса, на который, может быть, ответ не последует.-С кем ты подрался?Сжав губы в тонкую полоску, Киоссе стоял. Он не осмелится спросить то, что хочет. Ещё рано.-Я врезался в столб. Да, оригинальностью он не отличался. -Какой интересный столб.Геля подошла к парню, и сказала:-Будь осторожней. Её взгляд был грубым, но в голосе была нотка беспокойствия. Эта фраза для Киоссе - спасение.

***Девушка догадывалась, от кого это, и решила поехать к нему. Убедиться в своих догадках, так сказать. -Ало, Свят?Надо ж знать, с кем ты разговариваешь. Вдруг возьмёт кто-то другой.-Да. Геля?-Нам надо поговорить. Ты где?Блондин понимал о чём, и это его насторожило.-Я у себя дома. Быстро оповестив девушку адресом, её ноги понеслись к нему. Ехать на машине она не хотела, ведь пешком всегда лучше собираются мысли, верно?

P.O.V. Святослав.Конечно я знал, о чём пойдёт речь, но накручивать себя не стал. Может, речь пойдёт и не об этом.Где-то через двадцать минут я услышал стук в дверь, и пошел открывать. Она стояла в дверном проёме, и смотрела на мой синяк на скуле. Осторожно кивнув для себя, русая прошла в коридор. -Зачем ты...вы подрались? Что случилось? Вы поругались? Из-за чего?-Да из-за тебя!Я просто...не выдержал. Я не могу всё это держать в себе и врать. Зачем?-Ты разве не понимаешь? Мы...ты нравишься нам обоим. Да. Я перешел на низкий тон, и сел на диван, положив локти на колени и опустив голову вниз, поддерживая двумя руками. Я больше не могу.-Та госпади!Девушка ходила по комнате, держась за голову. -Ты не понимаешь нас...-Я всё прекрасно понимаю! От резкого крика я встал, и хотел подойти к ней, но русая пошла на кухню.-Вы - идиоты, которые подрались из-за девчонки! Потом мне это всё разгребать, да? Мне надоело! Девушка взяла тарелку и кинула в стену. На глазах появились слёзы, но она искренне скрывала это. Наклонившись и закрыв голову руками, я отбивался от осколков.-Мне потом стоять перед грёбаным выбором между вами! Ведь так? Вторая тарелка. -Я не могу так. Я...я не привыкла.Кутузова опустилась на пол, и заплакала. Я поднимаюсь на ноги, когда в области моей геолакации прекращается "салют" из битых осколков стекла, и иду сразу к девушке. Она плачет из-за нас. Её сломали...Все. В том числе и мы.-Идиот! Геля ударила руками мне в грудь. -Идиот! Она начала бить меня, и мои руки не пытались остановить эти маленькие кулачки. Ей будет легче.-Идиот! Её слова вырывались из неё сами, ей было больно от всего, ей просто нужен был отдых. -Дура! Она начала орать и бить меня сильнее. И в ход не только пошла ситуация с Ником. Со мной. И забытый Влад. В ход пошло всё.-Я ненавижу себя! Ненавижу! Я обнял её, чтоб её кулаки угомонились. -Геля. Её имя из моих уст звучало так, словно на меня сейчас что-то полетит. Мои слова звучали настороженно. -Успокойся. Пойдём...в комнату? Тишина. Решив, что дело так не пойдёт, и взяв её на руки, понёс в мою комнату. Я усадил девушку на кровать, и сам сел рядом. Она легла головой мне на ноги, и поджала колени к себе. Ей нужен кто-то, кто сможет ей помочь и выслушать. Мои брюки начали потихоньку мокреть от слёз девушки. Она плачет. -Тебе не хорошо? -тихо спрашиваю.-Нет, всё хорошо... -голос Кутузовой дрожал от слёз. Биения посуды и того, что было пять минут назад, как будто не было.Ей так хочется рассказать кому-то то, что разрывало её на части, но ей было сложно. Я понимал. -Но если всё хорошо, тогда почему ты плачешь? -Потому что у меня болит внутри... -отвечает тихо, но уже на срыве, уже почти на том самом пике выдержки. -Есть... Есть два парня... Я не стал её перебивать и торопить, я всё понимал. -Степанов и Киоссе. -шмыгает носом. На секунду я перестал дышать, но ничего лишнего говорить не стал. -Они сделали тебе больно? -Нет... Я им. Они сделали мне больно тем, что подрались из-за меня, причинили друг другу боль... Я, понимаешь, просто не знаю что делать. Я люблю их обоих. Она подняла на меня свои серо-голубые глаза, покрасневшие от слёз. -Свят, что мне делать? Я не знал что сказать. Ведь, говорят про меня, и про моего друга. Про Рамма я вообще молчу. Она его забыла. Его нет. Это просто ошибка прошлого. -Сердце. Слушай его. Себя. Ты поймешь, когда надо будет. Уже собираясь встать с кровати, чтоб Ангелина могла поспать и отойти, я услышал её хриплый голос. -Не уходи. Полежи со мной. Она легла на кровать, отодвигаясь, чтобы я лёг. Когда моё тело оказалось на кровати, девушка чуть-чуть скатилась ко мне, так как матрас немножко прогнулся. Кутузова осторожно положила свою голову мне на плече, а через минуту, я обнял её, а она подвинулась ближе, ложа руку мне на грудь. Именно в этот момент мне было спокойно. Не знаю, от чего.Ну же, Свят, признайся, тебе же спокойно от того, что она рядом. Так скажи ей это! Зачем ты себе врёшь? -Расскажи что-нибудь... Господи, как же мне сейчас хорошо... Лежать с ней и рассказывать разные истории из своей жизни, и слышать её смех. Это наша реальность. -Свят. -Мм? -Прости меня. Мне просто надо подумать. Хочется куда-то уехать. Ото всех. От города. Понимаешь?-У меня есть дача под Москвой. Если захочешь, то я могу тебя туда отвести. И засунь свои извинения в банку и засоли! За что ты извиняешься? За то, что ты нормальный человек с чувствами? Ты извиняешься за нас? Ангел, никогда... никогда не извиняйся за то, какая ты! Будь с теми, кто принимает тебя такой какой ты есть! Прости меня. Нас. Для меня было непривычно называть её Ангелом, но я назвал. Разве это не прекрасно, носить имя со скрытым смыслом? Тем более, оно соответствовало ей.Моё рваное дыхание обжигало всё внутри. Я смотрел на неё так близко, что можно было рассмотреть её ровные скулы, нос с горбинкой, и покусаные губы. -Спасибо тебе. Меня поблагодарили за то, что я рядом. Ангелина Кутузова переворачивает мою жизнь с ног на голову. Она всхлипнула, и уткнулась носом мне в шею. -Я рядом... Всё будет... -начинаю фразу и собираюсь закончить её этим затёртым до дыр "хорошо", но девушка меня перебивает:-Не уезжай... -произносит несколько в нос, вздрагивая от того, что горло душат слёзы. -Если ты уедешь, я останусь здесь совсем одна... -Но я не уезжаю. -тихо отвечаю, сильнее прижимая её к себе. -Но ты всё равно куда-то уедешь... Она берёт мою руку, и прижымает к себе.-Не уеду.Она вся дрожит, сдавливая мою руку своей, как будто я убегу. Она боится, что я её брошу и уйду. Как Влад.-Я обещаю, я не уеду. Тихие слова прозвучали как заключение этого жуткого дня, и через минут пять, Геля заснула. Ночь. Главное пережить теперь её.

