Из блокнота сорок первого года (О.Ф. Берггольц, 1941)

1

...Видим - опять надвигается ночь, и этому не помочь: ничем нельзя отвратить темноту, прикрыть небесную высоту...

2

Я не дома, не города житель, не живой и не мертвый - ничей: я живу между двух перекрытий, в груде сложенных кирпичей...

3

О, это явь - не чудится, не снится: сирены вопль, и тихо - и тогда одно мгновенье слышно - птицы, птицы поют и свищут в городских садах.

Да, в тишине предбоевой, в печали, так торжествуют хоры вешних птиц, как будто б рады, что перекричали огромный город, падающий ниц...

4

В бомбоубежище, в подвале, нагие лампочки горят... Быть может, нас сейчас завалит. Кругом о бомбах говорят... . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . ...Я никогда с такою силой, как в эту осень, не жила. Я никогда такой красивой, такой влюбленной не была...

5

Да, я солгу, да, я тебе скажу: - Не знаю, что случилося со мной, но так легко я по земле хожу, как не ходила долго и давно. И так мила мне вся земная твердь, так песнь моя чиста и высока... Не потому ль, что в город входит смерть, а новая любовь недалека?..

6

...Сидят на корточках и дремлют под арками домов чужих. Разрывам бомб почти не внемлют, не слышат, как земля дрожит. Ни дум, ни жалоб, ни желаний... Одно стремление - уснуть, к чужому городскому камню щекой горящею прильнуть...