***Влюблённость. Это чувство, когда в животе сжимается ком, по коже бегут мурашки, голос дрожит, глаза блестят и становится холодно.В этот период ты как бы понимаешь, что человек тебе нравится, но это юная, детская тяга к нему.Любовь.Это когда ты привязываешься, чувствуешь спокойствие тогда, когда он рядом. Тот человек, к которому ты испытываешь больше, чем влюблённость. Это настоящие чувства, которые называются любовь.Я и сам не подозревал, какими тонкими, крепкими, незримыми нитями было привязано моё сердце к этой очаровательной, непонятной для меня девушке.

***Во сне она дёрнулась, хмуря нос. Я решил снять с неё куртку и обувь. Её лаковые лоферы на шнуровке блестели, переливаясь чёрным. Погода была солнечная, и было сухо, как в сентябре, так что она одела лёгкую одежду. Медленно развязав шнурки, я стянул обувь и поставил в коридор. Осторожно перевернув Гелю на бок, я стащил один рукав жакета, затем другой, и повесил её на крючок. Её серая с горловиной водолазка облегала её грудь и выпирающие рёбра, чуть-чуть виднелись ключицы. Чёрные джинсы на высокой талии хорошо сидели на упругой попе девушки. Позвонить Киоссе я хотел завтра утром, и нормально поговорить.Я всегда думал, что помириться первому - это не унижение, а лучшая черта человека.Но это ж он начал. Степанов, опять ты включаешь свою правильность.Мой внутренний голос говорил обратное, но нет. Я поступлю как нормальный старший "брат", и поговорю с ним. Мы стали братьями за всё время нашей дружбы, и это просто так исчезнет? Ведь я не хочу, чтобы наша дружба закончилась.

~~~Холодная кровать, да кругом голова, я лишь хочу сказать, что ты была права.